Третья
Шрифт:
– Значит, в кафе, – обронил без вопросительной интонации водитель и вывернул от тротуара.
Творожные пончики и порция горячего чая были тем, что нужно, чтобы обрести некую почву под ногами. Кафе Гэл выбрал уютное, непафосное; сам пил черный крепкий кофе. Куртку он повесил на стул, и теперь вид его мускулистых рук был тем, что я силилась воспринимать, как фотографию обоев на рабочем столе компьютера – однажды у меня стояла похожая. Только руки эти, в отличие от фото, шевелились, мышцы напрягались
– Все хорошо?
Его глаза, казавшиеся мне вчера зелено-голубыми, сегодня выглядели и отражали свет иначе, содержали в себе больше теплых, ореховых оттенков. Загадочная перемена, но рассматривать чужую радужку в открытую я не решалась.
– Да.
Сложно поддерживать диалог с «незнакомцами». А Коэн все-таки был незнакомцем.
– Ты и правда напряжена. Я могу что-то сделать, чтобы ты почувствовала себя более комфортно?
Собственно, он сам излучал ощущение спокойствия, комфорта и надежности. Отчего-то хотелось в эту надежность завернуться – собственные чувства путались клубком из взъерошенной пряжи.
– Все… хорошо, - я прочистила горло. – Просто Эйс…
– Он тебя напрягает?
– Он меня… как будто дразнит все время.
«Провоцирует».
– Он шутит. Относись к этому так – просто шутит. – Коэн сделал глоток кофе, вернул чашку на стол. – Он… веселый парень, но на самом деле куда серьезнее, чем кажется. К нему сложно проникнуть в душу.
– Зато легко в постель.
Я не собиралась язвить - сорвалось.
– Так кажется.
– Ой ли…
– Ты в этом еще убедишься.
– Я не собираюсь в этом убеждаться, потому что не собираюсь прыгать к нему в постель.
Мужчина напротив улыбнулся, и хитрость в этой улыбке смешалась наполовину с примирительностью.
– Я хотел сказать, у тебя будет «возможность» в этом убедиться. Если… вдруг.
– Обойдемся без всяких «вдруг».
Я собиралась твердо стоять на своем. Привлекательные парни – это здорово, но это вовсе не означает серьезные чувства, скорее игру. А игры с собственным сердцем любого рода я не любила.
– Обещаю, что прямых домогательств ни с его стороны, ни с моей не будет. Так проще?
Он старался сделать так, чтобы я расслабилась, и я, как ни странно, это ценила. Призналась честно, потому что самой хотелось наладить контакт.
– Просто жить в одной квартире с красивыми мужчинами – само по себе… испытание. Если ты понимаешь.
– Понимаю. Но это уже издержки ситуации.
«Мол, ничего не могу с этим поделать». Да он и не хотел ничего с этим делать, и это было очевидно. Пусть не так открыто, как Эйс, но Галлахер все же забавлялся моими ершистыми реакциями. А может,
«И ведь правда… Сегодня его глаза зеленовато-ореховые, а вчера…»
И я не удержалась, спросила:
– Что с твоими… глазами? И Эйса. Они как будто меняют оттенок.
Гэл выглядел польщенным моей внимательностью.
– У нас сложная профессия. И потому мы немного под нее… модифицированы. Эффект на глазах – побочный эффект.
«Красивый эффект. Как у драгоценных камней, которые вертишь в лучах солнца».
– У нас изменены зрение и чувствительность. Мы хорошо видим в темноте, у нас гораздо выше, чем у других, развиты реакции. Мы сильнее и выносливее прочих.
И почему мне на последней фразе вновь полезли в голову дурные мысли? Мысли о венах… На руках и ином органе…
Чтобы не расцвести от очевидного смущения, я пошутила:
– В общем, вы генетически модифицированные организмы.
– В каком-то смысле.
Это объясняло эффект «глаз», да. И мне сказанное Гэлом почему-то нравилось. Но продолжал терзать главный вопрос:
– Скажи, а вам действительно… требуется моя помощь? Помощь обычной девушки. Таким… выносливым. Разве вы сами…
– Мы можем и сами, Лив. Но будут жертвы. Салим – хитрая тварь, у него несколько десятков человек охраны и последняя система сигнализации, которую извне не обойти. Убивать… не хочется, если можно не убивать.
Я крутила в руках десертную ложку. Мой чай закончился, десерт я не попросила и потому просто держала что-то в руках, чтобы не нервничать.
– А что вы хотите найти в его доме?
– Ноутбук. Он содержит адреса, имена и контрольную информацию по борделям. Если данные окажутся у нас, мы сможем направить туда бригады, которые освободят девушек.
Все звучало солидно, правильно и «нужно».
– Но почему просто не взломать его ноутбук хакерской атакой?
– Потому что Салим не подключает его ни к одной из сетей. Опасается утечки.
Правильно опасается.
– Ясно.
Значит, моя помощь все-таки требуется, значит, это не ловушка, чтобы заманить наивную девушку в берлогу к двум хищникам. Не хотелось бы думать, что все мысли были выведены крупными буквами на моем лице, но Гэл, кажется, хорошо отслеживал ход моих размышлений. Отслеживал и не вмешивался в него.
От него вообще исходило странное ощущение. С одной стороны, надежности, близости по духу, простоты – мол, ты можешь мне доверять, я друг, я не обижу. С другой стороны, он оставался неблизким парнем, тем, на кого у меня последние полчаса шли физические реакции. В общем, сексуально привлекательным парнем. С этими удивительными глазами и подбадривающей улыбкой.
– Ну что, покажем тебе твое новое жилище?
– А Эйс…
– Эйс вернется через час. Тогда мы и проведем тебе полноценный инструктаж. А пока сможешь распаковать вещи. Едем?