Только моя

Аверина Екатерина

— Я не знаю…

У меня внутри все колотилось и ухнуло куда-то вниз от этих ее слов.

— Правда не знаю. Он хороший. Нравится? Да! Правда нравится! И время проводить с ним нравится. Он не давит на меня как вы… ты! Блин! Но я не влюбилась… Точнее влюбилась, но не в него… Ой! — и она замолчала, а я вдруг расплылся в совершенно дурацкой улыбке.

— И вообще, какое Вам… Тьфу, ты! Тебе дело до того, в кого я влюбилась и с кем я встречаюсь?! — выдала моя малышка гневным голосом.

А я смеялся. Нервное напряжение этого разговора вдруг стало отпускать. Он теряет хватку, ха-ха, черт, это

же отлично. Моя маленькая. Моя! Все же моя! Настроение ползло вверх с невероятной скоростью.

— Мне есть дело, девочка моя. Мой дело. И ты моя, помнишь? Я не шутил. Моя! — Она недовольно сопела в трубку. — Я вернусь через два-три дня. Тут образовались срочные дела. Пришлось задержаться. Но я почти закончил и скоро буду дома.

— Хорошо, — пробормотала она, видимо, думая о чем-то своем.

— И еще, Кейти! — говорил максимально серьезно и жестко. — Я. Запрещаю. Тебе. Видеться. С Алексом. В мое отсутствие! — проговаривая каждое слово, делая акценты, сказал ей. — Ты поняла меня?!

— Но… — пытается возразить.

Ага, сейчас!

— Ты поняла?! — рыкнул в трубку.

— Да! — Она всхлипнула.

Плачет? Ничего, приеду — пожалею. Зато услышала.

— И учти, я узнаю, если ты нарушишь слово. И накажу тебя. Жестко накажу, Кейти! Чтобы навсегда запомнила! Поняла?

— Да, — только и сказала она.

— Ложись спать, маленькая. И веди себя хорошо, — это уже спокойно, даже нежно. — Не скучай, моя девочка. Я скоро приеду, — и отключился.

Растер лицо руками, взъерошил волосы, сделал глубокий вдох. Ничего, все будет хорошо. И с Алексом я разберусь.

В дверь постучали, и она сразу же открылась, не дожидаясь моего согласия. Я обернулся и увидел Макса с бутылкой рома. И то, как на его роже расползается довольная улыбка

— Я уже начинаю привыкать к этой картине, — ржет.

— Ты о чем? — непонимающе уставился на него.

— Как не зайду, у тебя стоит. Ты точно тут порнушку не смотришь?! — и ржет уже совершенно не стесняясь, в голос.

Зараза!

— Пошел на хер, Макс! Я с Кейти говорил.

— М-м-м… Ну тогда это все объясняет. Одевайся давай и будем праздновать нашу маленькую победу.

— В смысле? — уставился на него ни хера не понимающим взглядом.

— Мне звонили из администрации. Все согласовали. Завтра подписываем и можно ехать домой. Мы снова победили этих чертовых бюрократов, Демон!

— Это офигенная новость, Макс! — Я пожал ему руку. — Я сейчас! — и ушел одеваться.

Уже завтра я ее снова увижу. Обниму мою девочку. Вдохну запах ее волос. Соскучился.

Глава 8

Кейт

Сегодня мы с Алексом были в кино.

После того случай в парке он вел себя более сдержанно и мне это нравилось. Мне было комфортно. Он дает мне право выбора, не заставляет, не давит. Мне нравится проводить с ним время, разговаривать. Нравится, когда он держит меня за руку. Нравится, когда целует. Он делает это нежно, осторожно. Я стала ждать нашей очередной встречи. Скучала по его улыбкам. Но по ночам мне снился Дрейк. Ксюха вообще сказала, бери обоих, они прекрасно друг друга дополняют.

Но это неправильно. Нужно выбрать. Когда я спрашивала у Александра что-то про Диму, его взгляд менялся. Ему было неприятно говорить со мной о нем, но он всегда был честен. Всегда отвечал на мои вопросы. Он хороший друг. Несмотря на всю неприглядность сложившейся ситуации, он остается хорошим и верным другом. И это в нем меня восхищает.

Мы были в кино. Потом немного погуляли и поели мороженного в открытом кафе. Он держал за руку, улыбался, рассказывал разные смешные истории. Потом проводил меня домой. Снова прямо до двери. Притянул к себе и осторожно поцеловал. Коснулся теплыми губами моих губ, провел языком, чуть раскрывая их. Обхватывал своим ненасытным, но таким нежным ртом то нижнюю, то верхнюю губу, постоянно лаская их языком. Прижал чуть сильнее к себе, прервал поцелуй и уткнулся носом куда-то в макушку, выравнивая дыхание. Мне было хорошо. Я вдыхала его запах: остатки туалетной воды, запах его тела, сигарет и улицы, и немножко мой. Моя туалетная вода оставила аромат на его рубашке. И в этот момент мне хотелось большего. Он умел делать так, что я хотела сама быть с ним. Но меня все время останавливали мысли о Дмитрии Дрейке, и я не позволяла себе сделать следующий шаг. Мне казалось, что это будет предательством. А он не давил. В прошлый раз я не разговаривала с ним несколько дней и он, сделав выводы, действовал по-другому.

Отпустил.

— Пока, маленькая. Я завтра улетаю на конференцию в Лондон. Меня долго не будет. Но я не могу не поехать. Это важно. Будь осторожна тут, пожалуйста. И с Дрейком… Будь осторожна, — грусть, даже нет, тоска в его голосе сдавила мое сердце тисками.

Я сама потянулась к нему, обняла за шею и поцеловала. Он прижал к себе и тут же углубил поцелуй, но быстро отстранился, грустно улыбнулся:

— Я буду звонить, — сказал он тихо, но я услышала, — и ты звони. Всегда! Если я нужен или просто не с кем поговорить. Звони, ладно?! — заглядывает в глаза.

Прощается? Почему у меня такое ощущение, что он прощается?

— Ты нужен мне, Алекс, — неожиданно для самой себя произнесла я. — Я буду скучать, правда. И звонить буду.

— Мне пора. — Он чмокнул меня в губы, улыбнулся и ушел.

Поцелуй получился немного смазанным, улыбка грустной. Как же так? Что у него в голове? Что он делает?

Снова вопросы и ни одного ответа.

Вошла в пустую квартиру, быстро скинула одежду и пошла в душ. Почему-то хотелось смыть с себя этот день. Накатила усталость и тоска. И сквозь шум воды и свои мысли я слышала, как звонит мой телефон. Настойчиво так звонит. Не обращать внимание было уже невозможно. Поздний вечер. Мало ли что случилось. И у кого.

Я быстро обернулась полотенцем, выключила воду и побежала в комнату. Нашла в сумке телефон, который как раз снова начал трезвонить, и, толком не посмотрев на экран, приняла вызов.

— Да? — Я слегка запыхалась.

— Ты бежала, что ли? — раздался в трубке голос, который снова вызвал толпу мурашек, пробежавших по моему телу.

Я выдохнула, выравнивая дыхание, и ответила предельно честно:

— Я в душе была, извини… те. — Я все никак не могла называть его на «ты». Просил и ни один раз, но я все никак не могу.