Три сферы ада
Шрифт:
– Ян, ты утверждаешь, будто разум оперирует набором готовых стереотипов?
– Человеческий мозг – довольно часто. Поэтому явления не входящие в ряд готовых форм и происходящие быстро просто выпадут из ряда событий. Их не существует для наблюдателя, или в лучшем случае в памяти останется некий подобный образ…
– Допустим так, – согласился Марк, – но как можно создать нечто не доступное для понимания?
– Предположим, сумасбродные мысли множества людей складывались в единый вектор. Попробуем описать свойства равнодействующей?
– Да… По-твоему коллективные творения могут существенно отличаться от первоначальных замыслов?
– Ну, «замыслом» я бы это называть не стал.
– Хорошо. Рожденные воспаленным воображением образы.
– Уже ближе к истине.
– А затем, мы уже обсуждали подобную тему…
– «Это» материализуется, эволюционирует, растет и размножается если умеет. Но в любой более-менее сложной системе возникают обратные связи…
– Это все хорошо, господа ученые. Нам бы эту вашу «эволюционирующую интерпретацию» форсировать, – подал голос Пуфф, шедший несколько сзади.
«Философы» прервали обсуждение и дружно посмотрели вперед.
– Думаю, должен быть мост, – предположил Марк.
– Его построили по поводу нашего прибытия, – добавил котище.
– Все может быть…
Далеко впереди, облако тумана скрывало сооружение расположившееся поперек ущелья.
– Пуфф, загляни в брошюру из гостиницы.
– Один момент…
– «Мельница Януса», – прочел котище.
– Странное сооружение. Что такое мельница?
– Формальное определение?
– Да.
– Механизм для измельчения чего-либо…
– Все равно чего? – зачем-то уточнил Пуфф.
– Они, конечно, специализированные, например, перерабатывают зерно – в муку, измельчают кофе и так далее и тому подобное.
– Кому здесь потребовалась мука?! – удивился котище.
Он шел, смешно переваливаясь, продолжая рассуждать и бормотать себе под нос. Ходить пешком Пуфф не любил. Но самая неприятная прогулка рано или поздно заканчивается.
– О, скворечник! Прямо из брошюре, – сказал он и остановился как вкопанный.
От неожиданности, Марк и Ян уперлись в мягкую пушистую спину. Каменную дугу, перекинутую через Тифонский поток, венчала круглая башенка под конусообразной крышей. Над отверстием в ней вился голубой дымок. Под дугой медленно поворачивался вокруг вертикальной оси громадный шар, на треть погруженный в «воду». Ширина арки составляла не более пяти метров, толщина с метр. Камень давно потрескался, и было непонятно на чем все это держится…
– А дым идет в трубу, – отметил Ян.
– Это единственное, что тебя удивило? – спросил демон.
– Скорее бросилось в глаза.
– А не рухнет? – проронил Пуфф, не к кому конкретно не обращаясь, и потрогал мост.
– Меня больше смущает домик на вершине… Дверей нет.
– Ну, насколько я понимаю, проблем с этим у тебя раньше
Ян смотрел на мост, пытаясь понять, выдержит ли он. Большой кусок арки вывалился и упал в бездну. «А если упрочнить», – мелькнула мысль. Хозяин Замка коснулся жезлом дороги… Идея не успела четко оформиться, а подсознание уже воплощало ее в жизнь. По поверхности побежали тонкие змейки зеленоватых молний. Трещины на глазах стали затягиваться, утраченные фрагменты восстановились. Арка обрела новую жизнь и былую прочность.
– Здорово, надеюсь, это не очень расточительно.
– Значит, можно было не брести целый час вдоль берега? – спросил Пуфф.
Ян покачал головой.
– Есть идея моста, абстрактная. Для ее воплощения требуются колоссальные затраты, кроме того, неясен механизм взаимодействия с бездной. Конечно, можно разработать проект, это уже проще реализовать, но уйдут тем не менее годы. Здесь же, информационная матрица, нечто хранящее полное описание структуры объекта.
– Не совсем понятно, – вздохнул котище.
– Это напоминает обезвоженный овощ…
– Из которого, видимо, удалили и большую часть вещества, – добавил демон.
– Оставив полный, абсолютный ноль?
– Термины «полный» и «абсолютный» в данном случае не уместен. Возьмем более простой пример…
– По дороге через бездну обсудите, в путь. Я не знаю, сколько сохраниться структура моста, – вмешался Ян.
– Да, пример, – музыка. Записываем звуки, затем делаем копию и уничтожаем носитель…
– Софист, – возразил Пуфф. – Уничтожь носитель в сухофрукте, не останется ничего, по крайней мере, материального.
– Останется информация о нем.
– Без носителя?!
Они шли и шли, а башенка впереди все не приближалась. Ян обернулся, берег был едва виден.
– Ого, мост длиной в пол меридиана…
– Ага, догадливые господа… – произнес некто.
Путешественники остановились. Ян внимательно посмотрел на полемистов.
– Не мы, – хором ответили они.
Появилось ощущение скорости, словно невидимый поезд пришел в движение. Прямо под ногами мост начал таять, точнее не таять, а меняться. Он все больше замещался некой прозрачной субстанцией, окрашенной в фиолетовый цвет, тем не менее, удерживающей путешественников, точно стекло. Башня на вершине арки медленно приближалась, увеличиваясь.
– Забавно, – произнес Пуфф и потрогал фиолетовую поверхность.
– Все тебе бы облапить…
– Нужно наслаждаться каждым мигом жизни. Ты видимо мало сидел в заключении. А тут – полет над бездной по радуге, кайф!
– Тропа плача, знаете ли, – прокомментировал тот же голос.
Круглый «скворечник» давно уже превратился в громадную крепостную башню, непостижимым образом стоявшую на радужной дуге над медленно поворачивающимся шаром. Мост заканчивался деревянными воротами.
– Нас по воротам не размажет? – спросил Пуфф.