Тор. Дитя Асгарда
Шрифт:
Прямо перед моим носом возникла видеозапись. Секунда, и мужчина с длинной черной бородой и волосами, забранными в хвост начал медленно двигаться в кадре, иногда его сменяли виды пустыни, боевиков с оружием наперевес и арабских и американский детей, хроники из американской истории. Лицо говорящего закрывали модные солнцезащитные очки “авиаторы”, а на руках красовались перстни с драгоценными камнями.
– Меня называют террористом, но я считаю себя учителем. Америка, тебя ждет очередной урок...
На экране появились яркое солнце, племена индейцев и горящие вигвамы.
–
Картинка сменилась, теперь показывался горящий мусульманский город.
– Тридцать девять часов назад была атакована база ВВС “Али аль-Салем” в Кувейте. Я это сделал. Как раз в это время там, в церкви, собрались жены и дети, а солдаты были на учениях. Воины на время удалились.
Кадры мелькали так быстро, то показывая говорящего, то снова ужасающие кадры пожара, после чего на экране появился президент Соединенных Штатов и его чучело, охваченное огнем.
– Президент Элис, вы сопротивляетесь моим попыткам вас просветить, и вы снова меня проморгали. Вы знаете, кто я, но не знаете, где я. Я нагряну из ниоткуда, – последняя фраза прозвучала очень пугающе. Я вжалась в кресло, внимательно вглядываясь в безумные глаза, которые быстро исчезли с парящего экрана. Столько стресса за один день. Мне самой скоро понадобится психолог или даже психиатр.
– Кто это такой? – прочистив горло, спросила я у Старка, который застыл с отверткой в руках.
– Мандарин, – сухо ответил он.
– Он – боевик? – уточнила я.
– Ага, мартышка с гранатой в руках. Уже несколько взрывов отгремело в разных точках мира.
– Что он хочет?
Старк пожал плечами.
– Ты будешь с ним сражаться?
– Нет. Это политика, а я не лезу в политику, – сказал он, вернувшись к работе.
– Тогда... зачем ты это мне показал? – недоумевала я.
– Никто не знает, где прогремит на этот раз. Его не могут отследить даже самые крутые разведки, кто-то блокирует все сигналы, – руки Старка дрогнули.
– Думаешь, Майами более безопасное место? Тем более рядом с тобой? Я думаю, он может знать о тебе.
– Он знает, – сглотнув, ответил Тони. – Но Нью-Йорк отличная мишень. Он не упустит возможности.
Я тяжело вздохнула.
– Мне надо учиться, посещать занятия. Я не могу все просто взять и бросить.
– Какой прок будет в знаниях, если твои мозги размажутся по стенкам метро? – быстро проговорил Старк, отбрасывая инструмент в сторону.
Я прикусила губу.
– И когда ты планируешь спасательную операцию? – спросила я тихим тоном, выждав несколько секунд.
– Завтра. В восемь утра. Вертолет будет ждать нас на вертолетной площадке сотого этажа, – отрапортовал миллиардер.
– Скоро вернутся мои родители. Если они сейчас где-нибудь в аэропорту, то я не смогу предупредить их заранее.
Я поправила волосы, раздумывая над сложившейся ситуацией. – Ладно оставлю записку на холодильнике.
– Отлично. Можешь съездить за вещами и переночевать здесь, – предложил он.
–
Возникла пауза.
– Потому что у меня больше нет друзей, – грустно проговорил миллиардер.
Сердце сжалось от тоски, глядя в эти шоколадные глаза. В них отражался маленький мальчишка, покинутый отцом.
– Ты тоже мой единственный друг, обладающий миллиардным состоянием и костюмом Железного человека, который теперь ходит сам по себе, – пошутила я.
Старк расплылся в улыбке.
– А как же твой дядя? Разве у него нет миллиардного состояния? – напомнил он.
– Но у него же нет костюма-робота? – выкрутилась я.
– Он валялся возле входа! – радостно заключил только что вошедший в комнату Стивен. Он держал в руках металлический щит, выкрашенный в красно-сине-белую гамму, а посередине красовалась серебряная звезда.
– А Стивен тоже едет? – спросила я, улыбаясь блондину.
– Нет, у него есть кое-какие дела.
Старк и Роджерс бросили друг на друга таинственные взгляды. Очередные секреты?
Я разочаровано вздохнула.
– О делах можно не спрашивать, все равно не скажете? – догадалась я.
Капитан Америка кивнул.
– Так будет лучше, мэм, – сказал он мягким голосом.
Я закатила глаза.
– Мэм? Звучит просто унизительно. Я начинаю чувствовать себя старой девой.
– Прости, Сигюн, – исправился Стивен, сверкая белоснежной улыбкой.
– Так-то лучше, – сказала я, улыбаясь в ответ. Старк тихонько хохотнул.
В стеклянной, слегка порушенной башне я пробыла еще два часа, наблюдая за работой миллиардера. Стивен положил щит в надежное место и спустился в итальянский ресторанчик за пиццей и напитками. Мы с блондином расположились на софе, общаясь на отвлеченные темы. Роджерс немного поведал о себе, музыкальных вкусах, прошлом и настоящим. Он пришел к выводу, что двадцать первый век куда интереснее, чем годы Второй Мировой Войны. Ему нравилось нынешнее безумие, быстрый темп и современные технологии. Я пообещала ему, что сразу же по возвращению из Майями, мы сходим в 3D кинотеатр, хотя не думаю, что его может что-то удивить после лаборатории Старка.
Уставшая и взволнованная, я вернулась в свою пустующую квартиру. После проверки электронной почты, где оказался только бесконечный спам и ни одного сообщения от мамы, я написала записку, прилепив ее на холодильник в кухне, и побежала собирать вещи. Во Флориде климат был гораздо мягче и теплее, чем здесь в городе ветров с вязкими туманами по утрам. Я сложила несколько легких рубашек, кроссовки, сандалии, пару шорт, три купальника разных цветов и фасонов, и один длинный сарафан из легкой летящей ткани персикового цвета. Далее собрала косметичку, документы и украшения к нарядам. Получился целый чемодан. Я с трудом застегнула молнию, придавив крышку массой собственного тела. К двенадцати ночи я освободилась, устало рухнув на кровать. Внутри зародилось знакомое щемящее сердце ощущение от предвкушения скорой поездки. Давно я никуда не выезжала. Года два или три. Последняя поездка состоялась в Лондон, к лучезарной Габриель.