Троя
Шрифт:
– Итак, вы сделали подобное заявление – что же дальше?
– У меня есть предложение, и я желаю обсудить его.
– Какое именно?
– Сначала давай договоримся в общем, а потом уже пустимся в обсуждение деталей.
– Мне, конечно, очень любопытно, но времени у меня сейчас совершенно нет ни на какие обсуждения.
– У меня имеется одна идея, и я полагаю, что у тебя есть масса качеств, которые позволят тебе стать помощником в воплощении этой идеи, – тщательно подбирая слова начал Чилк.
– Не понимаю, откуда у вас обо мне столь лестное
– О, это совершенно ясно! Я видел тебя в настоящем деле, и теперь знаю, что окажись мы даже в салуне где-нибудь на краю Сферы, ты надежно прикроешь мне спину, чертыхаясь, визжа, проклиная, брыкаясь, но прикроешь, и я всегда буду гордиться тобой.
– Погодите гордиться мной так быстро! В это время я могу оказаться где-нибудь в другом месте, поскольку терпеть не могу никаких салунов.
Чилк пожал плечами.
– Но если в городе будет только один салун, то у тебя не будет выбора.
– Правда. Но только непонятно, почему это я вдруг окажусь в этом городе? И с кем я буду сражаться? И за что?
– Что касается сражений, то тут все непредсказуемо. Например, я могу сидеть себе спокойно за столом и думать о чем-то возвышенном, а ко мне вдруг подойдет дама. Ну, поговорить. Тебе это, конечно, не понравится, ты дашь ей пинка, ну и заварилась каша.
– Все ясно. Теперь я поняла, зачем я вам понадобилась. Давайте заодно объясняйте уже и все остальное.
Чилк посмотрел за окно.
– Как хочешь, так и будет. Но для этого мне придется вернуться на несколько лет назад, во времена, когда я был бродягой, болтался по всей Сфере, наверстывая таким образом недополученное образование. Я слушал уйму профессоров, общался со множеством работодателей, разговаривал с изгнанниками, которые уже сами не помнили, за что их изгнали. Все эти люди были одиноки и разговорчивы, особенно за кружкой пива – так что я вдоволь наслушался всевозможных историй. Потом я начал их записывать, и скоро у меня набралось немало рассказов про удивительные места и странные вещи. Правдивы ли они или являются просто легендами и бредом опьяневшего воображения? Не знаю. Но думаю, что отчасти есть в них и бред и вымысел. Словом есть целый ряд историй, которые ждут, чтобы кто-нибудь явился и разгадал их.
– И кого бы вы хотели видеть в роли следователя?
– Думаю, что с тобой на пару мы смогли бы просмотреть список и выбрать пару мест. Глауен, надеюсь, не пожалеет пожертвовать для нас «Фортунатаса», все равно нам с ним он пока не нужен.
– Так, значит, ваше предложение заключается в том, чтобы мы с вами отправились в дальние районы космоса проверять какие-то пьяные истории, услышанные вами в салунах, тоже, вероятно, не в трезвом состоянии. Вы хотите, чтобы я разделила с вами некую странную и безответственную жизнь?
– В общем, да, – согласился Чилк. – Но это лишь проект. Черновой, так сказать.
Флиц тяжело вздохнула.
– Эустас, неужели вы серьезно думаете, что у меня нет больше забот, кроме как беспокоится о том, сумасшедший вы или нет?
– Не беспокойся, я совершенно
– Это-то и самое ужасное!
– Дай мне руку, – прошептал Чилк.
Флиц вскочила, но вместо того, чтобы уйти, вдруг наклонилась и поцеловала Чилка в щеку.
– Вы так старались, Эустас! – и убежала.
– Подожди! – закричал Чилк, тщетно пытаясь встать. – А что насчет предложения?
– Не сейчас, Эустас!
И Флиц выбежала из холла. Чилк с улыбкой на устах смотрел ей вслед.
Прошло три дня. Чилк виделся с Флиц мало и только в компании. Но он и не предпринимал пока никаких попыток увидеться с нею наедине, пусть даст волю своему любопытству. Однако время шло, и сама Флиц тоже не искала возможности поговорить наедине, и Чилк забеспокоился: уж не ошибся ли он?
Наконец, им овладело нетерпение и он сказал себе: больше никаких обходных путей, пусть все решится разом.
Но все карты Чилка вдруг были смешаны появлением Баньоли, архитектора, и трех инженеров компании Бардуза. Они поселились на ранчо в ожидании, пока будет готов жилой комплекс на побережье для строителей и технического персонала. Флиц пришлось нанять дополнительную прислугу из порта Тванг, но и на нее свалилось сразу слишком много обязанностей. Или так, по крайней мере, казалось Чилку.
Прибывшие каждый день совещались с Бардузом и периодически делали короткие вылазки на природу. Глауен, присутствовавший на некоторых совещаниях, держал Чилка постоянно в курсе этих бесед.
– Эти трое – инженеры высшего класса. Бардуз начинает свой проект Байнсей, времени он даром не тратит. Я видел эскизы. Это такое длинное неправильной формы здание, значительное, но ничуть не нарушающее природной гармонии. Материал выдержит любые черно-зеленые волны. Вечерами постояльцы смогут смотреть на слюты и наблюдать за танцами водных бродяжек. А если начнется шторм, заревут волны и станут набрасываться на слюты, это произведет сильное впечатление, но не настолько ужасное, чтобы отказаться от обеда в большом каминном зале.
– Да, впечатляет, – согласился Чилк.
– Без сомнения. Но есть одна странность: Флиц не проявляет к этому проекту никакого интереса, и едва только Баньоли или кто-то из инженеров входит в комнату, она ее покидает.
– Это отчасти моих рук дело, – признался Чилк.
– Как так? – вскинул брови Глауен.
– Я решил, что она слишком много возится по дому, и рассказал ей диковинные истории, ну, про императора Шульца, который владел Великой Небулой на Андромеде или про Питтаконга Пита, говорившего на языке чужих. А еще про Фарлока, с которым я познакомился на самом краю Сферы в местечке под названием Орвил. У Фарлока была уйма таинственных историй, и на каждую существовало какое-то подобие документов, а уж координаты, в отличие от прочих рассказчиков, – всегда. Короче, я рассказал ей пару историй и предложил, что хорошо бы нам было побродяжничать вместе и поехать посмотреть эти места.