Турнир
Шрифт:
Пока моррон стоял над телом погибшего собрата, его душу целиком заполняло это странное, необъяснимое логикой ощущение, а в голове зародилось и крепло осознание того, что Дитрих Гангрубер безвозвратно канул в Лету, что ему уже больше не ходить на лихой разбой и не вкушать сладких плодов вольной жизни в лесах. Разбойник в нем умер, но возродился легионер, один из многих бесстрашных, а иногда даже бессмертных солдат Одиннадцатого Легиона.
– Мы опоздали, – с неподдельной печалью произнес склонившийся над бездыханным телом товарища Гентар. – Прости, Фанорий, и прощай! Будем надеяться, до встречи… пусть и нескорой!
– Он воскреснет? –
Аламезу сразу стало все ясно, как только он увидел рану на груди старика, маленькое, аккуратненькое отверстие от укола – след принесшего ему смерть клинка, легко добравшегося до самого сердца. Бывалый солдат тут же определил, что Фанорий долго не мучился, а умер еще до того, как его спина коснулась пола.
– Кто знает, – пожал плечами некромант и, не видя смысла долее сидеть возле трупа, поднялся в полный рост. – Шанс всегда есть, но насколько он велик? – Маг забавно затряс козлиной бородкой и вновь втянул голову в поднявшиеся чуть ли не до ушей плечи. – Не будем печалиться, а надеяться на лучший исход нам никто не запретит! В конце концов, Фортуна была всегда благосклонна к эльфийскому старику… Ладно, время дорого! Пойду порасспрошу народец. Может, кто что видел…
– А смысл? – изрек Дарк, обводя беглым взором разгромленный зал. – Тебе все равно никто ничего не скажет.
Трапезная «Рева Вепря», посреди которой стояли морроны, напоминала поле только что отгремевшего сражения, в принципе, она им недавно и являлась. Каким-то чудом уцелевшие в драке столы, скамейки и табуреты поспешно расставлялись по местам перепуганной насмерть прислугой. Полдюжины полотеров, зажав ладонями рты и носы, усердно оттирали пол от пятен просочившейся в доски крови. Их уже не тошнило, похоже, полнейшее опорожнение желудков произошло еще до того, как слуги приступили к работе. Еще несколько столь же бледных слуг собирали в огромную кучу обломки мебели, куски разорванных скатертей и все, что осталось от битой посуды. Троице несчастных, которые наверняка были у хозяина на плохом счету, досталась самая неблагодарная работа. Они перетаскивали мертвые тела, а также их отдельные фрагменты на расстеленный в дальнем углу зала кусок мешковины.
У входа в зал было еще многолюдней. Там толпились охранники, судя по их виду, некоторые побывали в бою, и бряцала блестящими доспехами как всегда опоздавшая на потеху стража. Командир отряда, чересчур большого для обычного патруля, о чем-то шептался с пребывавшим в весьма расстроенных чувствах хозяином. Слов явно напряженного и неприятного разговора Аламез расслышать не мог, но его общий смысл был и без того ясен. Офицер благородных кровей и почтенный содержатель ресторации выясняли, кто более виноват в произошедшей трагедии: ленивая стража или неспособная обеспечить порядок охрана…
– Это еще почему? – удивился Мартин, явно не привыкший, что на его вопросы не отвечают.
– Да потому, что одни ничего не видели, а другим хозяин запретил говорить, – пояснил Аламез, одновременно отгоняя слуг из похоронной команды, собиравшихся оттащить в общую кучу тело Фанория. – Стража нагрянула, когда все уже было закончено. Они и в зал-то ворвались, когда мы спускались по лестнице. Ну, а прислуга с охранниками, те из них, кто хоть что-то видел, будут молчать даже под пытками, и рот раскроют только по приказу хозяина,
– Нет, не применю, – покачал головою маг, – я этому толстяку Гарвону и без того слишком многое внушил, чтобы он нас у себя принял. Чары на чары плохо ложатся…
– Понимаю, это примерно как скисшее вино на перебродившее пиво, сомнительное удовольствие от процесса, но с ног сшибающий результат! – попытался разрядить гнетущую атмосферу Дарк и частично добился успеха, по лицу мага пробежала тень улыбки.
– Ну, не совсем так, но, в общем и целом, очень похоже… – кивнул Гентар, более не вдаваясь в подробности. – Давай-ка лучше подумаем, что делать теперь?
– А что тут голову-то ломать, все и так ясно, – быстро ответил Дарк, уже придумавший некое расплывчатое подобие плана. – Заботиться о мертвых и о живых будем! Фанория похоронить проще, но Марка с подругой твоей найти важнее, так что с поиска живых и предлагаю начать!
– Мне бы твою уверенность, – скептически хмыкнул Мартин. – С чего ты решил, что Милена с Марком еще живы?! Мы не знаем, ни сколько было нападавших, ни по чью душу они пришли, мы вообще ничего не знаем!
– А ты вон туда посмотри! – Дарк показал пальцем на разложенные на мешковине трупы. – Их тел там нет, а значит, они еще живы. В худшем случае, их забрали с собой нападавшие, но явно не для того, чтобы перерезать глотки в ближайшей подворотне… убить куда проще было бы здесь. Так что пока еще они живы и будут пребывать в здравии, по крайней мере, некоторое время. Беда лишь в том, что мы не знаем, кто их похитил и зачем, что у них хотят выпытать?
– Думаю, нам не следует, принимать всерьез этот вариант развития событий, – уверенно заявил некромант. – Поверь, Милена не знает никаких тайн, ради которых ее стоило бы похищать, а твой дружок… – Гентар замялся, стараясь подобрать выражения помягче, – …он забавное, милое существо, представитель почти вымершего вида. Да, он обладает кое-какими способностями, но они у него врожденные. Он сам не осознает, как он что делает; он хочет превратиться в предмет, и он в него превращается. Перенять такие способности просто нельзя, магического зелья из крови паренька не сварить, а из его костей чудесного порошка не приготовить! Это так же абсурдно, как заставить гивра что-то сделать против его воли. Ни шантаж, ни угрозы расправы тут не помогут!
– Кого? – переспросил Дарк, впервые услышав слово «гивр».
– Мда-а-а, – протянул Гентар, глядя на Аламеза, как мудрый ученый муж взирает на тугодума-школяра. – Завидное безразличие к ближнему! Ты почти три года общался с существом, обладающим особыми способностями, и даже не удосужился узнать, к какому виду твой товарищ по разбою принадлежит.
– Меня это не волновало, – не покривил душой Дарк, – как и его не беспокоило, кто я: человек или кто-то еще…
– Не будем вдаваться в подробности и отвлекаться от темы. Поверь мне на слово, ни Марка, ни Милену незачем было похищать, твой «худший случай», к счастью, отпадает. Переходим к более оптимистичным предположениям!
– Я бы все же не был столь уверен и не сбрасывал бы похищение со счетов, по крайней мере, до тех пор, пока мы не знаем причину нападения, – возразил Дарк. – Но в одном ты прав! Надо надеяться на лучшее, да и поиски проще начинать с оптимистичного варианта. Допустим, парочка покинуло место схватки, например, по приказу Фанория.