Трейсер
Шрифт:
— Хорошая реакция! — похвалил его Пророк, перед тем, как снова исчезнуть.
Трейсеру не осталось ничего, кроме как броситься на землю, в стремительном кувырке уходя в сторону. Получилось! Воздух в том месте, где он только что стоял, снова рассек боевой топор стронга, а сам он вывалился из ниоткуда и с недоумением уставился на пустое место перед собой.
— Кажется, я тебя недооценил, внешник. Вот только сколько ты так пробегаешь?
Айвэн не мог понять, почему Пророк так много болтает. Впечатления
И тут до Айвэна дошло. Время! На «перезарядку» способности Пророку нужно время! Он не может бесконечно телепортироваться! Вот в момент перезарядки на него и нужно нападать. Но как? Ведь у него совсем нет оружия!
Стоп. Ответ неверный. У него есть оружие. Только он о нем совсем забыл.
Айвэн не смог сдержаться и усмехнулся. Ну, давай, ублюдок!
Пророку усмешка противника не понравилась. Не тратя больше времени на разговоры, он «прыгнул». И на этот раз Айвэн отскакивать не стал.
Едва заметное дуновение ветра сказало трейсеру, что враг прямо за ним. Топор, хищно блестя полосой заточки на лезвии, со свистом разрезал воздух — и отлетел в сторону, вместе с отрезанной силовым щитом конечностью.
Вопль Пророка перекрыл даже шум стрельбы. Стронг упал на колени, хватаясь целой рукой за обрубок правой, тщетно пытаясь остановить хлещущую из него кровь.
Айвэн медленно шагнул в сторону, поднял топор, за который все еще цеплялась отделенная от тела рука, брезгливо оторвал конечность от ручки и отбросил ее в сторону. Крутанул топором, оценив идеальный баланс оружия и шагнул к стоящему на коленях Пророку.
— Нет! — завопил тот, — Не надо! Не убивай! Я…
Айвэн лишь брезгливо отмахнулся от него и резким движением вогнал топор в голову стронгу.
— Это не проявление садистских наклонностей. Это способ сэкономить время. Мое и твое.
Айвэн сплюнул на труп, завалившийся лицом в землю, с усилием выдернул топор, развернулся и медленно пошел туда, где все еще были слышны звуки боя. Нужно было помочь Майору.
Эпилог
Айвэн сделал последний взмах и выпрямился, тяжело опершись на лопату. Лучи заходящего солнца несмело, будто стесняясь своей неуместности, освещали верхушки шести простых деревянных крестов, возвышающихся над шестью холмиками еще сырой земли.
Альпинист. Добродушный и слегка наивный здоровяк, честный и преданный, погибший так глупо и страшно.
Бадабум. Злобный гном, профессиональный и хозяйственный. Возможно, даже лучше, что он умер, так и не приходя в сознание. Побежденный, но не сломленный.
Кросс.
Кельт. Айвэн не успел познакомиться с ним поближе, но виртуозный, немногословный водитель ему нравился. Жаль, что первая вылазка с новым отрядом стала для тебя последней.
Ящик. Всегда прикрывавший спину, не терявший головы в самых опасных ситуациях и все-таки сломавшийся. Ты ни в чем не виноват, брат. Удачной охоты.
Штайн. Незнакомец, прошедший через многое, побывавший в Пекле и вернувшийся назад, чтобы стать жертвой спятивших стронгов. До конца выполнил свой долг и смог сохранить флешку с информацией, которая теперь лежала в кармане у Айвэна. Трейсер не знал его, но чувствовал безграничное уважение к человеку, до конца оставшемуся преданным своему делу.
Айвэн сделал большой глоток из фляги и еще раз обвел взглядом шесть свежих могил.
В смерти всех этих людей, прямо или косвенно, виноват он, Айвэн. А еще были Голод, Киба, Серый, Салам, Кол… Все те, кого он не смог уберечь. Ангел смерти, мля.
Но не меньше, чем сам Айвэн, во всем этом были виноваты те, с кем еще не так давно, по земным меркам, Айвэн делил стол и кров. Недавние братья по оружию. «Группа Феникс». Неважно, прогнила ли вся организация, или отдельное крыло проворачивало свои делишки за спиной Директората — личный счет Айвэна к тем, кого в старом мире называли специалистами по оказанию охранных услуг, а в Улье — внешниками, пополнился новыми пунктами. И они заплатят по этому счету сполна. Все, до кого он сможет дотянуться. Потом… Потом можно будет оплакивать мертвых и винить себя, придумывать епитимью, искупление, или попросту вынести себе мозги, сунув в рот ствол пистолета. Все потом. Сначала — месть. За парней. За девчонок, освобожденных из плена работорговцев. За Агату. За собственную жизнь, исковерканную и пущенную под откос. Ждите, падлы. Все будет. Скоро.
Раздался хруст. Айвэн опустил глаза, и увидел разломленный надвое черенок лопаты, которую он до сих пор сжимал в руках. Он отбросил обломки, достал флягу и сделал еще один большой, обжигающий глоток. Сегодня — никакого живчика. Только спирт, слегка разбавленный водой.
Трейсера слегка качнуло, сзади послышалось вежливое покашливание.
— Командир, ехать надо. Время.
Да. Время.
— Иди, Майор. Заводи машину, я сейчас подойду.
За спиной послышались шаги, а через несколько секунд заурчал на холостых оборотах двигатель «Карателя». Айвэн постоял еще немного, глядя поверх крестов на заходящее солнце, допил то, что еще оставалось во фляге, и, в последний раз взглянув на могилы, направился к машине.
Впереди было много работы.