Триэн
Шрифт:
– Они повели себя странно, начали отрываться, а потом поехали ровно. Это означает, что они нас срисовали. Мы решили подождать и убедиться, что дополнительного сопровождения нет.
– Такие операции просчитываются заранее, чёрт побери, и совершаются внезапно, Битер, только тогда они успешны. Неужели я вам должен разъяснять азы перехвата? Сворачивайтесь!
– Мы его возьмём.
– Если они поняли, что за ними следят, а они получат подтверждение, когда писатель узнает, что его не вызывали в издательство, то вызовут
– Все группы на местах. Никакой суеты не замечено, значит, они не придали значения нашему манёвру, никто их не подстраховывает. Он выйдет, и мы его возьмём.
– Битер, вы понимаете, чем пахнет срыв операции? Вы уже один раз провалились, когда он ехал на дачу.
– Провалов больше не будет. Если мы заметим, что к нему едет подкрепление, отступим.
Собеседник седоватого Битера, а это был Главный Админ драгонов, который уже много лет исполнял роль зама мэра Москвы по строительству Арнольда Метаксовича Бесина, помолчал несколько секунд.
– Отвечаете за операцию головой, Битер! Помните, хроник нам нужен живой и невредимый.
Разговор закончился.
Битер набрал номер мобильного:
– Шустрый, что видите?
– Всё тихо, никаких подозрительных шумов.
– Он не мог выбраться из издательства другим путём?
– Другого нет.
– Следи в три глаза.
– Не пропустим.
Палец нажал несколько сенсоров.
– Стрелок, готовность один!
– Давно готовы.
– Ждите команды.
– Есть.
Битер посмотрел на спутников.
– Работаем максимально быстро! Никого не жалеть, брать хроника живым и по возможности целым.
Троица синхронно кивнула головами.
Седоватый командир группы захвата, принадлежащей «Ксенфорсу», откинулся на спинку сиденья.
2. Не успеем!
Джип притёрся к бордюру в узком проходном дворе на улице Приорова. Издательство «Недетская литература» располагалось в ста метрах от проезда, на улице Клары Цеткин, но к нему решили не приближаться, чтобы не возбуждать подозрений у возможных наблюдателей.
– Глазастик, обзор! – сказал Солома в бусину микрофона рации.
– Регистрируем один подозрительный объект, – отозвался наушник голосом командира группы информационного сопровождения капитана Глазова. – Белая «Лада Ромео» стоит до поворота справа от корпуса завода, в кабине пятеро, вооружены.
– Это всё?
– Пока всё, обрабатываем картинку со спутника.
– Побыстрей, плиз, писатель находится в издательстве уже почти час, его «пастухи» могут заподозрить неладное.
– Работаем, – сухо бросил Глазов, прозванный Глазастиком не в последнюю очередь из-за фамилии. С другой стороны, он имел в своём распоряжении канал связи со спутниковой системой ГЛОНАСС, способной разглядеть на земле предмет размером со спичечную коробку, и прозвище точно отражало
Правда, кроме связи со спутниками в его подчинении была хорошо отлаженная ФСБ система контроля движения, опиравшаяся, кроме спутников, на телекамерные дорожные системы МВД, а также мощные компьютеры, объединённые в комплекс «Умник», который и выдавал рекомендации обратить внимание на подозрительные объекты.
Солома связался с телохранителями Ватшина:
– Лёня, где вы?
– Сидим в кафе, пьём соки.
– Выходите.
– Есть.
– Приготовились, – оглядел Солома свою гвардию – трёх оперативников, одетых в городской камуфляж.
Костюмы были вполне гражданского вида, полуспортивные, лёгкие, летние, на самом же деле они ни в чём не уступали спецкомплектам для боевых операций, разработанные и изготовленные отечественными производителями в Иванове.
Атлетически сложенные парни одинаковыми жестами размяли кисти рук.
– Мы вышли, садимся в машину, – позвонил Лёня.
– Поехали, – бросил капитан водителю. – Жми к «Ладе», мы их опередим.
Джип выехал на улицу Клары Цеткин, повернул к издательству.
Внезапно включилась рация:
– Витя, алярм! «Умник» засёк ещё несколько подозрительных объектов. Серый «Пежо 308» пристроился за входом в издательство, всем мешает, но упорно не желает подвинуться. В кабине четверо. За поворотом с Клары Цеткин на Вокзальный проезд стоит водомоечная машина-цистерна, двигатель работает, в кабине двое. Перед «Ладой» торчит внедорожник «Порше Каннибал», а на противоположной стороне улицы встал панелевозчик «Мерседес». Двигатель работает, в кабине двое.
– Чёрт! Почему так поздно предупреждаете?!
– Я не волшебник.
– Да не к тебе претензии. Сигнал полковнику – императив «похороны»!
– Звоню.
– Статус объектов?
– В данной комбинации руководитель сидит в «Ладе», остальные – оперативные колуны.
– Вооружение?
– По оценке «Умника» вооружение серьёзное: ПП, автоматы, пистолеты, электрошокеры.
– Понял, выходим на тропу войны. Чёрт, не успеем, всем нутром чую! Они пошли ва-банк! Тима, гони!
Водитель втопил педаль газа.
3. У меня много жизней
Ватшин даже не представлял себе, во что выльется нынешний поход в издательство, не предвещавший никаких сюрпризов. На ум, конечно, приходили картины зимней драки на Каширском шоссе, когда он с женой поехал на дачу и его перехватили боевики «Ксенфорса», но кто бы подумал, что ксеноты решатся напасть чуть ли не в центре Москвы, солнечным днём, не обращая внимания на случайных прохожих и телохранителей. Поэтому, когда вокруг всё завертелось, как в аттракционе «Поймай меня», Ватшин растерялся, хотя и не настолько, чтобы вести себя чурбан чурбаном.