Тридцать дней
Шрифт:
В это мгновение я почти ненавидела своего Господина. Злилась на него и не понимала. Просто совсем ничего не понимала. Что мешает всемогущему Вечному отыскать меня? Где его ищейки? Почему бездействует, если я ему нужна? Разве не знает, где находится замок Скайрена Аквея? Я вскинула голову и встретилась взглядом с Искрой, застывшей напротив меня. Но изумление от очередной ошеломляющей мысли так и не успело захватить меня, потому что бутон щелкнул, и цветок начал выпускать лепестки. Один за другим, совсем как вчерашний. Жжение прошло, сменившись неимоверным облегчением, и я вернулась
Сил на то, чтобы рыться во всех дарах Господина у меня уже не было. Измотанная болью, я мгновенно уснула. А проснулась от жара, охватившего всего тело. Это не было огнем. Мои глаза слезились, нос хлюпал, горло нещадно драло. Откинула одеяло, и меня мгновенно затрясло, укуталась, трясти не перестало, но тело пылало всё сильней.
— Что со мной? — сипло спросила я.
— Всего лишь обычная человеческая лихорадка, — неожиданно ответил знакомый голос. — Ты слишком хрупкая для Мирового Зла.
— Скайрен Аквей, — пробормотала я.
— Он самый, Игнис Сиел, — усмехнулся водник, поднимая меня с кровати.
— Я тебя потом всё равно убью, — сказала я, проваливаясь в забытье, и где-то на границе реальности услышала:
— Спорное утверждение.
Больше я не слышала ничего, и какой дар проснулся, так и не успела понять.
Глава 3. День пятый
Я бы рада что-то рассказать про третий и четвертый день, которые я прожила вдали от своего Господина, но… рассказывать оказалось нечего, потому что эти два дня сплелись в череду бредовых образов, сменявших друг друга, не давая ни мгновения отдыха. Я ныряла из одной реальности в другую, пыталась зацепиться хоть где-то, но поток жара уносил меня, не давая толком запомнить, где я находилась только что, и что вообще было настоящим, а что навеянным горячкой.
Время от времени я попадала в черный замок, объятый пожарищем. Только огонь больше не ластился ко мне, он жалил, кусал, хлестал наотмашь, пока я бежала по коридорам замка, пытаясь… спрятаться от Вайториса, чьи шаги грохотали где-то за спиной, и голос, подобно разъяренному грому, обрушивался на меня взбешенным:
— Игнис! Игнис, не беси меня!
А я не могла остановиться. Мчалась по коридорам, шипела от каждого соприкосновения с огнем и мечтала поскорей сбежать из этого странного, пугающего, но отчего-то притягательного места. Наконец, огонь встал стеной, не пропуская меня дальше. Шаги Господина послышались совсем близко, и я зажмурилась и бросилась в пылающую бездну. Огонь принял меня в смертоносные объятья, воспламеняя в одно мгновение. Крик разорвал грудь, увяз в языках пламени и развеялся, не оставив даже пепла.
— Она вся горит, Скай. Не могу согнать жар…
— Тогда придумай что-нибудь. Ты лучший целитель во всей округе.
— Почему я вообще должен спасать суку Темного?
— Потому что я тебя прошу об этом.
— Зачем она тебе? Однажды он придет за ней.
— Я буду готов к встрече. А теперь вывернись на изнанку, но она должна очнуться. Она нужна мне живой.
— Скай, у меня руки не поднимаются. Это же Игнис Сиел — ядовитая гадина. Она стольких погубила…
— Тьма, Рейф! Исцели ее! Я так часто тебя о чем-то прошу?
— Хочешь, исцеляй сам.
— Ты же
— Скай, прости…
— Рейф, кажется, мы были друзьями? Вроде бы мой отец приговорил твою жену к смерти за то, что она хотела отравить свою сестру…
— Не думал, что ты напомнишь о своей помощи.
— Я тоже не думал, что ты скажешь мне «нет».
— Хорошо, я верну тебе эту гадюку. Но ты еще пожалеешь. Она сейчас там, где ей самое место — во Тьме.
— Приступай.
— Хорошо, Скай. Ох… Она очнулась, смотрит.
— Игнис?
Я встретилась со взглядом потемневших синих глаз Аквея, второго мужчину я толком не могла разглядеть. Реальность расплывалась перед глазами, а вот Скайрен Аквей — нет. Его я видела четко… Наверное, дело в том, что его лицо я знала до мельчайшей черточки. Он второй после Господина, кого я разглядывала во всех подробностях, и с кем проводила много времени рядом.
— Ты меня слышишь? — Я разлепила пересохшие губы, судорожно вздохнула и снова уплыла в испепеляющий жар.
И вновь я стояла под черными стенами древней твердыни. Пламя бросилось мне навстречу, пугая неизбежной мучительной смертью, но вдруг отступило и разошлось, пропуская в замок. Обернулась, чтобы увидеть, что находится за моей спиной, но не увидела ничего, там была чернота, словно замок был в этом мире единственным островком обитания. Впрочем, наверное, так оно и было. Наполнив грудь воздухом, как перед прыжком в воду, я шагнула в ворота замка.
Прошла двором, вошла в жилую часть, начала подъем по лестнице и вдруг остановилась, задумавшись, почему мое появление здесь всегда начинается одинаково? Почему я не появляюсь сразу там, где ждет меня Вайторис? Почему прохожу весь путь?
— Всё имеет свое начало, Игнис, — услышала я усталый голос и подняла голову.
Он стоял на верхней ступени и смотрел на меня. Его глаза — черная бездна. Такая же притягательная и отталкивающая, как весь этот замок в огне. Почему у него здесь всегда такие глаза? Почему замок горит? Почему…
— Слишком много вопросов. Это отдает человечиной.
— Ты сам сделал меня человеком, — ответила я и поднялась еще на несколько ступеней, но так и не дошла до Господина.
— Теперь я жалею об этом, — ответил он и сам сделал шаг навстречу.
— Так измени!
— Не могу, — Вайторис мотнул головой. — Нет власти.
— Но ты же забрал первый из вернувшихся даров!
— Всего лишь изначальное условие, — усмехнулся Господин, делая еще один шаг ко мне.
Я присела на ступеньку и обхватила руками голову.
— Не понимаю, Вайторис, я не понимаю!
Он спустился ко мне и присел рядом, широко разведя колени. Мы некоторое время смотрели на ревущее пламя, вновь скрывшее выход из замка. Господин вздохнул и уткнулся лбом мне в плечо.
— Мне тебя не хватает.
— Забери меня, — ответила я, не отводя взгляда от огня.
— Грани сместились, Игнис. Что-то произошло еще в изначальном витке событий, что-то разорвало цепь предначертанного и перемешало Грани.
Вайторис поднялся на ноги и протянул мне руку. Я вложила в его ладонь свою, встала со ступеньки и заглянула в глаза.