Тролльхол
Шрифт:
Выпуклость даже не шелохнулась под пальцами Рин, словно вросла в пластиковый корпус.
– Смелее. – Юхан накрывает ее ладонь своей, сжимает и сдвигает выше. Тумблер легко перемещается на следующую отметку, и тотчас рука Юхана резко отдергивается, словно от ожога. Он трясет кистью, словно чувствует реальную боль, но вдруг смущается, поспешно убирает руку за спину и отводит глаза.
Что с ним? Неужели это реакция на прикосновение к ней? Похоже, ледяная броня мистера Айсберга дала трещину! Рин скользит взглядом по его лицу, но не замечает на нем выражения неловкости, оно вновь выглядит холодным и непроницаемым, хотя… кажется, стало бледнее
Юхан обходит ее, пересекает холл и останавливается между двух выходов, ведущих в одинаковые с виду коридоры: высокие потолки, кремовые стены с яркими постерами и мягкое ковровое покрытие кофейного цвета на полу примыкают к двустворчатым белым дверям с большими круглыми ручками из хромированного металла.
– Справа ваша территория, слева – моя. Постарайтесь не перепутать. – Юхан посылает Рин многозначительный взгляд, красноречиво говорящий о том, что ей лучше не пытаться ступить на его территорию.
– Не беспокойтесь, у меня хорошая память. – Она кивает и замечает, как Юхан вздыхает с облегчением: по всей видимости, он не на шутку переживает о неприкосновенности своего личного пространства.
Великолепно! Мистер Айсберг не горит желанием, чтобы гостья часто попадалась ему на глаза, а значит есть шанс на то, что ей удастся вполне сносно провести здесь время.
– Если я вам понадоблюсь, можете позвонить в дверной звонок у входа в дом. Ну, или по телефону. Однако я часто отлучаюсь в Стокгольм по делам, могу отсутствовать несколько дней, тогда обращайтесь к Фрое, она живет неподалеку. Я вам сообщу номер ее телефона, а также номер Хуго, это наш лодочник, тот, что привез вас на остров. Вдруг захотите прокатиться до Бьёрхольмена, провести вечер в кафе, например, или пройтись по магазинам, а то и предпринять экскурсию по островам – обратитесь к Хуго, он подскажет вам расписание рейсов. Кстати, входная дверь запирается на кодовый замок, код три единицы.
– Три единицы? Серьезно? – Рин потрясенно ахает. – Это называется, заходи кто хочет! Или у вас есть охранник?
– Охранник? Нет, что вы, здесь совсем нет преступности. За всю мою жизнь помню лишь, как у старой Эббы пропало два комплекта постельного белья, но потом оказалось, что их унесло ветром во время сушки, потому что Эбба забыла зажать их прищепками. Поначалу-то она утверждала, что комплекты исчезли из комода, а значит, в дом проник вор. К счастью, Хуго нашел пропажу на одном из крошечных необитаемых островов, когда проплывал мимо на своей моторке. Его внимание привлекли пестрые полотнища, реющие флагами на макушках сосен. Ему пришлось порядком потрудиться, чтобы достать их оттуда. Но тогда он был еще молод. Сейчас бы едва ли справился с этим делом. Н-да… С тех пор прошло немало лет, жаль, что их не вернуть. И Эбба больше не сушит белье. Она его теперь совсем не стирает. Не замечает грязи… ничего не замечает…
– Почему? Что с ней случилось?
– А? – Юхан внезапно вздрагивает. Его затуманенный взор резко фокусируется на лице Рин. – Извините, я просто… задумался. Если вы не против, я, пожалуй, пойду к себе.
Как обычно, не дожидаясь ее ответа, он просто поворачивается и, перешагнув порог, идет по узкому глухому коридору на «свою территорию».
С сожалением, которого сама от себя не ожидала, Рин провожает взглядом удаляющуюся фигуру хозяина дома, возвращается в гостиную за чемоданом и отправляется осматривать комнату, предоставленную в ее распоряжение.
Первое, что она видит, распахнув двери, это раздутые ветром шторы, похожие на паруса,
Просто маниакальное пристрастие к белому цвету!
Маниакальное… Это слово уже не впервые за сегодняшнее утро приходит ей на ум. Рин нервно стискивает кулаки и вдруг обнаруживает, что до сих пор держит свой чемодан за длинную выдвижную ручку, словно еще сомневается, что готова здесь остаться.
Прохладный воздух с моря тонкой струйкой вливается в приоткрытое окно, слегка колышет шторы и листву на стеблях роз, скользит дальше, кружит по комнате и окутывает Рин, уже пропитанный розовым ароматом. Она смотрит на цветы. Не может быть, чтобы мистер Айсберг распорядился принести их сюда. Скорее всего, это Фроя позаботилась. На душе теплеет от мыслей о том, что завтра она вновь увидится с улыбчивой домработницей, и ее сердце, озябшее в обществе мистера Айсберга, отогреется. Не так уж все и плохо, думает Рин, подкатывает чемодан к шкафу и наконец решается выпустить его из рук.
В кармане ветровки неожиданно оживает телефон. Рин вынимает его и, увидев на экране улыбающееся лицо Киры, отвечает на ее видеовызов.
– Ну, как ты? Вижу, уже добралась! – радостно кричит подруга, глядя куда-то за спину Рин. – Покажи-ка мне хоромы своего шведа! О, неплохо, неплохо. Обожаю такой стиль, изысканный минимализм. Что это там у тебя? Цветочки? Интересный поворот. А говорила, он предпочитает мужчин!
– Кира, тише! – Рин прикрывает динамик пальцами, опасаясь, что Юхан может услышать эти слова, и поспешно убавляет громкость.
– А он что, где-то рядом? – Кира стреляет глазами из стороны в сторону. – Вы будете жить в одной комнате?
– Да нет же!
– Вечно ты скрытничаешь! А еще подруга.
– Перестань.
– Запомни, не будет тебе с этим шведом счастья. Поматросит и бросит. Нарисуешь свою картину, и дуй домой, иначе я сама приеду и вытащу тебя оттуда.
– Кира!..
– Признавайся, вы уже?.. – Она многозначительно вскидывает брови несколько раз подряд.
– Да я его увидела всего лишь полчаса назад! Он приехал домой позже меня.
– А-а-а… Не встретил даже?
– Кира, хватит выдумывать! Он заказал мне картину, и на этом точка.
– Точка, не точка, а в вазе – цветочки! – Подруга подмигивает и продолжает изучать попадающее в камеру пространство вокруг Рин. – А вид из окна какой? На море? Покажи-ка. Ух, отпад просто! Красотища… Хотя, ну а толку-то, если это север, не поплавать, не позагорать.
– Мне и не надо. Я жару терпеть не могу, ты же знаешь.
– Тем более тогда не стоит там задерживаться. Зря ты вообще поехала. Вдруг он не заплатит?