Трое
Шрифт:
– Как решат наши доброхоты все, сразу надо быть готовым, - кивнул он Гризли, тот усмехнулся, потом повернулся и вышел, бесшумно затворив дверь.
– А… он его …?
– дрогнув, уточнила Мишель.
– Да, ему удобней всего, у него глаз наметанный, все чисто сделает, я думаю. Никто не узнает. Уехал и уехал… А мы потом с Дерилиной машину уберем.
– А… Марти?
– помедлив, решилась все же спросить Мишель.
– Вот все-таки че-то не так!
– Мерл отстранил ее от себя, внимательно посмотрел в глаза, - че тебе Брауни сдался? Че ты переживаешь так о нем?
– Ничего, -
– За него, блядь?
– вклинился Дерил тоном, не сулящим ничего хорошего.
– Нет, придурки!
– Мишель спрыгнула с колен Мерла, - за вас! За нас! Вы молчите! Может там на нас армия идет! Вы вообще меня ни во что не ставите! Я для вас только… кукла для секса, вот!
И, пока братья с открытыми ртами переваривали ее внезапную ярость, Мишель побежала к двери, открыла, развернувшись на пороге:
– Видеть вас не могу! Не подходите ко мне больше!
– и выходит из комнаты.
Пробегая мимо кухни, мельком заметила настороженные и крайне удивленные лица слышавших ее крики Керол, Рика, Бет, Дейла и Хершелла. Гризли тоже там, но, как всегда, по его лицу невозможно понять, что он услышал и слушал ли вообще.
Мишель вышла во двор, шумно выдохнула. Очень хочется поплакать. Хочется побыть одной. Она устала от постоянного присутствия людей возле себя. Внезапно остро вспомнились времена, когда она была совсем одна, когда она сидела в своей студии, в своем милом доме, пила вкусный чай, медитировала, в голове возникали образы того, что она потом хотела бы воплотить на холсте… Ей, оказывается, этого очень не хватало… Ей, оказывается, очень тяжело все время думать о других… О том, что сейчас где-то в доме находится человек, живой еще человек, со своими мыслями, эмоциями, воспоминаниями… Человек, у которого, как и у нее, были мама и папа, которые его наверняка любили. Человек, который, так же, как и она, может испытывать боль, страх, отчаяние…
Человек, который еще не знает, что он уже умер. Что другие люди уже все решили за него. Какой бы он ни был, но он человек. И, самое страшное, что Мишель прекрасно понимала, что она не будет препятствовать убийству. Потому что, и надо быть честной с собой, если на одной чаше весов окажутся близкие ей люди, те, кто ей дорог, а на другой чаше жизнь этого, в целом, не очень-то хорошего человека, она сделает однозначный выбор. Она сделает все, чтоб ее близкие, любимые люди жили.
Мишель поймала себя на мысли, что теперь мысленно она считает Диксонов близкими, любимыми людьми. Не просто партнерами. Не просто удобными спутниками, с которыми хорошо заниматься любовью, выживать, чувствовать себя в безопасности. Нет. Они для нее именно близкие, именно любимые. И те слова, что она им крикнула сгоряча… На самом деле она так не думала совершенно. И, наверно, они обиделись. И, наверно, надо извиниться…
А вот, фигушки!
Мишель хмыкнула, пнула подвернувшийся под ноги камень и вернулась в дом. В большой гостиной Карл, Бет и София играли в карты. Мишель присоединилась, весело смеясь и подначивая все время проигрывающего Карла, демонстративно не обращая внимания на то и дело появляющихся в проеме двери братьев. Они выглядели... хммм… как-то пристыженно,
Позже Мишель помогала с обедом Керол. На кухне крутился возле перекусывающей Лори отдохнувший Шейн, в углу тихо сидел, потягивая из кружки горячий чай, Гризли. Очень уютная, даже умиротворяющая атмосфера. Мишель как раз нарезала лук, когда в дверях появился Мерл.
– Это… Малышка…
Мишель не повернулась, продолжая работать ножом.
– Пошли, че скажу.
– Не хочу. – Мишель сгрузили лук в кастрюльку, - я занята. Обед готовлю.
– Ну, пусть дамочка доготовит, без тебя у нее явно лучше получится… - тут Мерл понял, что только усугубил ситуацию, - бля…
Мишель обиженно поджала губы, отвернулась:
– Керол, что еще надо сделать?
– Надо из кладовки принести сахар, у нас закончился уже. – Керол покачала головой, - вчера еще полная сахарница была.
Мишель молча протиснулась мимо так и застрявшего в дверях Мерла, и пошла к кладовке.
Он, ни слова ни говоря, рванул следом, взял из ее рук пачку сахара, подхватил девушку под локоть.
– Подожди.
Мишель все так же молча старалась вырваться, безрезультатно, конечно же.
Мерл , с Мишель на буксире, дошёл до кухни, поставил сахар на стол:
– Все, хозяюшка? Больше ничего не надо?
– Только банки открыть…- Керол в некоторой растерянности обвела взглядом всех присутствующих, не зная, пытаться ли задержать Мишель или отпустить ее с Диксоном.
– Это тебе пусть твой медведь ручной откроет, - Мерл наконец обратил внимание на попытки вырваться Мишель, - да стой ты спокойно!
Но Мишель только еще больше распалилась, дергаясь сильнее.
Тогда мужчина просто подхватил ее на руки:
– Всем пока.
Их спутники только молча проводили взглядом удаляющуюся фигуру с брыкающейся девушкой на руках.
– Ээээ…- отмер Шейн, - может, нам надо было…
– Что?- Лори покосилась на него, не переставая жевать, - спасать Мишель?
– Ну… сказать хотя бы что-то…- Шейн смутился , - мне кажется, она была против, чтоб ее уносили отсюда.
– Да уж, точно против.
– Керол спокойно продолжила заваривать чай, - но, думаю, мы вряд ли то-то смогли бы сделать.
– Почему это?
– не согласился Шейн, - мы с Гризли…
– Не думаю, что Гризли стал бы вмешиваться, - покачала головой Керол, поглядывая на Гризли, тот чуть заметно усмехнулся , - и не думаю, что нам вообще стоит вмешиваться в чужие отношения.
– Отношения, конечно, своеобразные… - Лори поставила кружку для чая, - не уверена, что она с ними по своей воле…
– Ты не права, Лори, - Керол прибрала стол после готовки, - ты не права… И к тому же, не очень хорошо не только лезть в чужие отношения, но и обсуждать их… Все не без греха.
Лори поперхнулась чаем, укоризненно посмотрела на Керол. Шейн, помолчал, потом хмыкнул:
– Ладно, сами разберутся. Не убьют же они ее, в самом деле…
Мерл тем временем донес Мишель до комнаты, закрыл дверь на замок. Дерил, сидящий у окна и полирующий стрелы для арбалета, отложил свое занятие и встал.