Только ты
Шрифт:
Смотрю на время. Пора собираться на встречу с друзьями. Оглядываю себя в зеркало. Мой имидж уже не менялся много лет. Коротко стриженые виски и легкая небритость на щеках, сережка в ухе. Сестра называет его — стиль Чили. Меня всегда это забавляло.
Одеваю белую футболку и черные джинсы. Черный и белый — это основные цвета в моей одежде, которые я разбавляю синей джинсой. Таков стиль Чили.
Выхожу из комнаты и думаю о том, что нужно заглянуть к Лии и проверить как она. Дверь к ней закрыта,
— Даже за твоими очками видны следы похмелья, — шучу я.
— Да, мы вчера отлично погуляли, — смеется он. — Те девчонки за соседним столиком любезно составили нам с Ником компанию.
— Дальше можно без подробностей, — улыбаюсь в ответ на его слова.
Когда мы приезжаем в бар, то видим, что все уже в сборе. После бурного приветствия и объятий со всеми друзьями, занимаем большой стол и заказываем закуски и аперитив. Краем уха слышу, как Ник смеется и говорит Филено, похлопывая его по плечу:
— Амиго, единственное, что в этом мире действительно важно — это яйца. А у тебя есть яйца?
Филено усмехается, и я вмешиваюсь в разговор, обращаясь к Нику:
— Вальес, у тебя все разговоры сводятся к наличию яиц!
— Чили, а я разве не прав? После женитьбы Филено стал похож на размазню! А ты только вспомни, какой был шикарный мальчишник, — восторженно вспоминает он.
Роби усмехается, отпивает глоток шприца и вставляет в разговор свою лепту.
— Да, тогда никто не мог подумать, что Филено все-таки станет заботливым семьянином. Ты совсем про нас забыл.
Филено — родной брат моей бывшей невесты Карлы. Не смотря на то, что мы с ней расстались, он остался моим хорошим другом.
— Мне кажется, я достаточно отгулял на том мальчишнике, — смеется Филено.
Николо щелкает пальцами, резко вспомнив что-то, и обращается к Денни:
— Помнишь, ту девчонку? Ну, высокая такая… Чили еще весь вечер пялился на ее задницу.
Денни хитро улыбается и добавляет:
— И не только пялился. Я все видел.
Усмехаюсь, вспоминая тот безумный мальчишник.
— Я с ней разговаривал, когда мы выходили курить и спрашиваю у нее: вот скажи мне Толомея, ты бы отдалась мне за один евро? — вспоминает Николо. — Она мне отвечает, что нет, за один евро не отдалась. Я подумал немного и говорю, а за десять миллионов евро? Она сразу отвечает, что за десять миллионов бы точно отдалась.
Все за столом давятся от смеха:
— И к чему ты все это вел? — спрашиваю, отходя от смеха.
— Да к тому что, шлюху найти не проблема, проблема в том, чтобы найти десять миллионов! — отвечает он, и мы снова
— Поверить не могу, что я спокойно смотрел, как ты встречался с моей сестрой.
— Чили, заметь, ты смотрел не спокойно! Ты сломал мне нос, а это знаешь ли не самое приятное, что случалось в моей жизни, — ухмыляется Николо.
— Я тебе сломал его не за то, что ты с ней встречался, а за то, что ты белочку словил, вампир.
Смех за нашим столом не стихает. Денни начинает кривить лицо, изображая превращение Вальеса.
— Ладно, сдаюсь, — поднимает руки Николо. — Это был не самый мой удачный день.
Официантка в неприлично короткой юбке приносит нам еду и вежливо улыбается. Она расставляет тарелки, а Роберто и Николо весело переглядываются, взглядом показывая на ее почти оголившиеся ягодицы.
Когда девушка, наконец, удаляется, Роби смотрит ей в след и с интересом спрашивает:
— Интересно, а это у них тут форма такая? Или это ее личная инициатива? —
Николо усмехается и дает Роберто «пять».
— Если говорить о наличии яиц, то ты свои тоже терял, — говорит Филено, закуривая сигарету.
— Да, было дело, — соглашается Николо. — Но если так судить, то каждый за этим столом оказывался без яиц. Вот ты Денни, наверное, уже забыл, как пару лет назад бегал за своей моделью?
— Это было давно и не правда, — оправдывается Денни. — Я не бегал за ней, наши так просто не сдаются.
Он смеется и толкает Роберто в бок.
— Роби до своей измены был пай мальчиком. Сидел дома при жене, отъедал живот, а сейчас смотри какой. Поистаскался, — продолжает перечислять Николо. — А Чили… Что Чили, про него я вообще молчу.
Смеюсь и смотрю на горящий экран смартфона. На дисплее до боли знакомый номер, который я уже давно удалил, но продолжаю помнить наизусть.
— Я сейчас вернусь, — говорю друзьям и выхожу на улицу.
Закуриваю сигарету и перезваниваю. Она не сразу берет трубку, снова проверяя меня на прочность. Злюсь от одной этой мысли. Долгие гудки, а затем щелчок и ее тихий голос:
— Где ты? — спрашивает Аня.
— Дома, — отвечаю с излишней резкостью и тут же на себя за это злюсь. — Только не говори, что ты случайным образом оказалась в Риме.
— Нет, не скажу. Ты забыл часы у меня в машине, — отвечает она.
Ее голос ласкает мой слух, и я успокаиваюсь.
— Я забыл их пару месяцев назад, а ты решила именно сейчас мне о них напомнить?
— Да, я привезу их к тебе домой и оставлю там.
— Почему бы тебе просто их не выкинуть? — Выдыхаю дым и выкидываю окурок.
— Потому что я не хочу.
Чувствую, что она на грани и сама начинает злиться.
— И еще кое-что, — продолжает Аня.
— Что за «кое-что»?