Трансцендент

Ашмаев Илья

— У зла много масок, но самая опасная из них — маска добродетели, — напутствовала ангел девушек перед расставанием, — будьте осторожны.

Полина сидела на камнях крепости Башни Давида и смотрела на горизонт. Солнце клонилось всё ниже, наполняясь таинственным красным цветом, вокруг начинало темнеть, и ангел чувствовала, что это последний закат в её человеческой жизни. Ах, если бы она сейчас была тем ребёнком в детской кроватке, как бы она была счастлива! Но в то же время девушка понимала, что на пути её счастья встал не Вилиал, постучавший в дверь Полиной квартиры, а эпидемия, поразившая город, маму девочки и изменившая их судьбу. Не приди Инспектор в дом Катерины, та всё равно не справилась бы с подступившей болезнью, и какая

судьба постигла бы при этом саму Полину, оставалось только догадываться. Интересно, если бы Вилиал знал, чем всё это закончится, стал бы он стучать в ту дверь? Нет, не стал бы. Он ошибся, от этого никто не застрахован, даже высшие сущности. Ошиблась и Полина. Вот только она пока не знала, какую именно ошибку совершила — ангел стояла на распутье. Либо она ошиблась, наделив Вилиала чертами демона, либо ошиблась, поддавшись его злым чарам и полюбив его. Оставалось только ждать. Или…

Полина встала со своего места и посмотрела в сторону Храма Воскресения Христова, являющегося святилищем христиан. Затем её взгляд упал на Западную стену, Стену Плача, самое святое место для иудеев, между камней которой молящимися принято вкладывать просьбы к Богу о ниспослании здоровья, спасения, удачи или исполнения другого сокровенного желания. Полина закрыла глаза, подняла лицо кверху и глубоко втянула носом свежий воздух. Он наполнил её решимостью, силой и она сделала выбор. Спустившись с цитадели Башни Давида, ангел направилась к площади у Западной стены, где попросила у старого еврея карандаш и листок бумаги. Черкнув несколько слов, Полина прошла на женскую половину, положила руку на Стену Плача и, помолившись, вложила в щель между камней свою маленькую записку. Постояв несколько секунд, девушка развернулась и молча покинула площадь, направившись к себе в отель. Ей предстояла тяжёлая ночь, и нужно было отдохнуть.

Глава 45. Тьма и Свет

— Давно не виделись.

— Ух-ты…

Архангел Гавриил и демон Вилиал сидели друг напротив друга в ресторане «Эвкалипт» за отдельным столиком. На открытой площадке из подвешенных сверху кашпо на них свисали зелёные гроздья растений, а белые луны светильников создавали романтическую обстановку. Ресторан представлял собой старинный иерусалимский дом у подножия стен Старого города, недалеко от Яффских ворот, с многочисленными каменными ступенями и исторической архитектурой. Его шеф-повар, используя древние травы и продукты, удивительным образом возродил библейские блюда, которыми питались царь Давид и Иисус тысячи лет назад. Пригласивший Вилиала Гавриил заказал себе суп из топинамбура с миндальным молоком и кускус, приготовленный по рецепту времен царя Соломона. Гостя же поджидал ягнёнок, в течение всей ночи запекавшийся в глиняном горшочке, и сладкий пудинг из восточных цветов.

— Чем обязан столь позднему и неожиданному приглашению? — поинтересовался Инспектор, располагаясь в кресле поудобнее.

— Да просто хотелось познакомиться поближе, — ответил Архангел и аккуратно отхлебнул ложечкой порцию горячего супа. — А-а-а, прелесть…

Вилиал тоже не стал стесняться и, заглянув в свой горшочек, вдохнул яркий и сытный аромат свежего мяса. Несколько первых минут встречи двое оппонентов уделили только еде, дабы не мешать вкусовым рецепторам и органам пищеварения, после чего, выпив по бокалу лучшего местного вина, внимательными взглядами оценили друг друга. Оба были гладко выбриты, худощавы, одеты в похожие светлые костюмы и отличались лишь цветом волос и смуглостью лица. Более темноволос и смугл был Вилиал, Гавриил же выделялся благородной сединой и бледной кожей.

Они уже не в первый раз организовывали подобное рандеву, но прошлая инициатива, как мы помним, исходила от демона. Тогда он под шум горного водопада Ангел, берущего начало на плате Горы Дьявола в Венесуэле, передал Архангелу тело и душу девочки Полины, после чего двое соперников заключили некоммерческий

договор. И вот, Небесная Канцелярия назло Вилиалу выполнила часть своего договора, отправив Полину на Землю, но снабдила её при этом «коварной» миссией. С другой стороны, согласно договору, ангелы не могли помешать демону встречаться с девушкой и проводить с ней свою политику, чем тот тоже не преминул воспользоваться.

Разговор на правах пригласившего продолжил Гавриил.

— Я так понимаю, что твоё появление здесь приурочено к великому празднику Пасхи, который будет отмечаться послезавтра. А завтра, в Великую Субботу, Господь намерен по традиции ниспослать на Землю Благодатный огонь в Храме Воскресения Христова. Уж не замышляешь ли ты какую глупость по этому поводу, раб сатаны?

— Хм, хорошая идея! А то я всё думал, чем бы таким развлечься. Весьма вовремя ты надоумил меня, я был о тебе более скромного мнения.

— Не ехидничай, этим ты только выдаёшь себя. Ну, допустим, этот огонь не будет зажжён, что с того? Весь мир перевернётся? Ведь это просто «шоу»!

— Как знать, как знать… Ты не совсем искренен, окрашивая в тусклые краски столь ожидаемое всем православным христианским миром событие. Миллионы праведников жаждут лицезреть огонь и получить известие о том, что Господь всё ещё любит их. И если вдруг случится непредвиденное… Ты же знаешь, сколь старательна в приумножении своих грехов твоя паства, да и сама она прекрасна осведомлена об этом. Каждый год люди трепещут в страхе, что у твоего хозяина наконец лопнет терпение и он ниспошлёт на Землю очередной Всемирный потоп, а не безобидный Благодатный Огонь. Что ж, если случится грандиозная паника во время этого, как ты легкомысленно выразился, шоу, то я и мои соратники будем весьма рады такому событию.

— Ты и твои соратники? Смелое заявление. Меня питают большие сомнения, что те, кого ты называешь своими соратниками, так же могут назвать тебя своим боевым товарищем. С тех пор, как ты был верховным демоном, кое-что изменилось, не так ли? Ты надеешься вернуться обратно, но ждут ли тебя там? Сомневаешься ли ты в том, что за твоё место у трона сатаны уже ведётся коварная и беспощадная борьба? Да и сам Хозяин Тьмы никогда не простит тебя за содеянный проступок, ты это прекрасно знаешь. Ты стоишь у края пропасти и думаешь, что в её глубине найдёшь спасение и избавление? Это глупо, на дне твоей пропасти лишь Ничто. Ты потерялся, и мне жаль тебя, Вилиал. Вспомни, ведь когда-то, в твою бытность ангелом, мы были друзьями! Что мешает тебе вернуться обратно? Стань первым, кто сделает это, и ты будешь непобедим!

— Мягко стелешь, Верховный Хитрец! Ты хочешь занять чужое поле, не принеся взамен никакой жертвы? Одержать победу таким образом невозможно ни в Го, ни где либо ещё. Что-то получаешь, что-то отдаёшь, этот закон был придуман задолго до нашего с тобой появления. Сатана и Бог играют одну бесконечную партию в Го, окружая чёрными и белыми фишками пустые клетки — людей, и забирая камни своего противника — ангелов и демонов. Но есть одно непреложное правило — инициатива всегда у чёрных, именно они делают первый ход, и именно они — созидатели. Тьма была изначально, и лишь потом появился свет. Белым уготована судьба разрушителя, и потому у сатаны есть преимущество — он всегда на шаг впереди. Сегодня это преимущество у меня, либо… либо ты можешь перехитрить чёрных, принеся в жертву белую фишку.

Гавриил сидел, откинувшись на спинку кресла и подперев квадратный подбородок правой рукой. Взгляд его был хмурым, из под густых седых бровей на Вилиала смотрели изучающие чёрные глаза. Наконец, помолчав, он принял какое-то решение и процедил сквозь зубы:

— Белые согласны на жертву ради великой цели.

— Но согласится ли жертва стать жертвой?

— У нас есть строгий порядок, иерархия и подчинение. Каждый из нас готов пожертвовать собой во имя победы добра и справедливости. Но сможешь ли ты сам принять такую жертву?