Трюкач
Шрифт:
Еще какая! Честно!
Слоя действительно нет?
И не было! Он – все. Он – «мешок». Теперь он «мешок».
А всякое такое… Ровинский…
Отстань с Ровинским. Не приставай… Ой, приста- ва-ай!
Я тебя все время снимал, но не видел рядом ни одного негра. То есть… цветного…
Ладно, мне можешь не… Негра,
Почему же? Вот я сегодня Костанде так и сказал…
При чем здесь Костанда?
А он вдруг позвонил. А я ему сказал…
Ты что, действительно – идиот?!
Пожалуй…
Господи, тебя учить и учить!
Учи. Я – бестолочь.
Да уж.
Может, все-таки уточним позиции?
А ты какую предпочитаешь? Позицию?
Погоди. И все-таки. Ты предательница?
Ну разумеется.
Ты как… ко мне…
Кажется…
Предашь ведь?
А ка-ак же!
Блефуешь?
А ка-ак же!
Солоненко?
Нет никакого Солоненко. И не было.
А я?
Ты есть.
Я – кто?
Не знаю. Ты.
Меня зовут Гурген.
Гурген так Гурген. Ты.
А падре?
Это падре.
А кто это?
Падре.
Та-ак, продолжим.
Ой, отстань. Заморили червячка, заморили.
Он, знаешь ли, живучий! Чувствуешь?
Да… Ак-х-х… Ой, давай поспим чуть-чуть.
Спи.
А ты? Ты тоже спи.
Как получится. Спи.
Сам спи. Не волнуйся. Все хорошо, все хорошо, дурачок.
Знаю, дурочка, знаю. Спи.
Который сейчас час?
Не знаю. Уже темно.
Я спрашиваю, который час?
Последний.
Не ври. Я знаю, предпоследний. Я лучше знаю. У нас еще есть время.
Ты предательница.
Отстань. Конечно!
Твой час пробил!
Ну, разумеется. Я гото-о-ова. Спи. Дай поспать. Часок,
IV. ЧАС ВИНЫ
«… ощущение, что все только начинается. Нити ведут к весьма и весьма высокопоставленным особам. Как обычно, никто не подтверждает и не опровергает… Крах очередной компании не привлек бы внимания, настолько это стало обыденным, если бы не странные обстоятельства смерти генерального директора… пертизы… сердечно-сосу… г-н Солоне… вся докуме… бессле… Следственные органы заяв… как-то увя… с несостоя… «Час… Раевского… Мафия цепко охватила все… Азербай… армя… Большой Морск… восемь… так и не установ… Но позволяет сделать смелый, но вывод, что… к самому себе кусок дерьма!».
Тут ты, пожалуй, прав, Кабан, прав. В смысле: ощущение, что все только начинается.
Тут мы с тобой, Кабан, пожалуй, совпадаем. В смысле: мафия цепко охватила все…
Дальше не прочесть. Размокла газетенка. Дождик. Осень. Но! Да! Позволяет. Сделать смелый, но вывод, что…
Господи, сколько хлопот, сколько хлопот! Вот я, простой питерский натурализовавшийся полуармянин Гурген Джамалович Мерджанян, возвращаюсь, знаете ли из… неважно… из небытия – и что же я узнаю?!
Это? Это моя правая рука. Газанфар – так его зовут. Вместе со мной прилетел. Ну, не вместе, но следом. Ну не следом, но одновременно. Он тоже считает, что кое-что надо уточнить. Кое-что выяснить.
А вы – кто?
А вы?
Свободен, Я говорю, свободен, парень. Не понял?!
Объясни ему, Газик. Дай я сам объясню.
Что?! Что-о-о?! Ну-ка, отойдем. Давай-давай, отойдем.
Н-ну?! Продолжим?!
Продолжим, спрашиваю?!
Баджарана джан гурбан!