Шрифт:
В этой на редкость увлекательной книге не знаешь, чему больше удивляться, — воображению автора или той достоверности, с которой все написано.
Прекрасное чтение!
Игорь Губерман
Жанр произведения:фантастика / мистика / мелодрама / философская притча
Структура произведения:роман.
Время и место основного действия:наши дни, Израиль, Хорватия, Италия.
Время и место исторических событий:средневековая Германия, Древний Египет, США XIX века, Украина
Он не верит в теории заговора.
но верит в то, что этот мир управляем.
Он занимается телевизионными новостями,
но терпеть не может политику.
Он бросил курить сразу,
окончательно и бесповоротно,
но не способен сидеть на диете.
Он руководит большим коллективом,
но боится мышей. До дрожи.
Он родился 56 лет назад, начал:
читать — 51 год назад,
писать — 48 лет назад,
снимать кино — 30 лет назад,
переселился в Тель-Авив — 21 год назад.
ЧАСТЬ I
Я так хлопнул дверью, что вылетела кукушка из старых часов, и пока торопливо бежал вниз по лестнице, слышал, как она, бедная, орала. Совершенно бессмысленное, кстати, занятие — уходя из дома, хлопать дверью. Но иногда помогает, вроде как последнее слово осталось за тобой.
На прощанье я еще изо всей силы треснул и дверью подъезда и вот только тут осознал плачевность своего положения.
Гордый и психанувший, я обнаружил себя в полдвенадцатого ночи стоящим на улице в дурацких шортах, старой вытянутой майке и домашних шлепанцах, которые когда-то назывались вьетнамками. Такая хрень с перепонкой, зажатой между пальцами ноги.
Кошелек с какими-никакими, а деньгами, кредитной карточкой, удостоверением личности, правами и прочими необходимыми гражданину вещами остался наверху, в квартире.
Мобильный телефон — тоже.
Ключи от квартиры и машины — там, откуда я вылетел, хлопнув дверью.
В общем, такое ощущение, что я голый. И полностью беспомощный.
Мелькнула высокопарная философская мысль о беззащитности современного человека, оставшегося без благ цивилизации, и тут же исчезла под напором простого, животного желания курить. Но и сигареты с зажигалкой остались там же, где и все остальное.
Итак, одиннадцать тридцать, середина рабочей недели, город-спутник Большого Тель-Авива — и посреди всего этого одинокий — ну да, уже одинокий, — лысеющий и полнеющий мужчина средних лет, без денег, без каких-либо документов, а теперь еще и без определенного места жительства.
Мило.
Ну что ж,
Проблема номер один — курить. Вредная привычка. Но помогает сосредоточиться или как минимум обмануть самого себя, мол, я не курю, я — сосредотачиваюсь. О том, где буду ночевать, я старался не думать.
Вышел на бульвар, прошелся вдоль деревьев и расставленных под ними скамеек в надежде, что там-то уж точно есть кто-нибудь, у кого можно стрельнуть сигаретку. И верно, метров через сто обнаружилась женская фигура. И не просто фигура, а фигура с дымящейся сигаретой в руке: в свете уличного фонаря был отчетливо виден завивающийся вверх дымок.
Я убыстрил шаг, приблизился к ней и обнаружил миловидное существо лет двадцати с хвостиком (какой этот хвостик, разобрать в слабом свете лампы было трудно), по виду — точно из соотечественниц. Как-то неуловимо всегда видно: «наш» перед тобой или местный.
Эта была точно из наших. Таких блондинок местных не бывает. Вернее, бывает, но очень редко, и опять же — из наших. Да и те в основном крашеные.
— Извините, пожалуйста, у вас сигаретки не найдется?
Она подняла голову и посмотрела на меня. Точно наша, не ошибся.
Улыбнулась:
— Конечно.
Получив желаемое, я замялся, и она, опять совершенно точно поняв причину, хмыкнула и протянула зажигалку.
Потом каким-то неуловимым движением подвинулась на скамье, словно приглашая присесть. Все-таки женщины это умеют: не сказав ни слова, практически ничего не сделав, дать тебе понять, что происходит и какие действия ты просто обязан предпринять. Я послушно сел рядом. Помолчали.
— Из дому выгнали? — неожиданно спросила она.
— He-а, сам ушел.
— А чего?
Вот это «чего» ее сразу выдало. Тут же вспомнилась вычитанная где-то фраза: «Я простая девка, Майкл, с темным прошлым и круглыми пятками». Действительно, нормальная простая девчонка, не знаю, как с прошлым, а пятки у нее и в самом деле были круглыми. Она как-то так удачно болтала ногами, что их подробно было видно даже в ночном свете фонаря. Хорошие ноги, кстати.
В общем, если мне и надо было выговориться, то это не худший вариант. Изливать душу смазливым девушкам — оно завсегда приятно, даже если саму ситуацию приятной не назовешь.
— Понимаешь, — я перешел на «ты». Ну и что, она, может, мне в дочери годится. — Жена моя привела вечером некоего Ави и объявила, что с сегодняшнего дня ее мужем будет он, а не я. Вроде они уже полгода как вместе. Я, оказывается, хронический неудачник, неумеха, а Ави — каблан [1] , он может обеспечить семью, в отличие от меня, который не умеет зарабатывать и вообще ничего не умеет.
— Дети у вас есть?
— Нет. Так получилось. Вернее, не получилось. Теперь у этих любовь, хотят пожениться, вот только мешает, что она уже немножко замужем. За мной. Поэтому сию преграду необходимо устранить.
1
Каблан ( ивр.) — строительный подрядчик.