Триптих
Шрифт:
Антуанетта. Невозможно.
Кюрман…И радости, и надежды… И вообще: наши разговоры, наши искрящиеся счастьем разговоры… Как это повторить, если все тайны открыты? Как вы себе это представляете? Мои и ее шутки: кто будет им еще раз смеяться?
Антуанетта. Нельзя ли все это опустить?
Кюрман. Да, нельзя ли все это опустить?
Ведущий. Опустить все радостное?
Антуанетта. Попробуйте-ка обрадоваться повторно.
Кюрман. Попробуйте радоваться, если уже знаете, что за этим последует!
Ведущий (листает
Антуанетта (смеется). Ему хотелось бы изменить мой характер.
Ведущий (тычет пальцем в досье). Может быть, отменим аборт?
Кюрман и Антуанетта обмениваются взглядом, колеблются, потом оба отрицательно качают головой.
Тогда что же?!
Кюрман. Я знаю, что изменить. (Подходит к режиссерскому столику.) Вот здесь.
Ведущий. Сцену с пощечиной?
Кюрман. Да.
Ведущий. Пожалуйста.
Кюрман возвращается на сцену.
В девять часов утра, фрау Кюрман, вас все еще нет дома. Господин Кюрман не знает, где вы находитесь со вчерашнего вечера… Он вас ждет.
Антуанетта уходит со сцены.
Ведущий. Дальше!
Световой занавес.
Вы провели бессонную ночь, не знаете, где Антуанетта.
Кюрман зажигает трубку.
Не имеете ни малейшего представления?
Где-то поблизости звучит фисгармония.
Кюрман. Это еще что такое?
Ведущий. Фисгармония.
Кюрман. Откуда она взялась
Ведущий. Вспомните-ка: балетная школа прогорела. Дом взяли в аренду какие-то сектанты. Этого вы не можете изменить, господин Кюрман. И к сожалению, вечно оставляют окно открытым.
Звуки фисгармонии дополняются пением «Алиллуйи».
Если вы этого не выносите, почему не подыщете себе другую квартиру?
Ассистентка появляется в роли фрау Хубалек.
Ассистентка. Вас спрашивает какой-то господин. (Вручает Кюрману визитную карточку и уходит.)
Кюрман. Хорнахер?
Ведущий. Это что-то новенькое.
Кюрман. Что ему от меня надо?
Ведущий. Вы вступили в коммунистическую партию, чтобы изменить свою биографию, вот она и изменилась, господин Кюрман: в должности профессора вы теперь неприемлемы.
Ассистент появляется в роли ректора Хорнахера.
Кюрман. Я понимаю, ваше превосходительство, я все понимаю. (Жестом приглашает его сесть в кресло.)
Ассистент. Благодарю, уважаемый коллега. (Не садится.) Прошу прощения, что прервал ваш завтрак, но я почел своим долгом лично выяснить у вас кое-что, прежде чем выступить по этому поводу на Ученом совете.
Кюрман. Ваше превосходительство, я — член коммунистической партии. Это верно. Я признаю
Ассистент надевает шляпу.
Ведущий. Подождите!
Ассистент. Ответ ясен.
Ведущий. Может быть, господин профессор Кюрман, услышав, что он сказал, захочет ответить по-другому. Может быть, собственный ответ покажется ему упрощенным.
Ассистент снимает шляпу.
Кюрман. Ваше превосходительство…
Ассистент. Я вас слушаю.
Кюрман. Я не верю в марксизм-ленинизм. Что, разумеется, не означает, что революция в России была напрасной. Я не верю в марксизм-ленинизм как в благотворную теорию, годную на все времена. Вот что я хотел сказать. Правда, я не верю также и в благотворность вашей теории свободного предпринимательства. В это я верю еще меньше. Чтобы поставить точки над i: я не признаю за Западом морального права на Крестовый поход… (Обращаясь к Ведущему.) Думаю, этого будет достаточно.
Ассистент. Я тоже так думаю.
Кюрман. Причем этот ответ тоже не совсем верен.
Ассистент надевает шляпу.
Ведущий. Подождите!
Кюрман. Зачем мне объясняться с этим дерьмуком!
Ведущий. Снимите еще раз шляпу.
Ассистент снимает шляпу.
Кюрман. Может, стоит ему сказать, что мне известно о его прошлом. Он дал ложную клятву, дабы сделать научную карьеру. Это доказано, но не смущает наш Ученый совет… (Смеется, потом вновь переходит на официальный тон.) Благодарю за беседу, ваше превосходительство, и прошу Ученый совет сделать выводы, которых я ожидал и которые меня ничуть не удивят. Впрочем, я ожидал их немного раньше. (Садится на тахту.)
Ассистент. Можно мне теперь надеть шляпу?
Кюрман. Прошу вас.
Ассистент надевает шляпу и уходит.
Уеду из этой страны! (Наливает себе чай.)
Ведущий. Почему же не едете?
Кюрман пьет чай.
Потому что ждете Антуанетту?
Ассистентка в роли фрау Хубалек приносит почту.
Кюрман. Моя супруга вернулась?
Ассистентка. Нет еще.
Кюрман. Спасибо, фрау Хубалек, спасибо.
Ассистентка уходит.
Ведущий. Почему вы не читаете письма?
Кюрман протягивает руку к телефону и набирает номер.
Почему вы ничего не говорите?
Кюрман. Потому что в трубке каждый раз щелкает.
Ведущий. Тем не менее вы можете говорить.
Кюрман. А почему каждый раз щелкает?
Ведущий. Потому что ваш телефон прослушивается.
Кюрман кладет трубку.
Кое-что уже изменилось.
Кюрман встает.
Вы опять ждали ее всю ночь, сейчас десять часов утра, вы опять стоите в старом халате у окна и не отрываете глаз от улицы…