Том 1. Ленька Пантелеев
Шрифт:
…Ферма стояла в лесу, километрах в десяти от города.
Это было совсем не то, о чем мечтал Ленька.
Он пришел туда под вечер, с трудом разыскал брата. Было еще не поздно, но Вася вышел к нему почему-то в одних подштанниках, заспанный, босой и лохматый. Он возмужал, огрубел, курил, как взрослый, глубоко затягиваясь, махорку, говорил солидным баском. Слушая Леньку, он все время почесывался и сплевывал через зубы. Домашние новости Васю мало
Вообще Ленькино появление не очень порадовало Васю. Ленька был «малохольный», он еще носил короткие штаны и поношенную матросскую куртку с остатками золотых пуговиц. Видно было, что Вася чувствует себя неловко. То и дело он смущенно косился в сторону товарищей, таких же босых и лохматых ребятишек, которые издали поглядывали на Леньку и посмеивались.
— Ты почему без штанов? — спросил Ленька.
— Ночью работал, — коротко ответил Вася.
— Я тебя газбудил?
— Плевать.
Вася подумал, яростно почесал стриженый затылок и сказал:
— Знаешь что… Иди-ка ты лучше обратно к тетке.
— Почему? — испугался Ленька.
— А потому, что здесь тебе жить будет трудновато. Здесь тебя свиней заставят пасти.
О свиньях Ленька меньше всего думал, когда шел на ферму. Но он сдержался, храбро помотал головой и сказал:
— Плевать. Эка невидаль.
— А бекасов не боишься?
— Каких бекасов?
— Ну, вшей, говоря по-научному.
— Я уже знаком с ними, — усмехнулся Ленька.
— Ну, что ж, ладно, — сказал Вася. — Сходи тогда к Николай Михайлычу. Попросись, может, он и примет тебя.
— К какому Николай Михайлычу?
— К директору.
Вася оглянулся и негромко добавил:
— Только смотри, особенно близко не подходи…
— А что, он — кусается?
— Не кусается, а… сам увидишь. Его у нас хлопцы Драконом зовут.
Высокий бородатый дядя в широкополой соломенной шляпе стоял у плетня школьного сада и ел, обкусывая со всех сторон, маленькое зеленое яблоко.
— Тебе что? — спросил он, увидев Леньку.
Ленька вдруг почувствовал страх, услышав этот голос. Он сам не понял, почему ему так страшно.
— Вы директор? — пролепетал он.
— Ну?
— Пожалуйста… товарищ директор, — забормотал Ленька. — Примите меня…
— Что еще? Куда тебя принять? Ты откуда взялся такой?
— Я… я из города. Хочу учиться у вас… в школе.
— Учиться?
Директор доел яблоко, бросил огрызок через забор, облизал пальцы, прищурившись посмотрел на мальчика и — послал его к черту.
— Самим жрать нечего, — сказал он сквозь зубы.
Ленька
Ленька остался. Он с трепетом ждал, что его погонят. Но его не погнали.
Ночь он проспал в огромной, как казарма, училищной спальне на одной койке с Васей. Спать ему не давали насекомые. То он сам просыпался от их укусов, то его будил, ругаясь и ворочаясь, Вася. В спальне было темно, накурено, от подушки нехорошо пахло. Утром, невыспавшийся и разбитый, Ленька вместе с другими воспитанниками вышел по звонку во двор фермы. Директор распределял наряды. Увидев Леньку, он не удивился, только прищурился, посмотрел в тетрадку и сказал:
— Пасти бычков.
Ленька пасти бычков не умел. Бычки разбежались у него, как только он выгнал их за ворота фермы.
Разыскивать бычков пришлось Васе.
— Вот видишь, — сказал он, встретившись вечером с Ленькой.
— Ничего, — сказал Ленька, — я научусь.
Но научиться было не так-то просто. Учили на ферме только побоями, а это плохой учитель. Единственное, чему кое-как выучился здесь Ленька, — это воровству.
…На третий или на четвертый день по прибытии на ферму он зашел зачем-то в школьную кузницу. Мальчик его лет выковывал там на наковальне какую-то длинную железную штуковину.
— Это что такое? — спросил Ленька.
— Кинжал, — ответил, помолчав, мальчик.
Ленька удивился и спросил, зачем вдруг понадобился мальчику кинжал.
— А вот затем, — усмехнулся тот. — Сегодня ночью пойдем деревенских кабанков резать.
Ленька сразу не понял, а когда понял — пришел в ужас:
— Кабанков? Чужих? Резать? Это же нехорошо! Это же нечестно!
— Нечестно? — сказал мальчик. — А это вот видел?
И он поднес к самому Ленькиному носу еще не совсем готовый и неостывший кинжал.
Скоро Ленька понял, что деревенские кабанки — это пустяки, детские шалости.
Ферма, куда он пришел учиться, оказалась самым настоящим разбойничьим вертепом, во главе которого стоял атаман — бородатый директор.
Ученики голодали. В столовой кормили их изо дня в день одним и тем же безвкусным борщом из зеленой свекольной ботвы — без хлеба и без соли. А директор и его сотрудники устраивали попойки, выменивали на самогон казенные продукты, одежду, инвентарь. За спиной директора ученики роптали, ругали его последними словами, но заявить открытый протест, пожаловаться никто не решался. Рука у Дракона действительно была тяжелая.