Три

Симмонс Кристен

Даже если мне удалось скрыться от Роклина, это не значит, что я смогу выйти отсюда.

«Знаешь, мне можно доверять».

Я доверяла Шону. Если не считать Чейза и Ребекки, не было никого, кому я доверяла бы больше.

«Не так давно ты и меня считала врагом».

Мир не состоит из черного и белого, но это не значит, что ты не можешь выбирать сторону.

Я тряхнула головой, чтобы прояснить мысли, и побежала вдоль увитой лозой баррикады, пока не достигла конюшни. Внутри беспокоились лошади. Они фыркали и били копытами, но человеческих

голосов не было слышно. Надеюсь, я не опоздала и Чейз не решил, что я не приду, и не вернулся в лагерь. Столько всего произошло с тех пор, как мы виделись в последний раз. Такое чувство, что прошло много недель, а не два дня.

На сеновал вела лестница, прислоненная к доскам обшивки. Решив, что с высоты смогу лучше разглядеть местность, я ухватилась за расщепленные перекладины и забралась наверх. Поднявшись, я запрыгнула внутрь, и меня окружил сладковатый запах лежалого сена и лошадей. Помещение было заполнено охапками сена, а мне навстречу двигался Чейз.

Не успела я вздохнуть, как он подхватил меня на руки. Мои ноги оторвались от пола, а руки сомкнулись вокруг его шеи. Он пах дождем и домом, и я обнимала его так же крепко, как он меня, испытывая облегчение от того, что наконец-то снова была рядом с ним.

Слишком быстро Чейз опустил меня на пол, но его руки остались на моей талии, а мои пальцы легли ему на грудь. Осколки звездного света, проникавшие сквозь щели в потолке, смягчали жесткие линии его лица, подчеркивая гладкую кожу и черные спутанные волосы.

– Не думал, что у тебя получится избавиться от своего нового друга, – сказал он, подразумевая Роклина. Уголок его губ приподнялся в улыбке.

– Шон помог, – ответила я, почувствовав укол вины. – Кстати о Шоне, что ты сделал с его плечом?

Чейз сморщил нос и отвел взгляд.

– Не понимаю, о чем ты.

– Неважно. Не хочу знать. А ты как? За тобой следят?

Он покачал головой.

– Нет, с тех пор как Джесс вернулся.

Мой рот сердито сжался. Разговор с Джессом в лагере напомнил мне о более важных вопросах.

– Еще один пост атакован...

– Они перебрасывают отряды...

Мы начали свои торопливые доклады одновременно, потом замолчали, ожидая, чтобы говорил другой. Когда ни один не стал продолжать, мы оба улыбнулись.

Словно движимый какой-то потребностью, он поднял руку и провел пальцами по моей щеке. Я закрыла глаза, желая навсегда остаться в этом моменте, но зная, что это невозможно.

– Такер прислал еще одно сообщение.

Чейз уронил руку.

– Ладно. – Он сел на кипу сена и похлопал ладонью рядом с собой. – Похоже, начать лучше тебе.

Я стала рассказывать. О сообщении Такера. О том, что просила отправить нас с Чейзом привести его для допроса, но вместо этого Девитт выбрал Шона. О докладах с численностью солдат, которые принимали операторы в северном крыле, и о том, что миссия Три по нападению на базу Шарлотта обречена на провал, потому что силы просто не равны.

– Не торопись, – сказал Чейз. Пока

он не взял меня за руки, я не осознавала, что говорю все быстрее и быстрее и что вскочила на ноги и принялась расхаживать взад-вперед. Чейз слегка потянул, и я снова уселась рядом с ним. Он покусывал нижнюю губу и сплетал свои пальцы с моими.

– Это не имеет смысла. Они бы не посылали всех до одного, если бы думали, что у нас нет шансов.

– Говорю же тебе, так и есть. – В груди поселилась тревога. – Эта миссия – самоубийство. Девитт практически признал это. Смысл в том, чтобы показать людям, на какие ответные меры способна МН.

– Но многие уже и так знают это, – возразил Чейз. – Все те люди на Площади в Ноксвилле. Каждый, кто не прошел домашнюю проверку. Люди не глупцы.

– Я знаю. Но они напуганы и ничего не делают. Они просто пытаются выживать день за днем. Три хочет привлечь внимание всех людей, даже законопослушных. Кажется, они считают, что начнут что-то вроде широкомасштабного восстания.

Чейз долго молчал. Он поднял наши сомкнутые руки и принялся рассеянно водить моими пальцами по своим губам. Я сглотнула, почувствовав, как по моей руке пробежала жаркая волна.

– Парень, который там командует, Пэтч... он ничего не говорил об этом, – наконец сказал он.

– А зачем? – Я выдернула свою руку, потому что не могла сосредоточиться, пока он меня отвлекал. – Не скажут же они, что просто-напросто посылают тебя на смерть.

– Не знаю, – сказал Чейз. – Думаю, они бы могли. Некоторые из этих людей... дело – это все, что у них осталось.

Он перестал хмуриться и заправил прядь волос мне за ухо. Кажется, он не мог не касаться меня дольше, чем несколько секунд. Я не осознавала этого, но придвинулась ближе к нему. Наши колени соприкоснулись, а носки моих ботинок задели его.

– Все произойдет во время праздника, который устраивает Вождь. Мы должны ждать сигнала, – продолжал Чейз. – Мы поймем, когда придет время. Тогда мы и атакуем базу. Пэтч говорит так, как будто у нас неплохие шансы ее захватить.

Я выпрямилась, словно мой позвоночник прошило молниями.

– Кто это мы?

Чейз уставился в пол. Когда он заговорил опять, его голос был тише, старше, хоть это и казалось невозможным.

– Мы ведь всегда говорили о том, чтобы сделать что-то, верно? О том, что неправильно, когда МН продолжает отнимать у нас все. Может быть, так мы сумеем забрать это обратно.

– Чейз, ты меня не слушаешь.

– Я слушаю. – Он вытянул из кипы под собой пригоршню сена и начал скручивать, пока сухие травинки не треснули и порвались. – Знаю, звучит безумно, но я думаю, что должен сражаться.

Я затрясла головой. Я жаждала возмездия, хотела дать сдачи. Но не так. Не в то время, когда у нас нет никаких шансов.

– Не понимаю, – сказала я. – Ты же ненавидишь сражаться.

Ненавидишь убийства.

– Но, может быть, существует причина, по которой я все время к этому возвращаюсь.