Trust: Опека

Эппинг Чарльз

— Что ты сделал?! — закричал де Суза.

Шмидт удивился.

— А в чем дело? Губернатор сказал, что я могу пользоваться их услугами, как посчитаю нужным, для его собственной безопасности. Чтобы быть уверенным, что с деньгами ничего не случится. Откуда мне было знать, что парень, работающий в посольстве, влюбится в нее?

— Марко Феррейра работал на тебя? — воскликнул де Суза. — Какого черта ты меня не предупредил? — Он указал на свои шрамы. — Посмотри, что он со мной сделал!

—

Я должен был выяснить, что ей известно, — спокойно ответил Шмидт. — Когда Охснер позвонил мне после их встречи, сказал, что хочет произвести со счетом кое-какие изменения, и попросил показать все старые документы, я вынужден был что-то предпринять.

— Поэтому ты и убил его?

— Конечно. Он мог узнать, что мы проделываем со счетом, — просто ответил Шмидт. — А что еще нам оставалось?

— Но зачем убивать кого-то, кому мы платим? — возмутился Циннер. — Того, кто на нас работает?

— Охснера? — скептически переспросил Шмидт. — Он и понятия не имел о наших делах.

— Ты не все знаешь. — Де Суза попытался присесть на краешек дивана. — Может, просто заткнешься?

— Пусть говорит! — настаивал Циннер. — Я хочу знать, зачем убивать человека, которому мы платили несколько миллионов долларов в год…

— Несколько миллионов долларов в год? — не поверил Шмидт. — Этому идиоту?

— Жозе убедил меня, что мы должныплатить Охснеру, чтобы в Швейцарии все было «на мази». Пять процентов от общей суммы. Ежегодно. Столько же, сколько и тебе.

— Это он вам так сказал? — Шмидт взглянул на де Сузу. — Вы и приблизительно не платите мне такой суммы…

— Я сказал тебе заткнуться! — Де Суза поднялся. — Ты не понимаешь, что мелешь. — Он полез за пазуху и вытащил пистолет. — Я всегда предупреждал: здесь командую я. — Говоря это, де Суза медленно навинчивал какой-то черный цилиндр надуло пистолета. — Ты понятия не имеешь, что происходит.

— Допустим, но я — то понимаю, что тут происходит! — закричал Циннер. — И хочу знать, зачем мы давали двадцать процентов людям, которые слыхом не слыхивали о счете.

— Вы платили двадцать процентов? — поразился Шмидт.

— Именно, — подтвердил Циннер. — Двадцать процентов, которые шли на счет маленького фонда на Кипре, предполагалось разделить на доли по пять процентов: тебе, моему помощнику, Охснеру и Рудольфу Тоблеру.

— Рудольфу Тоблеру? Вы что, рехнулись? — Шмидт начал подниматься, не поворачиваясь спиной ни к де Сузе, ни к Циннеру. — Как можно платить пять процентов тому, кто умер еще в 1987 году?

— Не отцу, а сыну — Циннер отпустил шею Алекс и направился через комнату к Шмидту. — Жозе сказал, что нужно ему заплатить, чтобы он помалкивал, а мы могли пользоваться

счетом его отца для отмывания денег.

— Что за бред! Тоблер и не знал ничего о счете. Тот, кто вам об этом сказал… — Прямо в центре лба Шмидта внезапно появилась маленькая дырочка.

Алекс поняла, что произошло, только когда он осел на пол и она заметила кровь на гобелене, висевшем за его спиной.

Она бросила взгляд на де Сузу — от его пистолета поднималась тоненькая струйка дыма. Он направил оружие на Алекс. Внезапно Циннер бросился на де Сузу. Алекс видела, как пуля разорвала ему правое плечо. Он выронил пистолет. Алекс бросилась вниз — поднять его.

Де Суза снова прицелился в Алекс и уже было спустил курок, когда Циннер отбросил его к стене. Здоровой рукой он схватился за дуло пистолета, развернул его, направив в лицо де Сузы. Но тот крепко держался за рукоятку. Они начали ругаться по-португальски. Алекс подняла оружие Циннера.

— Убей его! — прокричал Циннер. Он засунул дуло пистолета в рот де Сузы. Но де Суза не отпускал рукоятку — и не убирал палец со спускового крючка.

— Сделай же что-нибудь! — завопил Циннер. — Мне нужна твоя помощь. Или ты убьешь его, или он прикончит нас обоих!

Алекс не шелохнулась.

— Убей его, и все будет кончено — и для тебя и для меня. — Он старался грузом своего тела удержать де Сузу прижатым к стене.

Алекс уставилась на пистолет в своей руке. На рукояти был выгравирован пучок стрел. Она подняла руку и направила пистолет на де Сузу. Чтобы пистолет не дрожал, ей пришлось держать его обеими руками.

— Нет. Не так! — заорал Циннер. — Стрелять нужно из его пистолета. Заставь егонажать на курок. Представим все так, как будто он застрелился. А перед этим убил Шмидта.

Алекс не двинулась с места.

— Иди сюда. — Циннер старался не отпускать де Сузу. — Мне нужна твоя помощь.

Алекс подумала: «А может, просто взять и уйти — пусть себе дерутся?» Но один из них выживет. И что помешает ему прийти за ней? За Руди? За Эриком? За Аладаром?

— Иди же сюда! — Из плеча Циннера хлестала кровь и заливала грудь де Сузы. — Ты должна помочь. Мне самому не справиться.

Алекс положила пистолет и сделала шаг вперед.

— Нажми на курок, — наставлял ее Циннер. — Клянусь, губернатор отпустит твоего приятеля. Просто обещай, что ты никому не расскажешь о том, что здесь произошло.

Де Суза попытался что-то сказать, но с дулом пистолета во рту трудно произнести что-то членораздельное.

— Это наш единственный шанс, — тихо, но твердо проговорил Циннер, — и, если хочешь им воспользоваться, сделай это сейчас.