Третий фронт
Шрифт:
Я помнил рассказ своего начальника отдыхавшего в Бразилии и перенесшего дизентерию после того как попил местной воды. Нет, я так рисковать не хотел.
На обустройство временно-постоянного лагеря ушло более пяти часов. Отвлекался я только дважды, чтобы попить чаю и сварить похлебку, потому как я как-то за время работы умудрился выпить все четыре литра чая, но зато после этого жажда, постоянно мучившая меня, ушла далеко в прошлое.
Лагерь я построил бы и за полчаса, ничего сложного, сделать очаг, постель из листов пальм, да полог для защиты от солнца. Но не стоит забывать о безопасности, поэтому я и занимался, создавая забор вокруг лагеря. Сперва
После похлебки что я сварил, немного отдохнул, скрываясь от знойного солнца под пологом, но после занялся важным делом. Достал точильный камень, разложил вокруг весь инструменты и стал по очереди натачивать их. Сперва поработал с лопаткой, наточив до бритвенной остроты, потом занялся заметно затупленным топориком, за час доведя его до состояния лопатки. Ну и напоследок до самой темноты шаркал по сабле, делая из нее длинный нож. В принципе получилось, только вот с гардой защищающей кисть от повреждения что делать? Пришлось искать, как она разбирается чтобы убрать эту чашу, иначе за пояс не сунешь, мешать будет при ходьбе. Под конец заточки, когда нашел, как снимать ручку я это проделал и убрал гарду, превратив саблю в тридцатисантиметровый нож с заточной с одной стороны. Да ржавчины на лезвии теперь нет, всю удалил.
На этом закончился второй день моего пребывания на неизвестной земле, хотя я больше и больше склонялся к тому, что оказался в Африке. Как-то уж все это было похоже.
Ладно, завтра с утра оставлю вещи в лагере и пойду налегке к вершине. Нужно будет разобраться где я, хотя бы осмотреться что ли.
Повезло, ночь прошла нормально, меня даже перестали пугать шум и крики из джунглей. Привык что ли?
Проснулся я, как только солнце встало, вскочив и сделав несколько энергичных движений разгоняя кровь, быстро позавтракал холодной вчерашней похлебкой, пока на маленьком костерке в одной из консервных банок доходил чай и стал готовиться к разведывательному походу. Ну заодно и порталы поискать. А вдруг?
После завтрака я достал бывшую саблю и задумчиво проверив заточку, пощупал начавшую пробиваться бородку. Через десять минут я уже с удовольствием гладил выбритое лицо, стараясь не касаться двух царапин. Опыта подобного бритья у меня не было.
Быстро собравшись и загрузив в один из баулов самое ценное, то есть все железо, одеяло, один спальник и продовольствие, не забыв котелок, кто его знает, вдруг не вернусь, я перешел вброд ручей, надел носки и высохшие берцы и, зашнуровав их, энергично зашагал в сторону вершины. По примерным прикидкам до нее осталось всего километра четыре, не меньше.
Шагать по влажному слежавшемуся песку было одно удовольствие, изредка только перепрыгивал через растительный мусор, что был выброшен на берег прошлым штормом. Дважды мне попадались отдельные куски дерева, с такими же следами огня, как и у настила, что подтверждало мое предположение о пожаре или взрыве на корабле.
Все чаще и чаше мне начали встречаться камни и невысокие скалы на берегу и на мелководье, о которые разбивались невысокие волны. Шум прибоя здесь был очень высок. Вот у одних из этих скал меня ожидала очередная находка. Подойдя к присыпанным песком деревяшкам, я ковырнул носком ботинка
Поправив ремень баула, я отошел чуть в сторону и осмотрелся. Дальше скалы вплотную подходили к морю и по берегу уже не пройти, но и вершина оказалась прямо передо мной. Еще раз осмотрев удобный путь наверх, я направился к деревьям, за ними начинался крутой склон заросший кустарником и травой. Вот по нему я и буду подниматься.
Прорубившись через пятидесятиметровый участок джунглей, я вышел на чистую местность с травой по пояс и зашагал к началу склона. При приближении к густому кустарнику я взял левее, где был просвет и, почувствовав гниющий запах разложения. Погладив обух топора, я поправил ремень баула, чтобы было удобнее и, замерев, прислушался. Кроме шума листвы я различил гул множества мух. Больше всего мне не понравилось то, что и запах и шум мух доносился именно от просвета между кустарником, куда я направлялся.
— Любопытство сгубило кошку, — тихо пробормотал я и, помедлив, настраивая себя, двинулся вперед держа топорик наготове. Через минуту я смог рассмотреть источник запаха, над котором висел плотный рой мух. Это было что-то кошачье, навроде Багиры из мультика Маугли. Эта тоже была с черной шерстью, это можно было различить, несмотря на то, что труп явно кто-то подъел.
Покрутив головой, я стал искать обходной путь. Пришлось возвращаться по своим следам и двинуться левее, пока не нашел еще один проход, однако и тут мне пришлось остановиться, сжимая внезапно вспотевшими ладонями топорище. Никогда не любил змей.
На звериной тропке, по которой шел, разглядев ползущего гада, я весь покрылся потом от неожиданности.
— Червяк переросток, мать твою. Нет, жить в джунглях это не для меня, — пробормотал я разом ослабевшим голосом.
Не знаю, что это было, но змеюка была метров под пять длиной, и ползла в одном со мной направлении.
— А что, если двинуть за ней? Пусть путь мне расчищает, — пробормотал я и, не спуская с извивающегося тела взгляда, двинулся следом.
Таким Макаром мы прошли весь кустарник, хотя змея двигалась не так быстро, как мне хотелось. Потом она свернула куда-то вправо, в сторону трупа Багиры, а я, наконец, начал подниматься по склону.
Вдруг с той стороны, куда уполз червяк, я услышал отчаянное верещание. На секунду замерев, я бросился к источнику звука, потому как он очень сильно напоминал рев котёнка, когда я наступаю ему на хвост, только тут еще оно было испуганным. Да что испуганным, в крике чувствовался ужас.
Я догадывался что увижу, труп Багиры на это навел, поэтому, когда рассмотрел в пасти змеи черный меховой комочек отчаянно верещавший, я действовал не задумываясь.
Змей уже начал скручиваться кольцами, пытаясь удушить жертву, как я с воплем Тарзан в гигантском прыжке опустил топорик на одно из колец удава. Я уже понял кто это.
Удар удава явно ошеломил, так как я практически перерубил кольцо. Змей забился кольцами, котенок отлетел в сторону продолжая верещать, а я просто отскочил в сторону, ожидая окончания агонии. Мой удар фактически перерубил его в середине туловища, повредив хребет. Ну или что у них там.
Сделав три шага в сторону я подобрал шевелившийся комочек и стал поглаживать его проверяя на травмы. Похоже, кроме довольно сильной помятости никаких повреждений у котенка не было.
— Какой же ты худенький. Хотя о чем это я, когда еще твоя мамаша погибла? Сейчас покормлю. Интересно ты еще молочный или уже ешь мясо?