Трапеция
Шрифт:
сейчас, если ты не идешь в церковь…
Он отвернулся, прикрыл верхнюю часть трубки ладонью и позвал:
– Том, Барт приедет за тобой на своей машине? Тогда я возьму Крайслер?
– Конечно, бери.
– Сейчас приеду. Как мне добраться до тебя? Да, найду. Нет, ты вовсе не
обязана, дорогая. Позавтракаю в отеле… Хорошо. Буду через полчаса. Обними
Сюзи за меня… Разумеется, с удовольствием с ней поговорю.
Томми включил воду на полный
легком летнем костюме, синей рубашке и при галстуке он выглядел совсем
незнакомым.
– Надо найти магазин и захватить пасхальный подарок для Сюзи, – рассеянно
сказал он. – Какого-нибудь мягкого кролика…
– Посмотри в сувенирном магазине при отеле.
– Да, помню. Передавай Барту привет, – вдруг он хихикнул. – С любовью.
Взяв с тумбочки ключи от машины, Марио направился было к дверям, но
развернулся и шагнул к Томми. Обнял его за плечи и мазнул губами по щеке – как
не делал с тех пор, как Томми был подростком.
– Не принимай близко к сердцу, Везунчик, – шепнул он и был таков.
На глаза Томми снова навернулись слезы. Марио не сказал этого. Возможно, никогда и не скажет. Но все-таки он имел в виду – я люблю тебя.
Завтракать Барт и Томми отправились в кафе, где проходили встречи клуба. Зал
был наполнен подростками, мужчинами и женщинами всех возрастов и всех
социальных слоев, а машины, припаркованные перед зданием, тоже поражали
разнообразием: от старого разбитого MG, напомнившего Томми потрепанную
машину Стеллы, до блестящих Альфа-Ромео, Порше и полудесятка Ягуаров.
Разговоры шли, в основном, об автомобилях, и Томми то и дело выхватывал
отдельные обрывки. Барт тоже слушал, потом глянул на часы и сказал:
– Пойдем. Через пять минут начнут распределять номера.
Когда они шли к дверям, кто-то сзади окликнул:
– Ты сегодня без Луизы?
Барт, не убавляя шага, ответил:
– Ей не нравится заниматься расчетами.
На улице Томми поинтересовался:
– Кто такая Луиза?
– Моя жена. Студия обязала нас время от времени появляться вместе на публике, так что я приводил ее сюда пару раз. Только когда она узнала, что это не гонка, и
ей придется быть штурманом и рассчитывать среднюю скорость, то очень
огорчилась. Не пойми меня неправильно… из женщин выходят отличные пилоты, порой даже лучше мужчин. Но единственные числа, с которыми способна
справиться Луиза – тридцать шесть, двадцать два, тридцать шесть[1].
Он ухмыльнулся.
– Но ты же не паникуешь при виде цифр? Или тоже не в ладах с математикой?
– Все, для чего не требуется логарифмическая линейка, – сказал Томми,
хохотнул.
– Отлично. Мы же не хотим вылететь из-за превышения скорости.
Это было первым сюрпризом дня. Томми все еще считал, что его ждет нечто
похожее на гонки, но данные на старте инструкции поражали. Он сразу понял, что это совсем другой вид соревнований. Успех командной работы зависел от
того, как быстро он обработает сложный маршрут и передаст сведения Барту –
чтобы тот мог концентрироваться лишь на искусном ведении машины. Особенно
удивляла необходимость сдерживать скорость до точно вычисленной величины, потому что за превышение отнималось больше очков, чем за позднее появление
на контрольных точках. Томми вскоре обнаружил, что наслаждается процессом, и даже пытался вычислить внезапные контрольные точки, помимо основных –
видимо, предназначение их заключалось в том, чтобы водители не мошенничали, срезая путь и сходя при этом с трассы. Позже Барт предложил ему сесть за
руль. Для Томми такое было в новинку, но через пару минут отличные рефлексы
взяли свое, и ему пришлось серьезно бороться с искушением увеличить скорость.
Впечатления такого рода он никогда бы не смог разделить с Марио. Для того
машина была лишь средством перемещения из одного места в другое и обратно, а
о технических характеристиках он не думал вовсе. Марио любил быструю езду, но лишь из свойственной ему нетерпеливости, а не для удовольствия.
Томми удивлялся, сколько облегчения и радости приносит дело приятное, нелегкое, но совсем не относящееся к полету – пусть требующее почти такой же
сосредоточенности и навыков. Возможно, именно по этой причине Папаша Тони
когда-то старался научить его играть в шахматы. Томми доводилось видеть, как
Папаша и Анжело так погружались в происходящее на доске, что приходили в
себя только за пять минут до сигнала к началу представления. К тому времени, как они добрались до последней контрольной точки, Томми с изумлением понял, что за целый день ни разу не подумал о проблемах Марио, Сью-Линн, телевизионной программе или тройном сальто.
Главный приз ушел команде на Порше – худой женщине и ее сыну-подростку – но
Томми и Барт взяли один из трех утешительных призов: сертификат автосервиса, дающий владельцу право на бесплатные мойки, заправки и ремонты, не
превышающие двадцати долларов. Барт глянул на адрес, пожал плечами и
протянул сертификат Томми.
– Нужен? Мою машину обслуживают в Северном Голливуде, делают все, чего я не
могу сам. В этот автосервис я вряд ли когда-нибудь попаду.
– Спасибо, нам пригодится, – Томми спрятал сертификат в бумажник.