Только свои
Шрифт:
– Я знаю. Ты всегда нам помогал. И мне, и Гулсум.
– Нет, – он нахмурился, – ничего я не помогал. Вот сейчас Салим приехал и сообщил, что решил купить дом в Лондоне. В районе Белгравиа, там, где живут все послы и миллионеры, где находится наша резиденция, которую мы арендуем за счет государства. Мне стало стыдно и немного смешно. Когда он торговал орехами, я получил первый дипломатический чин. Но вот сейчас он покупает дом в Лондоне, а я горжусь тем, что могу оплатить сыну номер в отеле и пригласить свою семью на один день в арендуемое помещение.
– Ты расстроился из-за Салима Мухтарова?
– Нет. Не расстроился. Просто обычная человеческая зависть. Мне было бы гораздо приятнее, если бы я ему сообщил о покупке нового дома. Но раз так получилось, значит, так все и должно быть. – Он поднялся из своего кресла.
Мой отец всегда был сильным человеком. Я поднялся следом.
– Вечером приедет Гулсум с мужем, – сказал отец. – Мне иногда кажется, что это я немного виноват в том, что с ней произошло. С этим ее неудачным замужеством. Я должен был сразу понять, что этот парень не годится Гулсум в мужья. Но меня так упрашивали родные и близкие! Его отец был таким известным и богатым человеком! Я хотел дочери всего лишь счастья…
– По-моему, все устроилось как нельзя лучше. Сейчас она замужем за Тудором и очень счастлива.
– Не знаю, – задумчиво произнес отец. – Да и ты женился слишком поспешно. Можно было немного подождать. Рахима – красивая девушка, но у нее масса недостатков. Она избалованна и эгоистична.
Если бы отец знал, как он был прав! Хотя еще очень мягко сказал про мою жену.
Тут мы услышали, что по лестнице кто-то тяжело спускается. Это был Салим Мухтаров. Его деятельной натуре было сложно приспособиться к тишине и покою этого дома викторианской эпохи. Ему был нужен размах, его энергия постоянно искала выхода.
– Видите, какой снег пошел? – восторженно спросил Мухтаров. Он был одет в какой-то клетчатый пиджак и коричневые брюки. Не сомневаюсь, пиджак, конечно, очень дорогой, но в нем Салим походил на сутенера. Он подошел к камину, оглядел гостиную. Затем с удовлетворением произнес: – Большой дом.
Если это все, что он мог сказать об этом доме, то мне его жалко. Говорят, что мужчины покупают крупные автомобили и большие дома, почувствовав половое бессилие. Может, Фрейд был прав в отношении Мухтарова?
Салим Мухтаров среднего роста, лысоватый. У него мешковатая фигура, крупные черты лица. Но он один из самых богатых людей, с кем я лично когда-нибудь был знаком. Мухтаров стоял перед камином и оглядывался.
– Здесь нет бара? – громко спросил он.
– На кухне, – улыбнулся отец. – Вино и шампанское в холодильнике. Но в кабинете есть небольшой бар. Там может быть виски, бренди, вермут, коньяк.
– Это другое дело, – одобрил Мухтаров, – а телевизор здесь есть?
– В кабинете есть, но зачем тебе телевизор? – удивился отец.
– Хочу посмотреть последние биржевые новости. А еще лучше канал Блумберга. Ты знаешь, как скачут валюты перед Новым годом? Сегодня Рождество, и наверняка в последний день на азиатских
– Если тебе это так интересно, мы можем пройти в кабинет, – предложил отец. – Здесь обычно не смотрят телевизор. Сюда приезжают для общения и на природу.
– Какая природа? – улыбнулся Мухтаров. – Кругом одни болота и кустарники. Что здесь смотреть?
– За домом очень неплохой сад. Ему лет двести.
– Тогда зачем на него смотреть? Кому он нужен? Старый, заброшенный сад. Эти англичане чокнулись на своей старине. Чем более дряхлый дом, тем больше денег они за него хотят. Наверное, ты отдал за аренду этого дома целое состояние.
– Достаточно, – сдержанно подтвердил отец. – Пойдем в кабинет, если хочешь.
На лестнице снова послышались шаги. «Неужели спускается Рахима?» – испугался я. Нет, походка была грациозная. Рахима так ходить не умеет. Ей не приходилось привлекать внимание мужчин, завоевывать их, очаровывать. Ей было достаточно родиться дочерью Саитджана Мухаммедалиева, десятки состоятельных семей мечтали заполучить ее в жены своим сыновьям. Но ее отец выбрал меня, решив, что сын дипломата и сам дипломат, получивший образование в Москве, окажется самой лучшей парой для его дочери.
Это спускалась Лена. И вскоре она вошла в гостиную. На ней были узкие, очень узкие, обтягивающие темные брюки и очень симпатичная двойка: тонкая бежевая блузка и легкая бежевая накидка. Как она называется, я точно не знаю, но смотрелась красиво. К тому же было заметно, какой у нее светлый бюстгальтер. «Нет, вот эта женщина явно умеет нравиться мужчинам», – подумал я.
– Здравствуйте, Ильгар, – кивнула она мне, даже не глядя в мою сторону. Я для нее был пустым местом. И сразу же обратилась к мужу: – Ты опять недоволен? Что случилось, чего тебе здесь не хватает?
– Телевизора, – ответил Мухтаров. – Мне нужен телевизор. Хочу посмотреть последние биржевые новости.
– Ты даже на отдыхе не можешь оторваться от дел? – Лена мягко коснулась его плеча. С одной стороны, она его укоряла, а с другой – делала это очень деликатно. Все, чего так не хватало моей Рахиме, было в этой женщине. «Все-таки это правда, что из бывших проституток получаются чудесные жены», – отметил я.
– Мне нужен телевизор, – упрямо повторил Салим.
– Пойдемте в кабинет, – снова предложил мой отец, – и ты сможешь посмотреть свои новости.
Мухтаров кивнул и направился в сторону кабинета. Лена улыбнулась, глядя на мужа.
– Только вы, Джапар, имеете на него влияние, – сказала она, обращаясь к моему отцу.
И нужно видеть, как она с ним разговаривала – все время улыбаясь!
– Надеюсь, что пока имею, – согласился мой отец и тоже прошел в кабинет. Я остался в гостиной с Леной Сушко.
Она села в кресло, глядя на огонь в камине.
– А здесь мило, – проговорила она через некоторое время, посмотрев на меня. – Вы первый раз в этом доме?