Три ночи

Маллинз Дебра

Роберт придержал руку Люсьена, который хотел вынуть пистолет из коробки.

– Но и я не хотел бы подвергать риску членов моей семьи. Обещай, что ты не причинишь вреда моей матери.

Мужчины долго смотрели в глаза друг другу.

– Не знаю, могу ли я обещать.

Роберт решительно стиснул челюсти.

– Клянусь, я буду вести себя с ней, как должно. Я прошу тебя только не причинять ей вреда.

Люсьен стряхнул руку Роберта и взял в руки пистолет.

– Если она

не будет представлять опасности, я обещаю тебе это. Но если мне придется выбирать между твоей матерью и моей женой или дочерью, ты знаешь, каким будет мой выбор.

Роберт медленно кивнул и взял другой пистолет.

– Тогда хотя бы не убивай ее. Ты же меткий стрелок, Люсьен. Ты ведь можешь только ранить, не убивая.

– Я постараюсь. – Он положил руку на плечо Роберта. Тронутая этим первым проявлением братской дружбы, Эвелин открыла дверь.

– Я все-таки возьму плащ, – сказала она и вышла из комнаты.

Глава 22

Они подъехали к охотничьему домику за четверть часа до назначенного срока.

Не выходя из экипажа, Люсьен посмотрел на обычную мирную охотничью избушку. Там, скорее всего, находилась его дочь. В волнении Люсьен сжимал руками небольшой пустой баул, в котором якобы находился выкуп.

– Мистер Дюферон, вы подойдете к домику, – сказал Харрис, служащий полицейского управления на Боу-стрит, рисуя пальцем на сиденье предполагаемую схему действий. – Я обойду с этой стороны и засяду здесь, а вы, ваша светлость, если не возражаете, обойдете домик отсюда.

Роберт хмуро кивнул, решительно стискивая в кармане рукоятку пистолета.

– А миссис Дюферон останется в экипаже, – добавил Люсьен, строго посмотрев на жену.

– Да, дорогой, – коротко ответила Эвелин.

– Ваша светлость, давайте выдвигаться на наши позиции. Мистер Дюферон, выходите, как только мы окажемся на своих местах.

– Хорошо.

Харрис и Роберт покинули экипаж. Волосы Роберта полыхнули на солнце, как только что отлитая монета. «Или как отличная мишень», – с тревогой подумал его брат.

– Роберт, – шепотом позвал он. Герцог остановился, и Люсьен бросил ему свою шляпу. – Побереги себя.

Роберт поймал шляпу, надел ее на голову, затем взмахом руки дал понять брату, что все в порядке, и скрылся в кустарнике.

– Тоже мне, герцог, – пробормотал Люсьен. – Так волновался, что забыл даже свою чертову шляпу.

– Ему не легче, чем тебе, – сказала в его оправдание Эвелин. – За всеми преступлениями против нас стоит его мать. Как, ты думаешь, он должен себя чувствовать?

– Да, я знаю, знаю. – Люсьен провел рукой по лицу. – Мне хочется, чтобы это побыстрее кончилось.

Хочу вернуть домой Хлою, сидеть с вами в детской и пить чай.

Эвелин нежно улыбнулась ему, чем несколько умерила боль в его груди.

– Я скажу Хлое, что на этот раз твоя очередь разливать чай.

– Скажи. – Люсьен выглянул из экипажа. – Похоже, они заняли позиции. – Притянув к себе голову жены, он нежно поцеловал ее, стараясь вложить в этот поцелуй всю свою любовь. Затем обнял ее. – Оставайся здесь.

– Не дай себя убить.

– Обещай мне.

– Ты обещай мне. – В ее зеленых глазах промелькнул упрямый огонек.

– Как насчет того, чтобы пообещать друг другу?

Губы Эвелин тронула улыбка:

– Согласна.

Люсьен погладил ее по щеке.

– Я люблю тебя. – Он выбрался из экипажа и настроился на то, что ему предстояло сделать.

Эвелин наблюдала за шагавшим к домику Люсьеном. Его синий сюртук выделялся ярким пятном на фоне окружающей зелени и служил хорошей мишенью.

Она посмотрела на темные окна избушки, но не увидела никого подозрительного. Вообще никого.

Вдруг с другой стороны экипажа открылась дверца, и в ней показалась голова Данте. Эвелин вскрикнула.

– Верни его назад! – прошептал Данте. – Это ловушка!

– Где моя дочь? – спросила она.

– Здесь. – Данте отодвинулся.

– Здравствуй, мама. – Хлоя держалась за руку Данте, сосала мятный леденец, улыбаясь как ни в чем не бывало.

– Иди сюда, малышка. – Эвелин протянула руки, и Данте помог девочке забраться в экипаж, где ее ждали объятия матери.

– А теперь позови его, – напомнил он. – Она собирается его убить!

Эвелин высунулась в окно.

– Люсьен, возвращайся! Хлоя здесь!

Дошедший почти до двери избушки Люсьен обернулся. В тот же момент в избушке разбилось окно, и из него показался пистолет. Люсьен качнулся в сторону, сбивая прицел, и тут же прозвучал выстрел. Пуля ударила в баул, который он держал в руке. Люсьен нырнул в кусты.

– Люсьен! – простонала Эвелин. Хлоя захныкала, и она стала ее успокаивать, не спуская глаз с зарослей, стараясь не терять из виду мужа.

– Будь все проклято, – пробормотал Данте. – Пересядь на другое сиденье, – потребовал он. – Быстро!

Эвелин не хотелось выполнять требование Данте, она боялась, что даст ему возможность выстрелить в Люсьена. Она не была уверена, что это не еще один вариант западни. Но Эвелин не могла подвергать опасности Хлою.

– Я пытаюсь помочь ему, черт побери! Давай двигайся! – Данте подтолкнул ее, и Эвелин, прижимая к себе Хлою, пересела на противоположное сиденье, освободив ему место у окна.