Товарищ «Д»
Шрифт:
Женя(пытается вырвать бумажник у Сашка). Давай сюда. Не ты нашел, не тебе решать.
Ольга Ивановна. Жадность – неразумное чувство. Жадный всегда беден, так учил Петрарка.
Сашок. Он не от жадности, он выпить мается.
Ольга Ивановна. Это порочное желание. А желания, как учил Будда, ведут к разочарованиям. Если мы будем потрошить чужие бумажники, то никогда не достигнем нирваны, то есть вечного блаженства.
Женя.
Ольга Ивановна. Я предлагаю законный, то есть легитимный, выход из положения. Он может умеренно разрешить наши финансовые затруднения и в то же время оставить нас по сю сторону закона.
Сашок. Правильно излагаешь, тетя Оля.
Ольга Ивановна. Вот видишь, Сашок уже догадался. А ты, простая душа, все еще сомневаешься.(Берет бумажник и открывает его.)
Женя. А чо?
Ольга Ивановна. Наша цель – изъять из бумажника визитную карточку пострадавшего.
Женя. А?
Сашок. Мы к нему домой бумажник отнесем, и он отстегнет чирик, а то и «лимон». Это зависит от того, насколько важные документы лежат в бумажнике.
Женя. А зачем он отстегнет?
Сашок. Потому что в его сердце воспрянет вера в человечество.
Женя. А если не отстегнет?
Ольга Ивановна. В любом добром деле есть элемент риска.
Она уже раскрыла бумажник, просматривает одно за другим его отделения. Вытащила стопку сложенных бумажек, больше там ничего нет. Ольга Ивановна даже встряхивает бумажник – ничего!
Странно.
Женя. Что, и десятки нету?
Ольга Ивановна снова садится на скамейку, достает из сумочки очки, надевает их и кладет пустой бумажник рядом с собой на скамейку. Сашок берет бумажник, мнет в пальцах, нюхает.
Ольга Ивановна. Не надо, нанюхаетесь еще.
Сашок. Кожа хорошая.
Ольга Ивановна. И сера. Но не в этом дело.
Сашок. Немного серы. А дело в том, что нормальный человек не носит с собой пустой бумажник. Или почти пустой.
Он смотрит, как Ольга Ивановна вытаскивает одну из бумажек, что хранились в бумажнике.
Женя. Читай, не тяни! Может, там его адрес?
Ольга Ивановна. Нет, на бумажке не адрес… Дело куда хуже. Здесь чужой адрес.
Женя. Наводчик, да?
Ольга Ивановна. Слушайте: «Я, Спикухин Эдуард Иванович, номер паспорта такой-то, настоящим подтверждаю,
Женя(оборачивается, ведет пальцем по воздуху. Замирает). Вот в том доме.
Ольга Ивановна. Именно так. И больше вас, Женя, ничего не удивило?
Женя. А что должно удивить?
Сашок. Другую записку посмотрите, тетя Оля.
Ольга Ивановна разворачивает другую бумажку и читает ее.
Ольга Ивановна. «Я, Нечипоренко Семен Семенович, номер паспорта такой-то, передаю свою бессмертную душу товарищу дьяволу в обмен на оказанные мне важные услуги». Есть и адрес…
Женя. Стой! Я догадался. Они все офигели! Ведь бога нет! Я в школе проходил.
Сашок. В последнее время общественность сильно сомневается. Особенно бывшие секретари обкомов. Их хлебом не корми, дай свечку в церкви подержать.
Ольга Ивановна. Бога, может, и нет. Но дьявол точно существует. (Разворачивает третью расписку.) Те же слова, того же цвета кровь. Господи, до чего все примитивно. Никакого воображения! (Она по очереди разворачивает бумажки и кладет их стопочкой на скамейку рядом с бумажником.) Шесть бессмертных душ! Попались, голубчики. То-то он мне сразу не понравился.
Сашок поднимает бумажки по очереди, просматривает их.
Женя. Эх, попался бы он мне! Я бы ему сказал!
Ольга Ивановна. И что бы ты ему сказал?
Женя. Гони «лимон», а то в отделение отведем!
Ольга Ивановна. Как мудро! А если он откажется, то и в самом деле его в милицию отведем, ты как полагаешь?
Женя. Не, в милицию это я так сказал, чтобы припугнуть. В милиции они все себе возьмут. Будем сами искать.
Сашок. Ну как, поговорили?
Женя. Внимание, у Сашка идея!
Сашок. Надо вернуть расписки.
Ольга Ивановна. Я тебя, Сашок, не поняла. Кому вернуть, если мы его адреса не знаем?
Сашок. Не дьяволу, а тем, кто расписки писал.
Женя. Это же розыгрыш, блин! Нету дьявола!
Сашок. Погоди ты! Понимаете, у них, может, были такие трагические обстоятельства, что пришлось душу продать. Как Фауст. У каждого может быть. А теперь они спохватились, но поздно.