Торговец плотью
Шрифт:
Это-то больше всего и не понравилось Тони. Однако Лео останется при своих прежних доходах, а Тони будет и дальше получать свои десять процентов от половины выручки организации. В целом его отъезд будет выглядеть как оплачиваемый отпуск. И Тони согласился: да, месяц-два отдыха ему не помешают — слишком уж он заработался.
Пока он добирался до своей квартиры, к нему пришло чувство успокоения.
Мария ждала его в гостиной со стаканом в руке. Пожалуй, Марии такой поворот может прийтись не по душе.
— Ну как дела? —
— Все о’кей, как я тебе и обещал.
— Правда, Тони? Ты меня не обманываешь?
— Чистая правда, и только правда: все будет в полном порядке.
Она вздохнула с облегчением:
—О, как я рада! — Улыбнувшись, она подняла свой стакан. — Видишь, я чуть не напилась. Я так беспокоилась за тебя, что приняла четыре порции. — У нее даже лицо порозовело. — Тони, давай-ка надеремся вместе. Только дома. Как раньше, в тот благословенный час, когда мы встретились вновь.
— Черт, детка, как бы мне хотелось этого! Ей-богу! Увы, не могу. Я говорил тебе, что все будет в норме, и так оно и будет. Но мне нужно смыться из города на некоторое время. Пока полиция не угомонится. Для меня здесь стало слишком горячо, милая.
Мария молчала несколько секунд, прежде чем уточнить:
—Так ты должен уехать?
— Угу.
— А как же я, Тони?
— Ну, это же ненадолго, миленькая, может, всего на месяц.
— Нельзя мне поехать с тобой?
— Э... не получится. Мне придется находиться в постоянном движении, но я буду регулярно звонить тебе, может, даже проберусь тайком в город.
Мария прикусила губу и недоверчиво уставилась на него:
—Мне кажется, ты просто не хочешь взять меня с собой.
— Да о чем ты говоришь? Еще как хочу! Разве мы не были вместе эти два года, даже больше? Пойми, я вынужден залечь на дно и у меня должны быть развязаны руки. Я не сказал тебе, а ведь все горит синим пламенем — из-за одного копа. Теперь уже бывшего.
Мария поникла, казалось, она сейчас расплачется.
— Ты просто хочешь от меня отделаться.
— Да господи боже мой! Ты, что ли, не слышишь меня? Я застрелил копа!
— Я тебя прекрасно слышу. — Мария подошла к бару и принялась колдовать с напитками. — Выпьешь чего-нибудь?
— Не откажусь. Только не подмешивай яду, пожалуйста.
— Бывают моменты, Тони, когда мне хочется сделать именно это. И чтобы ты умирал долго и мучительно. — Она вернулась с двумя стаканами и криво усмехнулась. — Выпьем же... за успех, Тони.
Лучший отель Напы, с досадой подумал Тони, и близко не напоминал “Святой Франциск” или “Марк Хопкинс”. Напа — тихий, мирный городок, в котором юным особам резвиться негде. За исключением, естественно, того, чем девочки занимаются повсеместно. Из Сан-Франциско он приехал сюда где-то около трех утра. Напу он выбрал из-за близости к Фриско.
Здесь вполне можно провести несколько деньков, строя дальнейшие планы. К тому же Напа славилась
— Поезжай по небольшим городкам, — советовал Анджело, — где много безработных и людям платят мало, в глухие и мрачные места, там девочки скучают и конечно же мечтают о соблазнах большого города. Наибольшего успеха ты добьешься среди бедных и малограмотных простушек, которым явно не хватает денег, мужчин и любви. Ищи девочек, чувствующих себя несчастными дома, не ладящих с родителями, и только успевай переправлять их сюда. Веди себя естественно, не скупись на деньги — всегда держи под рукой приличную пачку зеленых. И еще одно: чем они моложе, тем лучше. Обломать проще.
Над педагогическими наставлениями босса и размышлял Тони, расположившись в номере люкс отеля “Плаза”, состоящем из гостиной, спальни и ванной комнаты. Чем моложе, тем лучше? Ну что ж, не боги горшки обжигают. Сейчас два часа дня.
Он посидел в двух кафетериях. Ни кофе, ни официантки никуда не годились. В третьей забегаловке кофе тоже оказался паршивым, а официантка — сообразительной девушкой с дерзким взглядом. И с прелестной фигуркой, отметил Тони, пожирая глазами ее груди, талию и бедра. Молодая, но и заносчивая.
— Кофе, — проговорил он.
— И все?
Тони кивнул, а официантка съязвила:
— Вы, оказывается, большой транжира.
Она отошла к сверкающей кофеварке, наполнила тяжелую белую фаянсовую кружку и поставила ее перед Тони со словами:
—Вот ваш кофе, гуляка.
Еще только один клиент сидел в кафешке, в которой всего-то и было, что стойка с восемью высокими табуретами и три столика у противоположной стены. Девушка склонилась над прилавком и уставилась на Тони.
— Почему ты не в школе, золотце? — спросил он.
— Только послушайте его — золотце! Вы ведь не из этого городишка, а?
— Нет, я из... не из этого.
— Школу я уже прошла.
Тони припарковал свой кабриолет, сверкающий после недавней полировки, под самым окном кафе. Официантка бросила на машину мимолетный взгляд и тут же перевела его на Тони.
— Ваша?
— Ага.
— Настоящий корабль.
— Ему уже год. Подумываю купить что-нибудь поновее. Может, ты поможешь мне в выборе? Я ведь здесь как с завязанными глазами.
— Может быть. — Девушка провела языком по губам.
Тони отпил лишь глоток бурды и встал с табурета. Деньги он теперь носил в заднем кармане брюк — многие стиляги из Фриско поступали так же. Вынув из кармана толстую, сложенную вдвое и перетянутую резинкой пачку долларов, он сорвал резинку, извлек пятерку, царственным жестом бросил ее на прилавок, вновь упаковал купюры и небрежно сунул их в карман.
— Что, кофе неважный? — невинно поинтересовалась официантка.
— Отвратительный. До скорого, золотце.