Третья волна
Шрифт:
123.439. Сто двадцать три тысячи километров. Без малого… Но это не все, что поразило Секара. Наиболее непонятным, почти мистическим являлось для ученого другое: Меркаба стала спутником Калиса! И находилась на орбите довольно стабильно с малым периодом обращения. Не веря в такой результат, Секар благодаря своей программе как бы переместился в будущее этой новой планетарной связки на миллион лет вперед. Калис-Меркаба все еще оставались в связке, только теперь Меркаба была немного дальше от третьей планеты — счетчик вывел цифру 401.336. Да плюс к этому вращение как
Но главное — это расстояние в 123439 километров. Вот что главное!
Секар решил, что сразу же заявлять о своем новом открытии не стоит. По внутренней связи, которой на «Старателе» не пользовались, наверное, уже целую вечность, он попросил прийти в лабораторию Сотиса. Через десять минут навигатор подошел.
— Сотис, капитан сказал мне, что ты рассчитал траекторию полета «Старателя».
— Да, рассчитал.
— Получилось, что не хватило энергии для посадки на Калис, верно?
— Именно так. К сожалению, твоя великолепная обнадеживающая новость напрочь затерлась моей мрачной новостью. Извини, Секар…
Ученый взмахом руки остановил все слова не к месту. Спросил:
— А если я дам тебе другие параметры полета Меркабы, ты сможешь подсчитать, хватит ли нам энергии?
— Конечно. Только какие параметры ты можешь мне дать? Мы с Абисом проверили твои расчеты и подтвердили их. Не станет же Меркаба только от нашего большого желания менять свою траекторию.
— Как знать, как знать, — с блуждающей улыбкой на лице проговорил Секар. Он написал на клочке бумаги число 123439, затем подписал для верности «КМ», и протянул навигатору. — Проверь вот эти данные.
— Что это?
— Конечное расстояние от Меркабы до Калиса.
— Не может быть!
Секар коротко пересказал ему о только что произведенных расчетах.
— Так что, проверишь?
Сотис побледнел. Бумажка с числом все еще дрожала в его вытянутой руке.
— Я могу сказать и так, — подал, наконец, голос навигатор. — Если ты прав и это корректная высота, «Старатель» сможет сесть на Калис.
ГЛАВА 30
Ничего не произошло. Все осталось по-прежнему спокойным, погруженным в вечное забвение.
Стохадский зашелся в кашле. Крик дался ему нелегко.
— М-да, — чмокнул губами Семенов. От затеи Дементьевой он всерьез не ожидал никаких результатов. — Не повезло…
Но девушка считала иначе. Инстинктивно ухватившись за пол, она вдруг шикнула:
— Т-с-с-с!..
Поднимался звук. Знакомый уже низкий инфразвук пришедших в действие скрытых механизмов. Но что он открывал? Ведь в тупике нет никаких дверей!
Все трое испуганно вскрикнули, когда вдруг условный квадрат в конце тупика, на котором они расселись, начал опускаться. Механизм, оказывается, представлял собой древний лифт! Притом довольно скоростной! Даже у Семенова не хватило бы реакции успеть спрыгнуть с опускаемой площадки на оставшийся теперь далеко наверху пол туннеля.
Лифт быстро опускал людей глубоко под землю, под пирамиду, под плато Гизы в недра Ливийского плато. Гладкие стены шахты проносились
Семенов посмотрел наверх. Они спустились на глубину метров тридцать, не меньше. Еще дальше от поверхности и от любой возможности выбраться. Зато шансов отыскать корабль прибавилось…
В обе стороны уходил кажущийся бесконечным широкий туннель. Он также упоминался в Изумрудных книгах.
— Где мы?
Елена не знала.
Дальномеры отказывались что-либо сообщать о длине туннеля. Будто он и в самом деле был многокилометровым что в одну, что в другую сторону. У Семенова возникла ассоциация с гигантским ускорителем элементарных частиц, какими пользуются физики для изучения свойств микромира.
— Куда же нам идти? На север? Или на юг?
Голосом, полным страха, девушка ответила:
— Кажется, вниз…
И тут же лифт вновь пришел в движение. Не дав людям опомниться, каменная площадка ушла вниз с такой скоростью, что возникло ощущение падения в бездну. Девушка закричала от ужаса, Семенов вжался в пол, Стохадский лишь застонал.
И опять движение резко прекратилось. На этот раз так резко, что люди больно ударились о спускаемую площадку, вскрикнули и стали ошарашено ползать, оглушенные. Спустя минуту, когда шок отступил, они стали осматриваться.
Вокруг царила темнота. Приборы ночного видения могли различить далекие стены огромного помещения шестиугольной формы. Тишина и забвение, и ничего больше.
Семенов поторопился убраться прочь с проклятой опускаемой площадки. Глядишь, ей взбредет провалиться еще глубже, в самую преисподнюю. За майором отползли в сторону и другие.
— Теперь-то где мы, елки-палки?
— Может, внутри корабля? — предположил Стохадский.
— Вряд ли корабль древних выглядит именно так, — разочарованно сказала Елена.
— Откуда тебе знать, как выглядит корабль марсиан? — крякнул Семенов. Он видел на стенах какие-то штрихи, линии, узоры… — Кажется, на стенах что-то нарисовано.
Вместе с девушкой они подошли к высоким стенам. Действительно, на них были надписи и рисунки, тысячи, миллионы иероглифических символов. Мертвых.
— Египетское письмо?
— Не уверена, — покачала девушка головой. — Но похоже на древнеегипетский.
— Что здесь написано?
— Откуда я знаю… Я не специалист по древним языкам…
Все шесть стен загадочного помещения были полностью испещрены иероглифами. Преимущественно мелкими, но встречались и большие рисунки с изображением людей и животных. Какую ценность для науки имели эти надписи, могли бы сказать только египтологи. Корабля же в помещении не оказалось.
Девушка предположила, что должен быть еще какой-то ход. Они подошли практически вплотную к разгадке тайны проекта «Коперник», оказались в неизвестных помещениях, испытали на себе работу тысячелетних механизмов… Где-то совсем рядом должен быть корабль!.. Совсем рядом! Девушка буквально ощущала его присутствие, но не могла найти никакой двери.