Треллисанская конфронтация
Шрифт:
Как только квадратное лицо Скотти исчезло, и вместо отсека управления появились административные здания колониального центра Трефолга, Джеймс Кирк снова впал в беспокойство. Иногда, особенно последние несколько дней, он мог расслабиться только на борту «Энтерпрайза», однако, покинув надежные стены корабля и выйдя на поверхность планеты, он чувствовал себя беспомощным и незащищенным.
Губернатор Кепак лично вышел им навстречу и несколько торопливо поприветствовал команду «Энтерпрайза». Рядом с ним шел его помощник. Кирк вспомнил, как несколько лет назад он познакомился с Кепаком, еще до его утверждения
– Капитан Кирк! Очень рад видеть вас снова.
Кирк кивнул и пожал протянутую ему руку:
– Господин губернатор, познакомьтесь: это доктор Леонард Маккой, мой старший офицер и бортовой врач. Я подумал, что он мог бы осмотреть ваше медицинское оборудование и технику. Кроме того, некоторые аппараты мы можем выделить вам с нашего склада.
– Разумеется. Мы будем вам очень признательны. Мистер Джонсон, – он кивнул в сторону своего сопровождающего, – познакомит вас с охраной, а самих заключенных вы увидите позже.
В пограничных колониях, по счастью, обходились без лишних церемоний и формальностей. Маккой остался в главном колониальном госпитале – маленьком и примитивном по сравнению с тем, что имелся на борту «Энтерпрайза», и Кирк с губернатором оказались наедине.
– Ну, Лерак, ты сказал, у тебя есть для меня какие-то новости?
Они вышли на большой пустырь за основными зданиями. Тени здесь то и дело перемежались с кучами мусора. Что-то до боли знакомое показалось Кирку в этом пейзаже, но что – этого он определить не мог.
– Да, – сказал Кепак, – есть. После того, как флот послал сюда ваш корабль, чтобы забрать заключенных, мы приняли шифровку с Треллисана. Сигнал был очень слабым. А без наших мощнейших приемников мы не получили бы вообще ничего.
– Треллисан, – задумчиво пробормотал Кирк. Кое-что об этом мире он слышал, главным образом благодаря его уникальности и хрупкости. Уж не случилось ли то, чего так долго боялась Федерация? Как будто читая его мысли, Кепак сказал:
– Я не думаю, что случилось непоправимое. Однако они запросили Управление о возможности отправки к ним корабля. Сомневаюсь, что их послание дойдет до штаба, поэтому хочу передать эту новость тебе, а там – поступай на свое усмотрение.
Он немного поразмыслил.
– Я не хотел передавать эту информацию по обычной связи ни на «Энтерпрайз», ни в Управление. Здесь у некоторых она может вызвать панику. Вообще, колонии всегда стоят на краю паники, и край этот очень непрочен. Наши соседи – миры Нейтральной Зоны, и если ромуланцы решат пойти на нас войной, мы примем их удар первыми.
– Конечно, Лерак. Я понимаю. – Кирк подумал, что понимает также и причину таких резких перемен в своем старом знакомом. – Я надеюсь, присутствие «Энтерпрайза» сумеет, по крайней мере, приободрить колонистов, показать им, что о них не забыли. А сейчас расскажи мне об этом месте, – он кивнул в сторону пустыря.
– Я думаю, тебе это будет интересно.
Кирк кивнул.
– Несмотря на заявления Колонистской Партии, ромуланцы стали заметно покладистей. По крайней мере, они не объявили войну из-за того, что к ним сунулась горстка каких-то фанатиков в гражданском корабле.
Кепак нахмурился.
– Все было гораздо серьезнее. Они купили старый грузовой корабль и обшили его огромным количеством укрепленных металлоконструкций. По крайней мере, внешне он очень напоминал корабль Звездного Флота. Преступники сделали все, чтобы ромуланцы сочли это военной провокацией.
– Но обман был бы немедленно раскрыт сразу после их посадки.
– Этого не случилось бы. Между прочим, заключенные говорили об этом совершенно открыто. Их рассказ звучал как бравада.
– Потому что они уверенны в том, что они – истинные патриоты, а вы – предатели, которые хотят им помешать? Я понимаю это именно так, – заметил Кирк.
– Ты совершенно прав. Они планировали создать видимость атаки, а этого вполне достаточно, чтобы ромуланцы открыли огонь на поражение. И тогда никто бы не узнал, что там случилось на самом деле, и у всех сложилось бы впечатление, что Федерация пытается завоевать Нейтральную Зону в нарушение мирного пакта.
– Но если бы ромуланцы открыли по этим фанатикам огонь, они бы погибли!
– Конечно. Но для них это неважно. То, что ты видишь перед собой, – Кепак махнул рукой в сторону свалки железа, покрывавшей весь пустырь, – остатки их корабля. Я приказал его уничтожить, чтобы ни у кого больше не возник соблазн собрать его по частям и использовать снова. Да и нам это железо тоже пригодится после переплавки.
Кирк окинул взглядом кучи металлолома и ему вдруг подумалось, что, возможно, такой же конец ждет и «Энтерпрайз»: гора списанного хлама. Эта мысль заставила его содрогнуться, и он быстро произнес:
– В послании с Треллисана ничего не упоминается об их проблеме?
Кепак как-то вдруг помрачнел.
– Да в общем-то, нет. И все же, там они упоминали клингонов. И это тоже одна из тех причин, по которой я хотел переговорить с тобой с глазу на глаз. Сигнал был слишком слабым, и мы почти ничего не поняли. Давай вернемся ко мне в кабинет, и я прокручу тебе эту запись.
Глава 2
Заключенными были трое землян, две очень похожие на людей женщины с Нактерна и четырехполое существо с Онктилиса. Поскольку последнее представляло собой аморфную массу диаметром около метра, наручники надели только на землян и женщин. Если бы Кирк никогда раньше не слышал о чудовищной силе и сноровке этой онктилианской помеси, с виду совсем безобидной, он, вполне вероятно, допустил бы ошибку и не принял нужных мер по охране этого заключенного. Однако об онктилианцах он уже немало слышал и поэтому, не дожидаясь инструкций Кепака, отдал приказ начальнику охраны «Энтерпрайза» усилить наблюдение за существом.