Турнир
Шрифт:
– Вернуться, подобрать, хорошенько припрятать до лучших времен, – рассудила Шира.
– А если пакаль самый ценный – зеркальный? – Я вписал в задачу новое, усложняющее ее условие.
– Прикомандировать к артефакту человека или двух. Тех, что станут приглядывать за ним и перепрятывать по мере необходимости, – логично рассудила Крамер.
– И которые должны регулярно, по два-три раза в день проверять, не исчез ли барьер, – добавил Бледный. – И так же регулярно пересекать его для сеансов связи с Центром. Из чего следует, что квестеры с пакалем не удаляются в глубь зоны, а пасутся рядом с ее границей.
– Их
– Центр изучения катастроф нанимает в квестеры только опытных, хорошо подготовленных бойцов, – подтвердил шейх. – И пилоты на него работают тоже самые лучшие. Такие, которые могут летать в каньонах даже ночью и при сильном ветре.
– Но этот проход ЦИКа сегодня рассекречен, – напомнила Шира.
– Да и пускай, – отмахнулся я. – Квестеры неслучайно выбрали для вторжения данный сектор периметра. Взгляните, сколько тут еще подобных каньонов. Дюжина как минимум! Дюжина альтернативных маршрутов, где можно обмануть военных подобным эффектным фокусом еще не раз и не два.
– После того случая военные могут посадить в каждом ущелье по ракетчику со «стингером» и пулеметчику, – предположил Крупье.
– Чтобы перекрыть круглосуточным огневым заслоном такой широкий сектор, понадобится около шестидесяти-семидесяти человек, – быстро прикинул я в уме. – А у военных и так людей наперечет. Да и к чему столь суровые меры, когда речь идет о прорыве гражданского, а не боевого вертолета? Причем доподлинно неизвестно, повторится прорыв или нет. Ответь, капитан, что проще: перенаправить в этот район два дополнительных взвода, которые всегда могут потребоваться на более горячем участке периметра, или, заметив неопознанный вертолет, сообщить о нем в местную полицию, и пусть уже она перехватывает его своими силами?
– Ваша правда, полковник, – не стал спорить Крупье. – Наверняка те квестеры прячутся в одном из этих каньонов, чтобы в случае исчезновения барьера ЦИК мог сразу же эвакуировать их вместе с пакалем… Но как мы их отыщем? Да нам потребуется пара суток, чтобы только одно ущелье прочесать, а ведь их там целая дюжина!
– Зачем прочесывать! А ты у нас в группе на кой черт нужен? – усмехнулся я, похлопав электронщика по плечу. – Или ты настолько привык к отсутствию беспроводной связи, что вконец утратил свою легендарную электронно-охотничью хватку?
– Пелядь и простипома! – Осененный Крупье хлопнул себя ладонью по лбу. – Вот я осел! Это же граница зоны! А значит, там будет полноценная связь, что в корне меняет дело! Но, чтобы вычислить точное место, откуда квестер ведет передачу, мне придется подключаться к спутнику ЦИКа и взламывать его защиту, а это тоже работа не на один час. Кирсанов, конечно, у нас не Господь Бог, но программисты у него в команде ничуть не хуже, чем в Интерполе.
– А кто тут недавно хвастался, что он ломает брандмауэр Интерпола быстрее, чем выпивает чашку кофе? – заметил с укоризной Бледный.
– Ну допустим, все на самом деле происходит не так
– Да, не лучшая стратегия, – согласился я. Потом еще раз внимательно взглянул на карту и продолжил: – Поступим иначе и гораздо проще: не мы пойдем разыскивать квестеров, а они сами прибегут в нужное нам место. Для чего нам уже не понадобится перехватывать никакие спутники. Крупье, что тебе известно о полевых станциях связи, которыми сегодня пользуются американские вояки?
– Намного больше, чем о спутниках ЦИКа, если я правильно понимаю, к чему вы клоните. Вдобавок раньше я имел с ними дело и пробовал на вкус их начинку.
– Что ж, это я и хотел от тебя услышать! Значит, с этого бока мы и станем рыть наш подкоп.
– Но чего мы этим добьемся, полковник? – нахмурился Крупье. – Если квестеры до сих пор не пойманы, значит, у американцев нет о них никакой информации. Если же пойманы, то информация о них будет для нас бесполезна. Так или иначе, но рытье такого подкопа окажется глупой тратой времени и сил.
– Сомневаюсь, что квестеры пойманы, – помотал головой Бледный. – Во-первых, они профессионалы. Если они схоронятся в глуши, то уже не позволят себя так легко обнаружить. И, во-вторых, они прячутся на территории зоны. А армия, чтобы лишний раз не баламутить аборигенов, сунется туда лишь в одном случае: когда будет полностью уверена, что в ее сеть попадется крупная рыба. Иначе вояки и палец о палец не ударят. Разве им охота отдуваться перед Вашингтоном за то, что из-за их провалившейся операции в зоне случилась новая вспышка насилия?
– В самую точку, майор! Именно к этому я и веду, – отметил я. – У нас есть два потенциальных противника, которые не ищут друг с другом встречи. Но мы устроим им такое свидание, а потом используем их драку с выгодой для себя.
– Есть мысли, как мы это сделаем, босс? – осведомился Бледный.
– Разыграем второй имеющийся у нас американский козырь. Все равно от Фуллера придется как-то избавляться. Так почему бы не сделать это с максимальной пользой и для нас, и для него?..
Глава 4
– Я признателен вам, сэр, за то, что вы снова мне помогаете, – обрадовался Эндрю, когда на следующее утро мы сообщили ему, что намерены сопроводить его к границе зоны. – Это очень великодушно с вашей стороны. Вот только не сильно ли вы при этом рискуете? Честно скажу: вряд ли мои братья оценят по достоинству ваш благородный поступок. Они обязательно задержат вас, если вы приблизитесь к периметру.
– Значит, мы не будем к нему приближаться, – ответил я. – Однако не думай, что мы помогаем тебе совершенно бескорыстно. Когда вернешься к своим, ты тоже можешь кое-что для нас сделать.