ТораДора!
Шрифт:
Он только что закончил мыть руки и открыл дверь ванной.
— Хм?… Тайга, это ты?…
Час ночи.
Может потому, что они рано встали, а может потому, что переволновались, но все разошлись по спальням сравнительно рано. Мирная ночная атмосфера. Из-за одной из дверей высовывалась маленькая физиономия, слабо освещённая светом из ванной.
— Что такое? Не спится?
Тихо спросив, чтобы никого не разбудить, он осторожно закрыл дверь ванной. Тайга, тихонько, словно кошка, выскользнула из своей комнаты — даже тапочки надевать
— …Я услышала твои шаги.
— …Ну ты мастер, почти сверхчеловек.
Её длинные волосы уже были заплетены на ночь. Утирая нос рукавом летней хлопковой пижамы, которую она и дома часто носила, Тайга кивнула. Это выглядело совсем по-детски, но сонной она не казалась — её большие кошачьи глаза были широко раскрыты. Да и у Рюдзи глаза не слипались, раз он только что был в ванной.
— …Пойдём вниз?
Он показал на лестницу.
— Ага… Мы должны подумать насчёт завтра, и крепко подумать.
— Да, верно… Мы не можем целиком полагаться на Тупую Чи № 1 и № 2.
Перешёптываясь, они тихонько спустились по лестнице. Пройдя по коридору, они вошли в гостиную, включили настольную лампу на маленьком столике и уселись на диван.
В тишине еле слышно доносился шум прибоя. В этой тихой темноте, где лампа ярко освещала лишь стол, они могли видеть только контуры лица собеседника. Рюдзи попытался подкрутить лампу, чтобы она дала немножко больше света…
— Ох… Это очень дорогая лампа…
Он заметил, с каким мастерством она сделана. Светло-розовый абажур из матового стекла, тонко отделанный пурпуром. Проходя через такое стекло, свет лампочки становился похожим на свет очага, словно мягко окутывая теплом. Рисунок в модерновом стиле изображал стрекозу, парящую над лесными цветами. Он не удивился бы, окажись лампа работой знаменитого дизайнера, такого как Лалик или Галле, но с уверенностью определить не мог.
Тут прямо под глаза Рюдзи, продолжавшего восхищаться лампой, неспешно вторгся неучтивый палец.
— Что за отвратительная штуковина?
— …Чёрт бы тебя побрал…
Тайга небрежно поскребла тонкую гравировку рисунка. Такое искусство было не в её вкусе. Или стоит сказать, что людям вроде неё, которые не ценят элегантность, стиль модерн, лучше смотреть «Адского учителя Нубэ» или что-нибудь подобное.
Какая дура…Ни о чём не думая, он уставился на привлекательное как у феи лицо Тайги, когда…
— Давай поедим оставшегося карри.
Сказала она. И добавила «Иди, разогрей». «О-ох», вздохнул Рюдзи…
— …Погоди, ты знаешь, что уже час ночи? Хочешь, чтобы снова живот заболел? Кстати, а сейчас-то ты как?
— В полном порядке. Мой желудок забастовал в начале ужина. В результате я не брала вторую порцию и слишком мало съела.
— Я и не заметил, что ты не брала добавку… Очень необычно. Должно быть, ты и впрямь чувствовала себя отвратительно, хе-хе.
— Ага. Когда я пошла за таблетками Китамуры, он всё время
— Не могу поверить, что у тебя живот болел…
— …Кстати, а ты где был, пока я лечилась? Я тебя нигде не видела.
Я был с Минори— почему-то он не хотел ей признаваться. Пока он не мог понять почему. Его горло сжалось, и, глядя на слабо освещённые контуры персикового лица Тайги, почему-то, по какой-то совершенно непонятной причине Рюдзи…
— Я убирался в своей комнате.
…соврал. В свете лампы он заметил, что длинные ресницы Тайги слегка дрогнули. Её глаза блеснули, когда она неожиданно отвернулась, глядя в темноту за окном, где не было ничего интересного.
— …Пф-ф.
— …Пойду подогрею карри.
Почему-то… Прежде, чем Тайга взглянула на него, он быстро поднялся с дивана.
В гостиной, мягко освещённой лампой в стиле модерн, явственно пахло карри.
— …Ох, я так наелась…
— Да и я тоже….
К тому времени, как он понял это, перед ним образовались две пустые тарелки — просто кошмар. Очаровательный вкус слегка забродившего карри уже не укладывался в разумные пределы.
Он отнёс тарелки на кухню, быстро вымыл их и вернулся в гостиную с двумя стаканами ячменного чая. А тут…
— Эй… Только спать здесь не надо, ладно?
Набивший живот тигр лениво развалился на диване. Покачивая пальцами босых ног, она сладко зевнула.
— Э-эх… Да не сплю я. Разве я не говорила, что нам надо обсудить планы на завтра? Я просто… немного перенапряглась… и устала… вот и всё. Хотя прошёл всего один день.
— …Знаешь, ты на самом деле засыпаешь…
Такое уже случалось в прошлом, и каждый раз Тайга действовала по коровьему сценарию — набить живот, лечь, быстро заснуть. Поэтому Рюдзи, не раз наблюдавший это трёхступенчатое действие, не счёл её заявление «Я не сплю» достаточно убедительным. И каждый раз, когда она так поступала, он и сам в конце концов оказывался на полу, пуская слюни. Каждый раз, когда он видел счастливое спокойное выражение на лице спящей Тайги, казалось, его тело тут же само расслабляется. Словно она испускала какую-то ауру, гипнотизирующую людей и заставляющую их проваливаться в сон.
— …Если ты заснёшь в таком месте, только подумай, что завтра скажет Кавасима…
— …Глупая Чихуахуа?…
— …Ага…
— …
…Сидя на полу, прислонившись к дивану, на котором развалилась Тайга, пристроив голову в районе её живота, он почувствовал, что голова тяжелеет, а перед глазами всё расплывается… так неожиданно…
— …Ты спишь?
Вернувшись в вертикальное положение, Рюдзи заставил себя проснуться. Нехорошо, таким макаром и я скоро отрублюсь.