Трава – его изголовье

Книга повествует о событиях, произошедших после смерти Отори Шигеру в крепости Инуяма клана Тоган. По мнению многих, лидера клана Йоду Сада-му убил Отори Такео, приемный сын Шигеру. Свершилась месть. Клан Тоган был свергнут представителем клана Сейшу из Кумамото – Араи Даичи, который воспользовался неразберихой после падения Инуямы и захватил власть на территории Трех Стран. Араи надеялся заключить союз с Такео и женить его на Ширакаве Каэдэ, наследнице поместий Маруяма и Ширакава.

Предсмертный завет Шигеру и притязания главы рода Кикута из Племени

заставили Такео отказаться от наследства. Не состоялась и свадьба Такео с любимой девушкой – Каэдэ. Связанный кровными узами и присягой, он перешел на сторону Племени.

Отори Шигеру похоронили в Тераяме, отдаленном горном храме в сердце Срединного Края. После сражений в Инуяме и Кушимото Араи приехал в храм, чтобы воздать почести павшему союзнику и заключить новый союз. Здесь Такео и Каэдэ встретились в последний раз.

Когда ночамиЛьют дождиИ воет ветер,Когда ночамиДождьИ мокрый снег, —Как беспросветноБеднякам на свете…Яманоэ Окура: диалог бедняков из «Страны Восьми Островов».Перевод А.Е.Глускиной

Накануне взгляд Кикуты погрузил Ширакаву Каэдэ в состояние глубокого сна на грани с потерей сознания. Ночь миновала, звезды поблекли на рассвете, в храме раздались оживленные голоса людей, а она не шелохнулась. Служанка Шизука звала госпожу по имени, пыталась разбудить, но Каэдэ не слышала голоса и не чувствовала тепла ладони на лице. Она дышала мирно и спокойно, лицо словно окаменело. Каэдэ не подозревала, что люди правителя Араи Даичи в нетерпении столпились на веранде. Полководец ожидал встречи с госпожой Ширакавой.

К вечеру сон отступил. Затрепетали веки, по губам пробежала улыбка. Сжатые в кулаки пальцы распрямились.

Потерпи. Он вернется за тобой. Девушке снилось, что тело ее сковано льдом. В сознании эхом отдавались какие-то слова. Страха не было, возникло лишь ощущение, что она находится в тихом, замерзшем, заколдованном мире. Каэдэ открыла глаза.

Солнце еще не зашло. Судя по тени, близился вечер. Ласково звеня, пронесся и замер ветерок. На лице выступили капельки пота. Кажется, прошедший день выдался теплым. За окном щебетали птицы, ласточки весело порхали в поисках насекомых. Скоро наступит осень, и они улетят на юг.

Пение птиц напомнило Каэдэ о рисунке, который подарил ей Такео несколько месяцев назад, в этом же самом месте. Образ дикой лесной птицы вызывал мысли о свободе. Рисунок сгорел со всеми ее вещами, со свадебным платьем и одеждой в крепости Инуяма. Не осталось ничего. Шизука нашла старые платья в доме, где они остановились, раздобыла расчески и прочие принадлежности. Госпожа никогда раньше не ночевала в подобном жилище. Дом торговца, пропитанный запахом бродящей сои, был полон людей. Здешние обитатели старались держаться от постояльцев подальше, хотя служанки иногда подходили тайком взглянуть на гостью через ширму.

Каэдэ не хотела вспоминать о последних событиях

в замке. Она убила человека, она провела ночь с мужчиной, она сражалась с ним бок о бок, взяв меч у убитого. Девушка не могла поверить, что все это произошло с ней. Казалось, люди правы, и над ней висит проклятие. Ходят слухи, что любой, возжелавший ее, умирает. И действительно, мужчины отправлялись на тот свет. Но не Такео.

Каэдэ испытывала страх перед сильным полом с тех времен, когда была заложницей в замке Ногучи. Однажды ей пришлось защищаться от нападения стражника… Только один мужчина не вызывал у нее боязни. Девушку тянуло к Такео с момента знакомства в Цувано. Каэдэ хотелось, чтобы он прикоснулся к ней, хотелось почувствовать тепло его тела. Теперь, вспоминая ту ночь, она с неотвратимой ясностью понимала, что не выйдет замуж ни за кого, кроме Такео. Я потерплю, пообещала она, и в этот момент ей послышался чей-то голос.

Каэдэ оглянулась и увидела на краю веранды служанку. Вдали возвышались древние деревья, окружавшие часовню. В воздухе пахло хвоей и пылью. Колокольный звон возвестил вечерний час. Каэдэ молчала. Не хотелось ни говорить, ни слышать чужого голоса. Возникло желание вернуться в ледяное царство сна.

В воздухе за частичками пыли, что повисли в последних лучах солнца, она заметила нечто необычное: призрак, подумала Каэдэ, нет, напротив, реальное и все же непостижимое видение, сверкающее, как первый снег. Каэдэ приподнялась, не отводя глаз, и узнала Белую Богиню, милосердную, добрую… Образ исчез так же внезапно, как и появился.

– Что случилось?

Шизука услышала шорох и подбежала к девушке. Каэдэ поймала тревожный взгляд служанки и вдруг поняла, как дорога ей эта женщина, самый близкий, единственный друг.

– Ничего. Показалось спросонья.

– Все в порядке? Как ты себя чувствуешь?

– Не знаю… – Каэдэ замолчала и пристально посмотрела на Шизуку. – Я проспала весь день? Что со мной произошло?

– Ему не следовало так поступать с тобой, – сказала Шизука озабоченно и рассерженно.

– Ты о Такео?

Шизука кивнула:

– Я даже не знала, что он обладает столь опасным умением. Такой дар встречается только среди членов семьи Кикута.

– Последнее, что я помню, это его глаза. Мы смотрели друг другу в глаза, а затем я уснула. – Помолчав, Каэдэ спросила: – Он ушел, да?

– За ним пришли прошлой ночью мой дядя Муто Кенжи и мастер Кикута Котаро, – ответила Шизука.

– И я больше никогда его не увижу?

Каэдэ вспомнила свое отчаяние той ночью, перед долгим глубоким сном. Она молила Такео не покидать ее. Отказ глубоко ранил и опечалил девушку. Каэдэ не могла представить себе будущее без него.

– Ты должна забыть Такео, – сказала Шизука и нежно погладила руку госпожи. – Отныне и впредь ваши судьбы не должны пересекаться.

Каэдэ улыбнулась. Я не могу забыть Такео, думала она. И никто не отнимет его у меня. Я спала в снежном царстве. Я видела Белую Богиню.

– С тобой все в порядке? – взволнованно спросила Шизука. – Не многие способны пережить сон Кикуты: часто люди умирают, не проснувшись. Не знаю даже, что он сделал с тобой.

– Он не причинил мне вреда. И все же я изменилась. У меня такое ощущение, что я ничего не помню и должна постигать все заново.