Туман
Шрифт:
В глубине тоннеля Холмен заметил яркий свет и зажмурился. Длинный подземный переход был заполнен туманом, правда, не таким густым, как наверху. Глаза Джона быстро привыкли к свету, хотя вряд ли это был дневной свет, ведь до выхода из тоннеля нужно было проехать почти четверть мили и сделать несколько поворотов. Конечно, дневной свет не мог сюда проникнуть. Вероятно, навстречу Холмену едет машина с включенными фарами. Джон серьезно задумался. Он был сыт по горло неприятными встречами. Наконец Холмен осторожно пошел вперед.
Свет становился все ярче. Его желтоватый оттенок напомнил Джону сияние, которое он видел в уинчестерском соборе. Его
Холмен сразу же понял, что нашел микоплазму. Так вот, оказывается, почему вертолеты не смогли обнаружить ее: микоплазма нырнула в тоннель, как будто вспомнив о своем многолетнем заточении. Возможно ли это? Неужели мутант стремится в убежище, словно зверь в берлогу? Смешно даже предположить такое! Но ведь Холмен нашел микоплазму именно в соборе, и ей уже во второй раз удавалось скрыться. Возможно ли, что она случайно попала в храм, а затем в тоннель?
На несколько минут Джон прислонился к стене, созерцая таинственное сияние. Вдруг он почувствовал, что микоплазма невольно притягивает и манит его к себе, что ему не терпится погрузиться в это сияние. Холмен поспешил отвернуться. Чары сразу же рассеялись. Он понял, что никакой иммунитет не спасет его от опасности. Джон бросился к машине; мысли беспорядочно копошились у него в Голове.
Холмен сел в автомобиль, завел двигатель и дал задний ход. Вдруг он увидел какую-то фигуру, едва заметную в тумане. Джон подъехал поближе, присмотрелся повнимательнее. Оказалось, что это его бывший попутчик, сжимающий в руках отпиленную голову жены.
Глава 21
Стараясь не попасться на глаза слоняющимся по улицам психам, Холмен притаился в темном магазине. Однако Джон устроился так, чтобы ему была видна лежащая на дороге перевернутая машина. Туман значительно рассеялся, хотя его густые клочья появлялись то здесь, то там, окрашивая воздух в желтый цвет. Холмен воспользовался оставленной без присмотра машиной, чтобы поскорее добраться до рации. Для выполнения задания ему нужна помощь из штаба и кое-какое оборудование.
Джон ехал медленно, но прибавлял скорость всякий раз, когда замечал сумасшедших, бродящих по городу в одиночку или толпами. Дважды Холмену пришлось свернуть на тротуар, чтобы избежать столкновения с несущимися автомобилями. Потом он был вынужден задавить бешеную собаку, бросавшуюся на людей. Джон твердо решил не вмешиваться в царящий вокруг хаос, да и собаку задавил только потому, что та оказалась у него на пути. Ему бы и в голову не пришло гоняться за ней. Холмен мысленно оградил себя от происходящего вокруг. Он знал, что это один из способов самозащиты. Одним из полезных, а может, вредных качеств Джона было то, что он умел сохранять спокойствие в самой критической ситуации, с головой окунаясь в работу или углубляясь в размышления. При этом нельзя было назвать Холмена бессердечным, потому что, когда опасность оставалась позади, эмоции обрушивались на него неудержимым потоком.
Жалость, которую Джон испытывал к этим несчастным, уступала место другому чувству, весьма похожему на страх. Просто удивительно, с каким отвращением смотрит нормальный человек на своих ближних, одержимых безумием. Быть может, в этом виноват страх? Холмен сам чувствовал себя не лучшим образом во время болезни Кейси. Ему хотелось поскорее отделаться
Но Джон все-таки не сумел полностью отгородиться от происходящего: он не мог не замечать бродивших без присмотра, погруженных в транс детей, одетых в пижамы и ночные рубашки. Холмен был потрясен. Он хотел помочь малышам, избавить их от опасности, оградить от страданий, а для этого он должен выполнить данное ему поручение.
Идея Холмена была проста: микоплазма много лет была под землей, хранилась в прочном контейнере. Сейчас она забилась в тоннель, который легко может стать ловушкой. Для этого нужно лишь закупорить тоннель с обеих сторон. Джон вернулся к опрокинутой спецмашине и с радостью убедился, что ее никто не тронул. Рация работала исправно, через каждые десять минут голос из динамика вызывал на связь Мейсона или Холмена. Джон воспользовался рацией и сообщил в штаб о своих планах. На базе были рады услышать Холмена и быстро принялись за дело. Джон просил как можно скорее прислать побольше сильной взрывчатки, специалиста-подрывника, так как сам плохо разбирался в этом. Джон передал в штаб свои точные координаты: он находится на Ист-Индиа-Докроуд, неподалеку от Хейл-стрит.
Холмену велели сидеть на месте и ждать, не ввязываться ни в какие истории и стрелять без колебания, если на него нападут.
Джон мрачно улыбнулся. Теперь необходимость убивать не вызывала у него раскаяния. В этих психах не осталось ничего человеческого, а их агрессивность исключала всякую мысль о жалости. Холмен вспомнил безумца, отпилившего голову жене. Выезжая из тоннеля, Джон сильно задел этого психа машиной. Холмен знал, что поступил чересчур жестоко, ведь бедняга свихнулся и не мог отвечать за свои поступки. Джон был уверен, что прикончил сумасброда, но не раскаивался в этом. Возможно, потом, когда будет время все обдумать, Холмен почувствует жалость, а сейчас не время распускать нюни. Нужно побыстрее выполнить задание и покончить со всеми страхами, а для этого нельзя напрасно рисковать собой. Холмену невольно приходилось быть жестоким.
Через два часа из тумана появилась машина и затормозила у опрокинутого автомобиля. Джон вышел из-за прилавка, где он прятался среди заваленных сладостями полок. Отперев закрытую на замок дверь, Холмен вышел на улицу. Когда Джон обнаружил магазин, дверь была распахнута настежь. Видимо, хозяин второпях забыл запереть ее. Холмен подошел к автомобилю. Дверца начала открываться, и из машины вылез некто с ружьем. Обычное ружье, если не считать того, что длина курка была не менее трех дюймов. На незнакомце был защитный шлем с темным узким окошком. Холмен подошел поближе, поднял руку в знак приветствия и тут же оказался под прицелом. Пальцы в неуклюжей перчатке легли на длинный курок, и металлический голос произнес:
— Стоять!!!
— Все в порядке. Это я, Холмен, — устало сказал Джон, но все-таки остановился.
Из машины вылезла еще одна фигура в сером костюме.
— Да, капитан, это Холмен. Уберите оружие.
— Простите, сэр, — извинился капитан. — Нервы у меня ни к черту после всего, что я видел по пути сюда.
— Ничего страшного, — ответил Холмен. — Я знаю, что вы имеете в виду.
Когда капитан и его спутник приблизились к Джону, знакомый, но искаженный приделанным к шлему микрофоном голос проговорил: