Только для тебя

Хауэлл Ханна

– Поговорить с его светлостью.

– Мисс, нельзя идти к его светлости в таком виде. Если кто-нибудь вас увидит…

– Ты права. Идем со мной.

– Разве это не может подождать до утра? – проворчала Джейн, пока Саксан тащила ее вниз, в комнату Ботолфа.

– Утром Ботолф оповестит моих родственников о свадьбе, и если он согласится, чтобы Тильда пожила с нами, ей нужно будет послать приглашение. – Саксан подняла руку, чтобы постучать в тяжелую дверь, но замерла, услышав в комнате голоса. Сердце ее

сильно забилось.

– В чем дело, мисс? – произнесла Джейн с беспокойством, видя, как Саксан побледнела и отступила от двери.

– У него женщина, – прошипела Саксан с яростью, смешанной с болью. – Сегодня он принимает леди Оделлу.

Она бросилась в свою спальню, не обращая внимания на спешащую за ней горничную. Вне себя Саксан принялась ходить по комнате, время от времени ударяя по столу или стене маленьким кулачком. Через некоторое время ее гнев начал спадать, и она могла спокойно обдумать случившееся. Вдруг девушка резко повернулась к Джейн, уперев руки в бока.

– Здесь что-то не то, – глубокомысленно протянула она.

– Что не то? – чуть слышно спросила горничная.

– То, что леди Оделла в спальне Ботолфа. Это очень странно. Хотя формально помолвка еще не объявлена, мы с графом обручены. Не могу поверить, чтобы его светлость легкомысленно относился к таким узам. А Оделла – высокородная леди. Если бы он переспал с ней сейчас, перед нашей помолвкой, это вызвало бы сильное возмущение ее родственников. Тогда Ботолфу пришлось бы на ней жениться. Разве это разумно?

– Нет, мисс, – согласилась Джейн. – Спать с такой знатной дамой, как леди Оделла, – серьезное дело.

Саксан хлопнула себя по лбу.

– Это может быть заговор! – воскликнула она с расширившимися от возбуждения глазами. – Такой трюк проделывали однажды с моими родственниками. Она намеревается помешать нашей свадьбе. Пойдем со мной, Джейн. Мы должны вернуться назад.

Саксан схватила Джейн за руку и так решительно потащила ее за собой, что та вскрикнула.

– А что, если это не трюк?

– Ты хочешь сказать, что граф поддался соблазну? Тогда я тем более должна вернуться. Я должна знать, не являются ли его признания пустыми словами.

Ботолф отослал пажа, надел халат и налил себе вина. Ему хотелось побыть одному, и он нахмурился, услышав стук в дверь. Дальнейшее заставило его ужаснуться: в комнату проскользнула леди Оделла в тонкой ночной сорочке и прикрыла за собой дверь.

– Оделла, вы с ума сошли! – выдохнул граф, делая шаг назад.

– О Ботолф! – вскричала она, бросаясь к нему. – Ты всегда так холоден со мной. Я больше не могу этого вынести.

Несмотря на свое возмущение, Ботолф не мое не обратить внимания на ее роскошные формы. Но он быстро потушил эту искру пробуждающегося интереса. Его тело нуждалось в разрядке, но леди Оделла была не тем лекарством, которое ему требовалось.

В этот момент Ботолф думал только о том, как скрыть этот вопиющий случай от всех, и в первую очередь от Саксан.

– Миледи, это глупо. – Он постарался оттолкнуть ее. – Нас может застать кто-нибудь.

Оделла еще крепче прижалась к графу и начала тереться о него.

– Мне все равно. Я это делаю из любви.

Несколько минут на Ботолфа изливались ее признания, и слушать их оказалось даже приятно. Он был всего лишь мужчина, а ни один мужчина не может не испытать удовольствия от лести такой женщины, как Оделла, которая говорит о том, что умирает от любви к нему. Но вскоре граф решил, что не следует позволять ей выражать свои чувства так открыто, в то время как он не интересуется ею – более того, он обручен, – и еще раз попытался мягко отстранить ее.

– Пожалуйста, замолчите, миледи, – попросил Ботолф, когда ему наконец удалось немного высвободиться. Я не могу…

– Знаю, – перебила Оделла со слезами в голосе, положив ладони ему на грудь. – Ты не можешь разделить моих чувств. Потому-то я и пришла. Я понимаю: сердцу не прикажешь. О, Ботолф, если ты больше ничего не можешь мне дать, по крайней мере не отвергай меня сегодня. Позволь мне познать, каково быть в твоих объятиях.

– Я был бы бесчестен, если бы воспользовался вашей слабостью, миледи. – Он попытался освободиться от ее рук, когда снова раздался стук в дверь. – Подождите! – крикнул он, но было поздно. Дверь распахнулась, и граф в ужасе уставился на Саксан, которая вошла в комнату в сопровождении служанки. – Саксан, – только и смог простонать Ботолф.

Саксан плотно закрыла за собой дверь и воззрилась на Ботолфа и Оделлу. Она не придала значения ужасу в глазах графа, но выражение триумфа, промелькнувшее на лице ее соперницы, понять было нетрудно. Но Саксан также видела, как граф вытянул вперед руку, пытаясь отстранить от себя прижимающуюся леди Оделлу, и догадалась, что он не успел бы принять такую позу нарочно. Значит, это все Оделла. Теперь Саксан испытывала только гнев, целиком направленный на соблазнительницу.

Ботолф все-таки отстранил Оделлу и сделал шаг в сторону Саксан:

– Что ты здесь делаешь, маленькая?

– Я хотела поговорить с вами, милорд, – ответила девушка, усаживаясь на его кровать и стараясь не выдать голосом своего гнева.

– Разве это касается твоей горничной? Джейн, не так ли? – он взглянул на служанку и опять перевел взгляд на Саксан.

– Да, это Джейн, и я привела ее с собой, чтобы этот визит не показался неприличным тем, кто может о нем услышать. Возможно, я не очень хорошо обучена светским манерам, – продолжала она, – но знаю, что могут подумать, если леди идет одна ночью в спальню мужчины. Я не хочу, чтобы меня считали шлюхой.