Туча
Шрифт:
— Ты ее только что сам назвал.
— Матч кончился вничью.
— Ты не делаешь никаких скидок.
— Кто бы говорил.
— Ты бы рад оставлять меня вместе с твоей пижамой. На день. Забывать, что Я вообще существую.
Он переводит дыхание — и избавлен от необходимости отвечать. Впереди, там, где деревья уступают место первому лугу, они видят, что Пол и Кандида стоят на открытом пространстве, повернувшись, глядя назад на небо. Кандида замечает их и возбужденно на что-то указывает. Листва мешает им разобрать, что ее так взволновало. Но, едва выйдя на луг, они видят.
Туча, но таинственная туча, такая
— Черт, — говорит Питер. — Откуда она взялась?
Пол стоит, скрестив руки, и следит за тучей.
— Иногда случается. Внезапный переизбыток жары. А затем холодный ветер с Пиренеев.
Кэнди глядит на Салли.
— Молнии и гром на всю ночь. — И затем: — Мы тревожимся за Кэт.
Пол улыбается и ерошит ей волосы.
— Она ее увидит. И вообще она, возможно, уже дома. Тревожится за нас.
— На спор, что нет. — Кэнди отвергает снисходительность и глядит на отца. — Спорю на два франка, папуся.
Он игнорирует ее, подбирает корзинку и идет назад к Питеру и Салли.
— Послушайте, почему бы вам не пойти дальше. Я просто дождусь Бел. — Он шарит в кармане. — Вот ключ, Питер. — И оборачивается. — Кэнди, проводи их домой и…
Кандида тычет пальцем.
— Вон они. Еле ноги тащат, как всегда.
Они все оборачиваются. Из-за деревьев медленно выходят Бел и Эмма. Эмма впереди говорит, шагая спиной вперед, чтобы видеть лицо матери. Но когда она замечает, что это лицо смотрит поверх нее, она оборачивается, а затем пускается бегом к компании на лугу. Пол идет назад навстречу Бел.
Избегая глаз Питера, Салли говорит:
— Разве тебе не следует тоже пойти поискать ее? Он делает гримасу.
— Я думаю, они предпочтут разобраться с этим сами. — Он смотрит вниз на сына. — Хочешь на закорки, Том?
Салли не спускает с него глаз, а он усаживает мальчика себе на шею, затем бегом описывает по траве небольшой круг, подбрасывая маленькое перепуганное личико вверх-вниз. Том отчаянно цепляется за него, онемев от страха.
— Лучше я пойду с тобой, — говорит Кандида Салли. — А то ты заблудишься.
Эмма добегает до них.
— Питер, можно мне на закорки? Пожалуйста! Кандида властно протягивает руку, преграждая ей путь.
— Нет, нельзя. Мы идем домой.
— Я хочу на закорки.
Питер рысит через луг, подбрасывая Тома вверх-вниз. Салли смотрит туда, где теперь стоят Пол и Бел, разговаривая; Пол — руки на бедрах, лицо повернуто вверх по течению.
Кандида вперяет взгляд в сестру.
— Только попробуй.
Затем внезапно кидается вперед и хватает Эмму, едва та повернулась, чтобы бежать к родителям. Эмма визжит. Пол оборачивается и рявкает:
—
— Эмма плохо себя ведет.
— Нет хорошо!
— Оставь ее в покое. Иди домой с Питером и Салли.
Салли говорит:
— Идем, Кэнди.
Кандида колеблется, потом щиплет сестру за локоть, но тут же отпускает и отходит. Новый визг.
— Ты свинья!
Кандида взглядывает вверх на Салли, пожатие плеч.
— Она такой несмышленыш.
Эмма подбегает к ней сзади, изо всех сил на ходу бьет по спине и мчится туда, где Питер с Томом рысит через луг. Кандида гонится за ней. Эмма начинает визжать. Потом надает. Сестра кидается на нее. Визг нескончаем, но боли в нем не ощущается. Перестань. Перестань. Перестань. Салли оглядывается на лес. Они словно бы отмахнулись от детей. Теперь к лугу на дорожке перед ними повернуты две спины, будто они ждут, что появится Кэт. Салли подбирает корзинку, которую Питер оставил на траве, и направляется туда, где Кандида стоит на коленях над Эммой, которая притихла. Теперь это уже скорее игра, щекотка, а не щипки. Обещаю, говорит Эмма. Обещаю, Дальше за ними Питер и Том скрылись в тополях по ту сторону луга. Салли оглядывается на тучу.
Эти люди, которых она до вчерашнего дня никогда не видела; эта странная страна и странная сельская местность; эта роль, которую она должна играть, это отсутствие хотя бы одной женщины, у которой она могла бы искать помощи; ощущать, что тебя каким-то образом используют, презирают, что ты никому не нужна, обгорела на солнце, так далеко от дома; предмесячные, но этого не может быть; так хотеть плакать и не осмеливаться. Она проходит мимо двух девочек, игнорируя их, хотя они поднимают головы, торжествуя, расшалившись, ожидая, что на них будут смотреть. На ходу она начинает шарить в запасной одежде детей, и клетчатой скатерти, и всяких мелочах на дне корзинки, которую несет; как будто она что-то потеряла.
Это произошло? Это происходит?
Это произошло. Она перестает шарить, потому что подбежала Кандида и пошла рядом с ней. Девочка ничего не сказала, но все время оглядывалась. В конце концов Салли тоже оглянулась. Эмма на середине луга распростерлась на спине, видны только ее розовые коленки, притворяется мертвой.
— Она только вид делает, — сказала Кандида уничижительно.
Это происходит.
Через несколько шагов она говорит:
— Почему ты не замужем за Питером?
С того берега реки, будь ты наблюдающей птицей в листве, можно было бы увидеть, как они скрываются из виду; затем на том конце луга появляются Пол и Бел и идут быстрее к тому месту, где Эмма теперь сидит на траве и ждет их. Пол показывает назад на тучу, а Бел идет, больше не оглядываясь. Они подходят к девочке, она протягивает обе руки. Они берут каждый одну руку и поднимают ее на ноги. Затем — вперед. Вскоре она начинает подскакивать и подпрыгивать, на мгновение повисая в воздухе между ними, приподнятая их руками. Всякий раз, когда она подпрыгивает, ее длинные светлые волосы взметываются и секунду развеваются в такт движению. Они начинают подбодряюще покрикивать, а она провисает между ними и тоже покрикивает. Но тут они останавливаются на секунду. Пол подхватывает дочку в охапку, и она тоненькой ручкой обвивает его шею. Эти трое идут дальше, уже не так быстро, однако не лениво, так, словно что-то надо нагнать или, быть может, спастись от чего-то.