Триумф душ
Шрифт:
Друзья по очереди начали забираться в трубу. Дренажный сток, как оказалось, был отводом канала, который убегал глубоко во двор крепости. Таким образом путники получили возможность незамеченными пробраться к основанию главной башни.
Они спрятались в тени башни и как раз думали, что делать дальше, когда послышались приближающиеся шаги. Симна взялся за нож, висевший у него на поясе, но Эхомба положил руку ему на запястье и сделал знак молчать.
Это оказался посудомойщик; видно, ему надоело полоскать тарелки, и он вышел подышать свежим воздухом. Когда он приблизился, Эхомба шагнул вперед, правой
Эхомба осторожно положил парня на землю. Симна восхищенно прошептал:
— Отличный прием знает мирный пастух.
— Иногда приходится останавливать заигравшегося теленка, чтобы не навредил себе. — Симна вынул нож, но пастух остановил друга: — Не надо его убивать. Он проспит до утра и завтра проснется вполне здоровым, только горло будет болеть.
Симна усмехнулся и убрал нож.
— Ты слишком добр для того, кто без спроса проник в чужой замок. Если бы мои противники рассуждали, как ты, у меня было бы куда меньше шрамов.
— Попробуй вести более спокойную жизнь.
Эхомба нашел деревянную дверь и подергал ее. Она отворилась, даже не скрипнув.
Они вошли внутрь.
Это был какой-то склад или кладовая, доверху забитая ящиками. Здесь царила кромешная тьма, но среди путников был один, кто мог видеть и в темноте. Они двинулись за Алитой, держась за его гриву. Он вывел их в коридор.
— Пока планировка этой крепости ничем не отличается от тех замков, где мне довелось побывать, — шепнул северянин. — Дальше должно быть что-то вроде зала для аудиенций.
В узкие окна проникал лунный свет, и Этиоль вновь пошел первым. С верхних ярусов башни доносились редкие звуки, но Эхомба не обращал на них внимания. Гвардия охраняла главные ворота крепости и внешние стены, но не жилые помещения внутри зданий. Он, правда, опасался сторожевых псов, но, к его удивлению, их здесь не оказалось.
— Сюда. — Он показал налево.
Они миновали облицованную туфом арку и попали в зал, о котором говорил Симна. Северянин был потрясен, обнаружив, что пол в этом просторном, с высоким потолком помещении выложен не гранитными или мраморными плитами, а плитами, вырезанными из полудрагоценных камней: родохрозита, лазурита, агата и оникса.
— Теперь надо отыскать комнату, где он держит прорицательницу Темарил, — шепотом сказал друзьям Эхомба. — Попробуем поймать какого-нибудь слугу, пусть расскажет, что к чему. Мы похитим Темарил и выйдем из замка тем же путем, каким проникли сюда. К рассвету мы успеем добраться до гор.
— На словах выходит неплохо, приятель, — откликнулся Симна. — А как насчет сокровищ?
— Прежде всего — прорицательница, — твердо сказал Эхомба. — Когда она будет у нас, тогда займемся сокровищами. Сейчас надо найти комнату, где спит Химнет. Прорицательница должна находиться где-то рядом.
— Он не спит! — раздался громкий раскатистый голос.
Зал озарился ярким светом. Пятьдесят ламп, установленных вдоль стен и свисающих с потолка, зажглись все вместе, будто ожили. Эхомба и его друзья были в дальнем конце украшенного знаменами зала. У противоположной стены возвышался
В темной прорези забрала горели глаза правителя. Их свет был так же ярок, как ослепительное сияние ламп. Рука в железной перчатке была поднята. Властитель начал опускать ее — и сразу светильники стали меркнуть. Наконец в зале установился привычный для глаз уровень освещения.
Сбоку и чуть позади трона стоял убеленный сединами военачальник. Глаза старика отливали стальным блеском. У подножия трона трепетали два зловещих темных облачка.
Больше никого в помещении не было. Симна не видел ни стражников, ни страшных собак-убийц, рычащих и рвущихся с цепи… Только внушающая трепет фигура на троне и седовласый советник.
Рука Симны невольно потянулась к мечу. Черный кот припал к полу, готовясь прыгнуть. Эхомба не отрывал взгляда от величественной фигуры и горящих глаз внутри шлема. В свою очередь, человек на троне не мигая смотрел на пастуха.
— Владеющий искусством некромантии. Задающий вопросы, на которые нет ответов. Так, кажется, выразился Червь.
Химнет Одержимый, властелин Эль-Ларимара, владыка центральной части побережья Аурельского океана и всех путей, ведущих из северных холодных стран к Мотопской Стене, наклонился вперед и положил подбородок на закованный в броню кулак.
— Неужели это ты прошел весь путь, что ведет сюда через восточный океан, с противоположного берега Семордрии?
Последовала пауза, которой воспользовался Симна. Сглотнув комок в горле, он смело вышел вперед и заявил:
— Мы пересекли не только Семордрию, но и все страны, что лежат далеко на юге.
Человек в золотых с алым доспехах не обратил внимания на северянина. В глазах Химнета Симна ибн Синд просто не существовал. Так же, как Хункапа Аюб и черный левгеп — он на них даже не взглянул. Правитель смотрел лишь на высокого человека с копьем в руке, одетого в поношенную рубашку и килт. И тот, не дрогнув, выдержал его взгляд.
Наконец, изучив противника, Химнет вздохнул и откинулся на спинку трона. Он положил руки на подлокотники, изображающие лежащих драконов, и продолжал:
— Должен заметить, что ты не выглядишь знатоком магии. Я немного разочарован. Правда, даже Червь не всегда правильно видит будущее.
— Клянусь Гостенхарком! — воскликнул Симна. — Мы требуем уважения к тем лишениям, которые испытали на своем пути! — Оскорбление Симна еще мог стерпеть, но только не пренебрежение. — Это мой друг, Этиоль Эхомба из Наумкиба. Он — чародей, обладающий бесценными знаниями и необоримой мощью. Он способен управлять силами, от которых ты не в состоянии защититься. — Симна гордо вскинул голову и ткнул себя пальцем в грудь. — Я — Симна ибн Синд, обладатель шестой степени воинского искусства. Мы не явились бы сюда, если бы не сумели справиться с бессчетными опасностями и препятствиями. А нас встречают презрением!.. Мы пришли в Эль-Ларимар, чтобы вернуть прорицательницу Темарил из Лаконды ее народу. — Он сделал шаг назад и торопливо добавил: — А еще заберем отсюда столько сокровищ, сколько сможем унести!