Туман
Шрифт:
Джо вытер пот со лба. С минуты на минуту будет дана команда взлетать, и он сразу же почувствует себя лучше. Сильным толчком пилота откинуло на спинку сиденья. Самолет несся все быстрее. Наконец огромный неуклюжий аэробус оторвался от земли и стал набирать высоту. Страшное зрелище, но невольно наводит на мысль о торжестве человеческого гения.
Команда вздохнула с облегчением. Несмотря на многолетний опыт, пилот и его помощники каждый раз напряженно гадали, взлетит их чудовище или шлепнется на землю. Поднимаясь все выше, самолет описал круг над аэропортом.
Миллер,
— Держись, Нью-Йорк, я уже близко! Эх, Верил, умчу тебя, дорогуша, под самые облака! (С Верил, стюардессой американской авиакомпании, Миллер познакомился в аэропорту имени Дж.Ф. Кеннеди.)
К удивлению помощника, капитан не отреагировал на шутку.
— Все в порядке, босс? — спросил Миллер. Крепко сжимая штурвал, Джо Эннард глядел вдаль.
— Сэр, а мы часом не сбились с курса? — подал голос бортмеханик. Он только второй раз летел с Эннардом, поэтому нервничал и стеснялся.
Самолет летел так низко, что трудно было не заметить оплошности пилота.
— А ну-ка развернись на 180 градусов, — добродушно скомандовал старший помощник, похлопав Эннарда по плечу. — Эй, Джо! Капитан! Да очнись ты!
С тревогой посмотрев на застывшее лицо пилота, Миллер снова попробовал растормошить его, но тут же получил по зубам.
— Держи его, Терри! — крикнул он бортмеханику, не обращая внимания на хлынувшую изо рта кровь.
Растерявшийся молодой человек поспешил на помощь.
— Оттащи его! — вопил Миллер, тщетно пытаясь завладеть штурвалом.
Терри схватил Эннарда за руки, пытаясь освободить штурвал, но капитан был сильнее. Тогда бортмеханик вцепился ему в шею, а Миллер стал разжимать пальцы. Стюардесса тихо, но настойчиво стучалась в дверь кабины, но экипажу было не до нее.
В мгновение ока капитан Эннард отстегнул ремень и вскочил на ноги. Низкий потолок мешал ему выпрямиться во весь рост. Развернувшись, он так врезал Миллеру, что у того в глазах потемнело, а повисшего у него на шее Терри так саданул локтем в бок, что бедняга скрючился в три погибели; затем последовал новый удар, поваливший бортмеханика с ног.
Первый помощник с трудом пришел в себя и крикнул чуть живому Терри, чтобы тот прикончил Эннарда к чертовой матери, но тут же получил по шее и рухнул на пульт управления.
Как и многие другие, их экипаж прятал за рацией пистолет, чтобы защищаться от террористов.
Эннард снова сел и взялся за штурвал. Самолет летел низко над Лондоном. Сердитый голос из диспетчерской Хитроу звенел в ушах и заполнял кабину, но Джо не обращал на него внимания. Он искал знакомый небоскреб, где работал приятель Сильвии. Вдруг его лицо расплылось в довольной улыбке, похожей на оскал мертвеца. Нашел!!!
Тем временем бортмеханик очнулся. До него дошло, что кто-то изо всех сил барабанит в дверь. Это стюардесса, забыв о пассажирах, ломилась в кабину. Терри кое-как поднялся на колени. Миллера он не видел, его внимание было сосредоточено на Эннарде, который
Капитан всем телом навалился на штурвал. Самолет резко спикировал. Достав из тайника пистолет, Терри долго возился с предохранителем, затем подполз к Эннарду и дрожащей рукой приставил дуло к его затылку.
— Брось штурвал, а то стрелять буду! — крикнул он, но все было напрасно. Видя, что самолет несется прямо на высотное здание, Терри с воплем спустил курок. Раздался выстрел, и мозг забрызгал пульт управления. Бортмеханик расслышал предсмертные слова Эннарда: «Будь здоров, Кевин!» Но у него не было ни времени, ни желания размышлять над ними.
«Боинг-747» врезался в небоскреб. От взрыва содрогнулся весь Лондон. Три с половиной сотни тонн металла разрушили гигантское здание, словно игрушечный домик.
Глава 13
В сопровождении инспектора Берроу Холмен был доставлен в Мидлсекскую больницу, где находилась Кейси. Министр внутренних дел считал Холмена самым ценным человеком в стране: ведь пока что он единственный, кто исцелился от таинственной болезни — последствия тумана. Необходимы анализы и исследования, чтобы выяснить причину выздоровления и узнать, выработался ли у Холмена иммунитет. Кейси тоже была необходима: ведь остальные жертвы тумана остались в Борнмуте, но скоро тела утопленников доставят в Лондон, и вскрытие покажет, что подействовало на их мозг. Те, кого удалось спасти, тоже поступят под наблюдение врачей. Но пока что Джон Холмен и Кейси Симмонс — самые важные люди в стране.
Из больницы их повезли в министерство здравоохранения. Джон сидел рядом с Кейси и обеими руками сжимал ее руку, Девушке только что дали успокоительное, и Холмена тревожила ее бледность. Он посмотрел на часы: 9.45. Боже, как он устал! Джон и подумать не мог, что еще так рано. Ему казалось, что сейчас должно быть двенадцать часов, а то и больше. Люди спешили на работу; их день только начинался. Они только что услышали о трагедии в Борнмуте. Какой ужас! Удастся ли избежать паники? Естественно, что властям придется как-то объяснить случившееся. Кого же обвинят на этот раз? Правительство? Русских? Китайцев? Или для разнообразия придумают что-нибудь поновее? Да и осталась ли в мире хотя бы одна дружественная страна? Даже Америка настроена враждебно в последнее время.
Чем оправдается правительство? Экологическая катастрофа? Но подействует ли это? Джон Холмен лучше всех знал, каких масштабов может достичь экологическое бедствие, но никогда число его жертв не будет столь велико, как сейчас в Борнмуте. Да и вешать людям лапшу на уши становится все труднее. Они слушают радио, смотрят телевизор, читают газеты, благодаря чему имеют представление, хотя и смутное, о таких вещах, о которых всего несколько лет назад никто и не слышал, а если бы и услышал, то не поверил. Подозрение сразу же падет на какую-нибудь химическую лабораторию. Джон был уверен, что средства массовой информации поддержат эту версию.