Тор. Дитя Асгарда
Шрифт:
Проблемы возникли на темной лестнице, ведущей в мрачное подземелье. Я чуть ногу не сломала, спускаясь в кромешной темноте по скользким сырым ступенькам, не имея ни малейшего понятия, как мне удалось отыскать нужный коридор, чтобы попасть в просторные темницы. У распахнутых дверей спали таким же крепким сном, что и первый воин, двое охранников с копьями. Я осторожно просочилась в приоткрытую дверь, оказавшись в довольно-таки уютном помещении с прозрачными клетками. Они все подсвечивались изнутри, а толстые стекла время от времени отливали золотом. Заключенных оказалось немного. Пара каких-то мужчин монгольской наружности и
Я аккуратно постучала по стеклу, которое оказалось мягким и слегка деформировалось при сильном касании, но, тем не менее, оно издавало гулкий звук, как любое обычное. Бог коварства быстро развернулся ко мне, застыв от удивления. Несколько секунд его взгляд скользил по моему лицу, опускался ниже до самых ног, после чего опять возвращался на прежнее место.
– Добрый… эээ… ночер, – прошептала я, только сейчас заметив, что он сменил темно зеленый костюм на хлопчатую рубашку болотистого цвета с достаточно большим вырезом на груди и закатанными до локтя рукавами. Стройные длинные ноги обтягивали черные штаны, а на ступнях красовались короткие сапоги с металлическими ремешками. Тюремный наряд завершался кожаной безрукавкой, доходящей до колен. Угольные волосы лежали в идеальном порядке, собранные назад. Локи выглядел сногсшибательно, как и всегда.
– Что? Решили меня казнить, не дожидаясь утра? Как это низко с их стороны заставлять тебя приносить эту весть, – растягивая каждое слово, ответил трикстер после целой минуты молчания. – Даже приоделись по этому поводу. Я поначалу и не признал.
– Никто не собирается тебя казнить, а за платье спасибо, – ответила я заплетающимся языком.
– Тогда что Вас привело в мою скромную обитель в столь поздний час, Ваше Высочество? – Локи захлопнул книгу и наклонился ближе к стеклу. Его изумрудные глаза в таком ярком свете казались еще более зелеными.
Я пожала плечами, присаживаясь на ступеньку.
– Мне скучно, – пробурчала я.
– Думаете, я весьма неплохой шут? По-моему, на балу по случаю Вашего возвращения найдутся самые настоящие профессионалы.
– Там скучно, – разглаживая невидимые складки на юбке, сказала я недовольным голосом.
– Ох, наверно, Вы нанесли невероятную обиду, удалившись с празднества, – съязвил трикстер.
– Ничего, как-то они двадцать лет без меня развлекались, и еще один день найдут, чем себя занять, –
я сменила положение в пространстве, облокотившись на выступ в стене и вытянув ноги параллельно золотистому стеклу темницы. Теперь Локи смотрел на меня сверху вниз, сидя на кушетке и расставив широко ноги. Его права рука, согнутая в локте, сжимала небольшую книгу в темно-зеленой обложке, а другая небрежно спадала с колена.
– Как ты прошла мимо охраны? – полюбопытствовал он.
– Ой, я тебя умоляю… как будто ты не знаешь? Они к этому времени уже видят седьмой сон. Теперь
Его тонкие губы сложились в красную ниточку.
– Сегодня собрание было, – сказала я после недолгого молчания.
Локи изящно вскинул бровь.
– Пришли какие-то старые говорящие руины и опустили нас с тобой по полной.
Трикстер громко расхохотался. Я впервые слышала, чтобы он так смеялся. Звонко, чисто и от души.
– Что же они такого сказали, Ваше Высочество? – отсмеявшись, спросил Локи.
– Ну… я по их мнению – недостойный неуч с самой отстойной планеты из всех девяти миров, а ты – гнусный предатель, вор и великан, тоже не менее недостойный. И не надо злиться, это не мое мнение, – ответила я, путаясь в словах. Алкоголь брал вверх над моим разумом.
Бог коварства опять хохотнул.
– И каков их окончательный вердикт?
– Сказали, что утром скажут, но я боюсь, что некоторые не доживут. Это как в том анекдоте, – начала я, а потом поняла, что не помню его.
Я провела рукой по лицу и засмеялась.
– Все еще жду веселой истории, – напомнил мне трикстер.
– Не помню, – я замотала головой. – Знаю, что веселый, но не помню содержание.
– Разве такое возможно? – удивился Локи, опускаясь рядом со мной на пол. Он в точности повторил мою позу, облокотившись на прозрачную стенку с другой стороны. Впервые жизни мне захотелось заняться вандализмом и разбить это хреново стекло к чертовой матери, чтобы оказаться плечом к плечу с трикстером. Так создавалась лишь иллюзия, что мы сидим рядом.
– Видишь, я не помню, значит возможно, – я вскинула голову вверх, любуясь зелеными глазами, в которых плясали озорные огоньки.
– А! Кстати! – закричала я, а затем закрыла рот, вспомнив про стражу. – Я виделась с Джейн. Это тоже было весело, – добавила полушепотом.
– Что? Веселей чем собрание? – подразнил Локи.
– Она подумала, что ты это я.
Локи бросил на меня недоумевающий взгляд.
– Нет, в смысле наоборот, что я это ты. Она поинтересовалась у Тора, кто я такая и что здесь забыла, а вместо краткого лаконичного ответа получила от меня вопрос.
– Какой? – полюбопытствовал Локи, наклонив голову в бок.
– Я спросила: «Ты не узнаешь меня?» или что-то типа того. И тогда она почему-то решила, что я это ты. А перед этим Тор ей напомнил про секретные ходы в Асгард, и Джейн догадалась, что ты жив, – поведала я.
Бог коварства ухмыльнулся.
– Хорошо, что мозги тебе достались от матери, – заключил он.
– Это можно считать комплиментом?
– Ну, из двух зол… – съязвил Локи, глядя на меня.
– Как умерла твоя мама? – вдруг спросила я. Вопрос сам прорвался наружу.
– Не знаю, мне никто не рассказывал, – сухо ответил он.
– Нееее… я имею в виду Фригг, – уточнила я.
– Она мне не мать, – сердито отрезал Локи.
– Но ты ее тысячу лет считал именно матерью, а потом когда узнал правду, то резко перестал?
Трикстер кивнул.
– Быть такого не может! Она воспитала тебя, дарила каждый день тепло и заботу, показала этот мир. Это нельзя просто взять и перечеркнуть в один миг, – быстро проговорила я.
– Ее убил слуга Малекита, которому я указал удобный путь.