Том 10
Шрифт:
Брофи. Те причины, которые приводились относительно реакционности профсоюзных вождей, являются не основными. На этот вопрос нужно смотреть глубже. Присутствие американской делегации в СССР является лучшим ответом и показателем сочувственного отношения одной части американских рабочих к Советскому Союзу. Я считаю, что мнение вождей Американской федерации труда в отношении СССР не отличается от мнения большинства рабочего класса Америки. Позиция большинства рабочего класса в отношении СССР объясняется отдаленностью СССР. Рабочий класс Америки не заинтересован во всяких интернациональных делах, а влияние буржуазии на рабочий класс Америки сказывается сильно в вопросе об его отношении к СССР.
“Правда” № 210, 15 сентября 1927 г.
Товарищу
Ответ товарищу Л. Михельсону
На днях получил от Вас копию письма т. Михельсона о национальном вопросе. Отвечаю в двух словах.
1) Бурятские товарищи спрашивали меня: “Как мыслится переход через национальные культуры, развивающиеся в пределах отдельных наших автономных республик, к единой общечеловеческой культуре?” (см. Сталин, “Вопросы ленинизма”, стр. 259 [42] ). Я ответил им, что переход этот мыслится не через “единый общечеловеческий язык с отмиранием всех остальных языков в период социализма”, [43] а через приобщение национальностей к общечеловеческой по своему содержанию пролетарской культуре в формах, соответствующих языку и быту этих национальностей (см. “Вопросы ленинизма”). В разъяснение привел ряд фактов из области развития нашей революции, приведшей к пробуждению и усилению оттертых ранее национальностей и их культуры. Об этом шел спор.
42
См.: Сталин И.В. О политических задачах Университета народов Востока // Сталин И.В. Сочинения. Т. 7. С. 139). — 149.
43
См.: Сталин И.В. О политических задачах Университета народов Востока // Сталин И.В. Сочинения. Т. 7. С. 138). — 149.
Тов. Михельсон не понял сущности спора.
2) Тов. Михельсон, придравшись к моим словам: “в период социализма” (см. выше) и к моему утверждению о том, что процесс ассимиляции некоторых национальностей неравнозначен уничтожению наций вообще, уверяет, что некоторые формулировки Сталина могут дать повод для толкования их в смысле “ревизии ленинизма” в национальном вопросе. При этом он приводит слова Ленина о том, что “целью социализма является не только уничтожение раздробленности человечества на мелкие государства и всякой обособленности наций, не только сближение наций, но и слияние их”. [44]
44
В.И. Ленин. “Социалистическая революция и право наций на самоопределение” (см. Сочинения, изд. 3-е, т. XIX стр. 40 и изд. 4-е, т. 22, стр. 135). — 150.
Я думаю, во-первых, что т. Михельсон отвлекается от той постановки вопроса, которую дали в своем письме товарищи буряты и от которой никак не мог отвлекаться Сталин в своей речи в КУТВ. Речь шла у бурятов именно о переходе через национальные культуры к культуре общечеловеческой, причем бурятские товарищи, очевидно, думали, что сначала будут национальные культуры, а потом общечеловеческая. Сталин в ответ на это возразил, сказав, что этот переход будет происходить не в том порядке, в каком это предполагают буряты, а в порядке одновременного развития у национальностей СССР и национальной культуры (по форме) и общечеловеческой культуры (по содержанию), что только при таком порядке этого перехода может происходить приобщение национальностей к общечеловеческой культуре (см. “Вопросы ленинизма”).
Я думаю, далее, что т. Михельсон не понял смысла моего ответа. Говоря о “периоде социализма” у нас, я имел в виду не “конечную” победу социализма, каковая победа может наступить лишь в международном масштабе, в случае победы социализма во всех или в нескольких важнейших странах, а период социалистического строительства в нашей стране.
Ленин был совершенно прав, когда он говорил, что “национальные и государственные различия между народами и странами… будут держаться еще очень и очень долго даже после осуществления диктатуры пролетариата во всемирном масштабе” (см. т. XXV, стр. 227).
Как понять в таком случае приводимую т. Михельсоном цитату из Ленина о том, что целью социализма является в конечном счете слияние наций? Я думаю, что ее нужно понять не так, как понимает т. Михельсон. Ибо из сказанного выше видно, что Ленин в этой цитате имел в виду слияние наций как конечную задачу социализма, осуществляемую в результате победы социализма во всех странах, спустя “очень и очень долгий” период времени “после осуществления диктатуры пролетариата во всемирном масштабе”.
Выходит, что т. Михельсон не понял Ленина.
3) Мне кажется, что “формулировки” Сталина не нуждаются в “уточнениях”. Я жду с нетерпением, чтобы оппозиция рискнула заикнуться о принципиальной стороне национального вопроса в открытой полемике во время съезда партии. Боюсь, что она не рискнет, так как после неудачного зиновьевского выступления на пленуме ЦК и ЦКК оппозиция предпочла совершенно замолчать в своей недавней “платформе” вопрос о национальной культуре. А если паче чаяния все же рискнут оппозиционеры, — тем лучше для партии, ибо партия от этого только выиграет.
И. Сталин
16 сентября 1927 г.
Печатается впервые
Политическая физиономия русской оппозиции
Из речи на объединенном заседании Президиума ИККИ и ИКК 27 сентября 1927 г
Товарищи! Ораторы говорили здесь так хорошо и так основательно, что мне мало что остается сказать.
Я не прослушал речи Вуйовича, так как не находился в зале и захватил только конец его речи. Из этого конца я понял, что он обвиняет ВКП(б) в оппортунизме, себя же он считает большевиком и берется учить ВКП(б) ленинизму.
Что сказать на это? У нас в партии, к сожалению, имеется некоторое количество людей, называющих себя большевиками, но на самом деле ничего общего с ленинизмом не имеющих. Я думаю, что к этим людям принадлежит и Вуйович. Когда такие люди берутся учить ВКП(б) ленинизму, легко понять, что из этого может получиться. Я думаю, что критика Вуйовича не заслуживает ответа.
Мне вспомнилась одна маленькая история с немецким поэтом Гейне. Позвольте вам рассказать эту историю. В числе разных критиков, которые выступали в печати против Гейне, был один очень неудачливый и довольно бездарный литературный критик по фамилии Ауфенберг. Основная черта этого писателя состояла в том, что он неустанно “критиковал” и бесцеремонно донимал Гейне своей критикой в печати. Гейне, очевидно, не считал нужным реагировать на эту “критику” и упорно отмалчивался. Это поразило друзей Гейне, и они обратились к нему с письмом: дескать, как это понять, что писатель Ауфенберг написал массу критических статей против Гейне, а Гейне не находит нужным отвечать. Гейне оказался вынужденным ответить. Что же он сказал в ответ на обращение своих друзей? Гейне ответил в печати в двух словах: “писателя Ауфенберга я не знаю; полагаю, что он вроде Дарленкура, которого тоже не знаю”.
Перефразируя слова Гейне, русские большевики могли бы сказать насчет критических упражнений Вуйовича: “большевика Вуйовича мы не знаем, полагаем, что он вроде Али-баба, которого тоже не знаем”.
О Троцком и оппозиции. Основное несчастье оппозиции состоит в том, что она не понимает тех вещей, о которых она здесь болтает. В своей речи Троцкий говорил о политике в Китае. Но он не хочет признать, что никакой линии, никакой политики у оппозиции по вопросу о Китае не было. Была качка, было топтание на месте, метание из стороны в сторону, но никакой линии у оппозиции не было. По трем вопросам о Китае шли у нас споры: по вопросу об участии коммунистов в Гоминдане, по вопросу о Советах и по вопросу о характере китайской революции. По всем этим вопросам оппозиция оказалась банкротом, ибо у нее не было никакой линии.