Туннели
Шрифт:
— Он ненормальный. И я, наверно, тоже. Что мне вообще тут понадобилось? — бормотал Честер себе под нос. — Сидел бы сейчас дома, в тепле, играл на приставке… — Он поглядел на свою одежду, испачканную в земле. — Не, точно ненормальный.
День доктора Берроуза начался как обычно. После обеда он развалился в стоматологическом кресле с газетой на коленях, готовясь, по своему обыкновению, задремать. Но тут входная дверь распахнулась, и в музей, стуча каблуками, вошел отставной майор Джо Каррузерс. Проведя рекогносцировку,
— Не спать на посту, Берроуз!
Гость не без удовольствия поглядел на доктора, машинально выпрямившегося. Джо Каррузерс, ветеран Второй мировой, сохранил и военную выправку, и командный тон. Доктор Берроуз про себя называл его Ананасным Джо за нос, удивительно напоминавший этот фрукт. Необычная форма и потрясающий красный оттенок носа, по всей видимости, были следствием ранения или, как предполагал доктор Берроуз, чрезмерного употребления джина. Майор Каррузерс был необычайно энергичен для своих семидесяти лет. Меньше всего доктору Берроузу хотелось сейчас видеть и слышать этого человека.
— Подъем, Берроуз. Мне надо, чтобы вы пошли со мной кое на что взглянуть. У вас же нет никаких дел, насколько я вижу.
— Простите, мистер Каррузерс, я не могу оставить музей без присмотра. Я же все-таки на дежурстве, — медленно ответил доктор, мысленно прощаясь с надеждой поспать.
Джо Каррузерс прокричал в ответ от дверей:
— Слушайте, дружище, дело-то особое. Нужно ваше мнение. Моя дочка с мужем — она недавно замуж вышла — купили дом в двух шагах от Центральной улицы. Так они затеяли ремонт на кухне и нашли кое-что… кое-что странное.
— Странное? — спросил доктор. Он все еще сердился на майора за вторжение.
— Странную дыру в полу.
— Так это забота строителей. Или нет?
— В том-то и дело, дружище. В том-то и дело.
— И что же это за дыра? — доктору Берроузу стало любопытно.
— Это уж вы нам скажете, дружище, когда посмотрите своими глазами. Вы же у нас главный историк. Я сразу о вас подумал, как эту дыру увидел. «Уж доктор Берроуз точно знает, что это такое», — вот как я сказал Пенни.
Польщенный доктор Берроуз встал с кресла и деловито принялся застегивать пиджак. Он запер музей и бросился догонять Ананасного Джо.
После марш-броска по Центральной улице они завернули на улицу Джекила. Ананасный Джо молчал, пока они не вышли на площадь Мартино.
— Проклятые собаки! Бегают всюду без присмотра! — проворчал он, покосившись на газеты, разбросанные по дороге в отдалении. — На цепи их держать надо.
Они подошли к дому. Площадь застраивали по единому плану, и дом № 23 ничем не отличался от других — кирпичный, с характерными георгианскими чертами. Позади угадывалась узкая полоска садика. Несмотря на тесную застройку, площадь Мартино доктору Берроузу нравилась, и он порадовался возможности побывать в одном из этих уютных домиков.
Ананасный Джо постучал в дверь — традиционную георгианскую, с четырьмя филенками. Доктор Берроуз вздрагивал с каждым
— Здравствуй, папа. Так ты уговорил его прийти, — она с довольной улыбкой повернулась к доктору Берроузу. — Проходите, пожалуйста, на кухню, я поставлю чайник. Извините за беспорядок, — сказала она, закрывая за гостями дверь.
Доктор Берроуз следом за Ананасным Джо вошел в неосвещенный коридор. Пол был застелен брезентом — со стен начали снимать обои.
На кухне дочь Ананасного Джо обратилась к доктору:
— Простите, я забыла представиться. Меня зовут Пенни Хэнсон, — она с гордостью подчеркнула новую фамилию. — Кажется, мы с вами знакомы.
Доктор Берроуз был явно озадачен таким предположением, и после минуты неловкого молчания Пенни, покраснев, забормотала про чай. Доктор, не заметив ее смущения, принялся осматривать комнату. Со стен счистили старую штукатурку и начали класть новую; в углу красовались новая мойка и кухонный шкафчик.
— Мы решили разобрать каминную трубу, чтобы сделать там стойку, — Пенни указала на неоштукатуренную стену, в которой зияла дыра. — Архитектор сказал, что нужно только укрепить потолок. — Доктор Берроуз посмотрел на блестящую металлическую балку. — Но когда строители ломали старую кладку, вся стенка вдруг провалилась, и там оказалось вот это. Я связалась с архитектором, но он мне пока не перезвонил.
Там, где раньше была задняя стенка камина, лежала куча потемневших от сажи кирпичей. За ней оказалась глубокая ниша наподобие тайника, что встречаются в старых замках.
— Это необычно. Второй дымоход? — спросил себя доктор Берроуз и тут же отрицательно покачал головой. — Нет, нет, нет… — Он подошел поближе и заглянул внутрь. В полу ниши темнело отверстие размером примерно полметра на метр.
Перешагнув через кирпичи на полу, доктор склонился над отверстием.
— У вас есть фонарик? — спросил он. Пенни принесла. Доктор Берроуз посветил вниз. — Облицовано кирпичом. Пожалуй, начало девятнадцатого века, — забормотал он. Ананасный Джо с дочерью смотрели на него во все глаза. — Вот только что это? — задумчиво проговорил доктор. Самое странное, что сколько он ни вглядывался в отверстие, дна видно не было. — Вы измеряли, глубоко ли там? — спросил он у Пенни.
— А чем? — невинно спросила она в ответ.
— Можно? — доктор взял из кучи у разобранного камина половинку кирпича. Хозяйка кивнула, и он вернулся в нишу.
— А теперь слушайте, — доктор бросил кирпич вниз. Было слышно, как он ударяется о стенки. Звуки становились все тише, и скоро доктор Берроуз, склонившийся над отверстием, мог различить только слабое эхо.
— Он… — начала Пенни.
— Тс-с-с! — оборвал ее доктор и поднял руку. Пенни даже вздрогнула от неожиданности. Через некоторое время он повернулся к Ананасному Джо и молодой женщине. Лицо его было хмурым. — Я не слышал, как он упал на дно, но по стенам он стучал целую вечность. Неужели… там настолько глубоко?