Тор. Дитя Асгарда
Шрифт:
Он ничего не ответил. Между нами возникла давящая пауза.
– Невозможно оплакивать так каждого погибшего. Скоро будет война с дворфами. Каждый день будут гибнуть ради общей цели тысячи светлых эльфов и воинов Асгарда. Где уместить такую боль? – спросил
Локи, немного погодя.
Я пожала плечами, продолжая изучать корону.
– Откуда ты знаешь, что Один дал добро на военный поход?
– Тор всегда имел манеру громко разговаривать.
– И когда же планируется великая битва добра и зла? – полюбопытствовала я. –
– Во время, – кратко ответил Локи.
Я приподняла брови от удивления, посмотрев на трикстера.
– Медлить нельзя. Мы разрушили храм, об этом скоро дойдут слухи до короля темных эльфов – Альвиса.
Весь его гнев обрушится на жителей Долины грез, – пояснил он.
– И как быть? – спросила я.
– Тор с войском отправится в Льесальвхейм, а мы с тобой продолжим проходить испытания.
– Неужели Один согласился на такое?
– У него нет выбора. Во всех девяти мирах творится неразбериха, а старейшины требуют от Всеотца назначить фактического приемника.
Я машинально кивнула головой.
– Мне придется выбрать еще одного помощника?
– Нет. В Асгарде и так осталось мало воинов.
– Понятно, – медленно проговорила я.
Перспектива провести с Локи наедине последующие двадцать четыре часа радовала и пугала в равной степени. С одной стороны, нам никто не будет мешать, мы сможем поговорить, узнать друг друга получше, а с другой стороны, между нами повисла некая неопределенность в отношениях, которую нужно решить в скором времени. Для нас существует не так много вариантов – либо забыть о том злосчастном поцелуе и больше не воспоминать этот инцидент, либо притвориться, что и вовсе ничего не было. Другого не дано. В нашей-то ситуации.
– Итак, чем же мы займемся завтра? Пойдем отрубать головы Медузе Горгоне, выбьем пару-тройку зубов у огнедышащего дракона, одолеем разбушевавшихся титанов? – съязвила я.
Локи широко улыбнулся.
– На самом деле, все не так страшно. Ты должна совершить паломничество к реке Урд, – поведал трикстер, внимательно изучая мое лицо. Кажется, у меня начали краснеть щеки.
– Прости, что? У тебя в желудке заурчало? – пошутила я.
– Урд – это древнейшая колдунья из царства Фенсалир, – пояснил он, а затем заговорил стихами:
«Мудрые девы
оттуда возникли,
три из ключа
под древом высоким;
Урд имя первой,
вторая Верданди,-
резали руны,-
Скульд имя третьей;
судьбы судили,
жизнь выбирали
детям людей,
жребий готовят...»
– Мда… это на любовный стих не похоже, – тихонько хохотнув, заключила я. – И что конкретно я буду там делать? И где?
– Фенсалир находится в самом истоке древа Иггдрасиль. Ничего особенного ты делать там не должна. Придешь, поговоришь с Урд, если она еще не приказала долго жить, посмотришь в реку, увидишь свою судьбу.
– Понятно, а в речке-то
– Сигюн, не паясничай, когда я говорю такие вещи, – сердитым тоном сказал Локи.
– Прости, но просто все эти ваши определения походят на притчи и сказки. В них нет ни грамма научности.
– Меня так учили, – пробурчал бог коварства, разглядывая черный небосклон.
– Когда? Тысячу лет тому назад? – спросила я, глядя в искрящие глаза трикстера.
– Не тысячу, а всего лишь семьсот, – сдерживая улыбку, ответил Локи.
Я рассмеялась.
– Сигюн, – призвал он меня к порядку.
– Ладно-ладно. А нужно ли что-нибудь дарить взамен этой ведьмочке или арома-терапия – бесплатная процедура?
Локи закатил глаза.
– Из всего, что ты мне сейчас сказала, я понял лишь несколько слов.
Я шумно выдохнула.
– Хорошо. Выражусь на асгардском, – я прочистила горло, а затем добавила. – Нужно ли приносить великой волшебнице Урд несметные дары или же мудрейшая откроет тайны безвозмездно? – с наигранным восхищением, спросила я.
– Конечно, нужно.
Локи обнажил белоснежные зубы, расплывшись в опасной улыбке.
– И что же? Опять квест? Знаю я эти штучки. Старухе понадобится какое-нибудь чудо-зеркало, а зеркало у лесного тролля, а тролль его давно пропил эльфам, а эльфы обменяли его на ларец, и не отдадут его обратно, пока ты не принесешь им другой ларец, тот, что побольше, а тот, что побольше, зарыт под великаном, а великан тот попросит спеть и станцевать, и только потом отдаст ларец, тот, что побольше. Мы принесем его эльфам, возьмем тот, что поменьше, отнесем его троллю, тролль не захочет его принимать, попросит перстень с рубином, а тот перстень у ведьмы, что живет в колодце и так далее и тому подобное...бла-бла-бла, – произнесла я на одном дыхании.
– Все сказала?
Локи смерил меня строгим взглядом, скрестив руки на груди.
Я кивнула.
– Молодец, – пробурчал трикстер.
– Ну, так что нужно этой Удре? – спросила я, отдышавшись после своей тирады.
– Вещь, которая тебе дорога.
– Так и знала, что без материальных подарков не обойтись, но у меня ничего с собой нет.
– Это не обязательно то, что можно потрогать.
Я нахмурилась.
– Можно подарить ей свое самое любимое воспоминание, – сказал Локи. – Но только после этого ты его забудешь.
– Етун мне в рот, – выпалила я.
Не слишком ли высока цена для того, чтобы попялиться в какой-то сомнительный водоем? Подарить любимое воспоминание и забыть его…я и так стараюсь каждый день прокручивать в памяти все проведенные годы на Земле, чтобы не потерять связь с действительностью. Признаться, иногда я долго раздумывала над какими-то мелочами. К примеру, вчера не могла вспомнить с какой стороны у нас в квартире расположены выключатели на кухню. Со стороны коридора или же непосредственно внутри кухни?