Трасса до небес

Шауров Эдуард

Они пожали друг другу руки, обменялись праздничными пожеланиями, и Гвен ушла, а маршал откинулся на спинку кресла. Он вытащил портсигар, закурил, затем сказал, выпуская дым сквозь уголок тонкогубого рта:

– Ну что, парень, знаешь, в чем тебя обвиняют?

Я буркнул что-то насчет поршня под днище. Он не обиделся, а добродушно усмехнувшись, подтолкнул ко мне свой инсишник.

– Мистер Бакко обвиняет тебя в краже пяти тысяч ньюбов. Почитай его показания и показания двух свидетелей.

Посопев носом, я притянул к себе

планшет и принялся просматривать, чего там накарябано. Ниппель, сукин сын, вешал на меня пять штук, которые он якобы передал мне на разовом чиппите при двух свидетелях. Теперь, когда я в оговоренный срок не вернул ему деньги, более того, попытался скрыться, он подал иск в окружной суд. Вранье от первого до последнего слова. Никакого чиппита и никаких свидетелей не было. Вернее свидетели были, но видели они, как Бакко вручал мне три сотни лотерейных билетов. Просто продажа государственных билетов по цене в пять раз выше номинала тоже преступление, и об этом лучше не поминать ни мне, ни Бакко. А то, что Ниппель накинул две штуки сверху, меня даже не удивляло, вонючка потратился на услуги судейских и желал окупить все затраты.

– Вранье, - сказал я, возвращая инсишник.

– А свидетели под присягой показали, что чистая правда.
– Маршал оперся крепким подбородком на пальцы.
– Вариантов у тебя немного. Если ты вернешь мистеру Бакко деньги, дело ограничится административным взысканием судебных издержек, если нет, то передам тебя истцу с вердиктом взыскать, а уж как он будет взыскивать, не мое дело.

– Знаю я его фальшивых свидетелей.

– А это уже клевета.
– Лицо у маршала стало хищным.
– Карается по закону.

– Идите вы куда подальше, - проговорил я обиженно.
– Нету у меня никаких денег. Сорок ньюбов тварюги-ханты забрали и доску с рюкзаком...

Маршал сочувственно качнул головой, потыкал пальцами в инсишник, затем сложил приборчик и убрал в карман.

– Ты хорошо подумал?
– спросил он.

– Нечего мне думать.

– Прекрасно.
– Маршал аккуратно погасил сигарету о края мусороприеника.
– Тогда я властью, данной мне Дорожным Округом, выношу оперативное судебное решение. Ты будешь передан истцу для взыскания оговоренной суммы. Вот так-то, сынок. Сейчас пристав проводит тебя в камеру, а потом передаст на руки мистеру Бакко.

"Попал", - мелькнуло в моей голове.

Маршал уже поднялся со своего места. Обойдя стол, он заставил меня подняться с кресла и, сдавив, как клещами, локоть, поволок к выходу из офиса. Долговязый парень скользнул по мне странным взглядом и, нагнувшись вперед, спросил что-то у своего собеседника.

Значок уже наполовину сдвинул дверь матового стекла, когда Санта-Клаус неожиданно его окликнул.

– Э-э-э... Одну минуточку, Джаст, - сказал старикан.

Маршал обернулся.

– Мой клиент, э-э-э... мистер Нидл... пардон... мистер Элдридж просит разрешения задать вам вопрос.

На сухом лице

появилось выражение внимания и готовности.

– Простите, сэр, - сказал парень, поднимаясь со своего кресла.
– А в чем обвиняют этого мальчика?

Надо же, юзя, нашел мальчика.

– Невыполнение долгового обязательства, - охотно ответил маршал.
– Приравнивается к преступному присвоению, сиречь к краже.

Он вкратце объяснил суть дела и обрисовал мое положение. Я стоял, мрачно рассматривая забавные ботинки долговязого.

– И что его ждет?

– Будет передан истцу для взыскания означенной суммы.

– Не понимаю. Как можно взыскать сумму с несовершеннолетнего, у которого нет ни родителей, ни работы?

Маршал усмехнулся:

– Считается совершеннолетним с момента получения водительских прав. А взыскать дозволено множеством способов. Мистер Бакко может отдать его на какой-нибудь фермер-бас, обрабатывать грядки, или в педальный ресторан сэра Пежо-старшего, крутить ногами за семь ньюбов в неделю, или на велофургоны Пежо-младшего. Лет за пять, если будет стараться, покроет свои долги. Так что работа у него будет. А начнет артачиться, увеличим срок и отправим в окружную тюрьму. Надеюсь, я удовлетворил ваше любопытство.

– Погодите, - проговорил парень и сильно потер лоб ладонью.
– А если я покрою его долг перед истцом?
– он оглянулся на застывшего Санту.
– Мистер Гатч, вы ведь говорили, что те двадцать тысяч, что определены дядей на текущие расходы, я могу взять прямо сейчас?

– Ну не прямо сейчас, - промямлил рождественский дед, - но в ближайшее время вам передадут чиппит с суммой.

– Ну, вот! Тогда я могу оплатить долги мальчишки?

Я поднял голову и во все глаза уставился на носатого спонсора.

– У нас тут окружной судья.
– Маршал кивнул в сторону толстяка в красных шароварах.
– Пусть он решает.

Клаус пожал плечами:

– Не вижу препятствий. Мистер Элдридж может взять этого юношу на поруки, нанять его по долгосрочному контракту, скажем, сменным водителем и выдать зарплату вперед. Поручительство можно оформить прямо сейчас.

Маршал жевал губами, было непонятно, одобряет он решение толстяка или осуждает.

– Что ж, - сказал он наконец.
– Все по закону. Мы подождем в холле, пока вы закончите. Реквизиты задержанного на сканере, ваша честь.

Носатый улыбался.

– Конечно, мистер Джаст, - откликнулся судья.
– Много времени это не займет, тем более, что свои дела мы с мистером Элдриджем уже в принципе закончили, - он нагнулся к внутреннему переговорному устройству и попросил.
– Джескинс, занесите, пожалуйста, мне в общий кабинет эмограф и пару дигитивных бланков, нужно засвидетельствовать добровольную переадресацию долговых обязательств, и попросите Олафа подготовить машину.

Маршал коснулся края воображаемой шляпы и подтолкнул меня в спину.