Твари
Шрифт:
МАТЬ
У тебя на Митрича водки то хватит?! Он ещё вчера тёрся, про соревнования спрашивал. Небось, сидит уже на лавке, встречает!
12.Экстерьер. Интерьер. Вечер. Проселочная дорога. Газель
Машина медленно поднимается по склону холма. Навстречу выскакивает чёрная иномарка с тонированными стёклами и, поднимая клубы пыли, пролетает мимо. Отец крутит ручку, закрывая боковое окно.
ОТЕЦ
Вот шальные! Чего носятся? Неужели охота лишний раз машину мыть и подвеску перебирать.
МАТЬ
Кто это? Неужели Зойкина хахаль
ОТЕЦ
Или Зойка хахаля!
Смеясь, они вырываются из облака пыли на вершину холма. Отец бьет по тормозам и выбегает на край склона, поросшего тёрном. Внизу в посёлке что-то горит. Чёрный дым гуляет в порывах ветра, накрывая застрявшее у горизонта кровавое солнце. Мать хватает отца за плечо.
МАТЬ
Боже мой, Вова, это ж у нас!
13.Экстерьер. Вечер. Участок возле дома. Теплицы
Митрич выливает ведро воды на пылающую шину в середине разбитого парника и, вытерев рукавом разбитое в кровь лицо, бежит к бочке на углу дома. Огонь скручивает листья на ветках с помидорами и огурцами. Соседний парник тоже в двух местах фыркает огнём. Митрич набирает ведра и кидается к нему, расплёскивая воду на старые кирзовые сапоги. Газель влетает в распахнутые ворота. Мать с отцом бросаются к старику.
ОТЕЦ
Что случилось? Кто тебя так? Ну, говори?
МИТРИЧ
Да чёрные, налетели как грачи, да все с палками! Я на лавочке вашей сидел, а тут иномарка с тонированными стёклами, бандитская такая! И главное слова не успел сказать, как один мне по мордасам хрясь! Ну я за лавку то и завалился! Пока встал, они уже всё крушат, резину твою подожгли. Я им: «Что ж вы делаете, ироды..?» Тут другой уже ногой меня пнул, и говорит: «Передай лётчику привет от Алика!»
Отец открывает ворота гаража и заводит Уаз Патриот. Мать бросается к нему.
МАТЬ
Не надо, Володь! Давай в полицию позвоним! Их быстро поймают!
ОТЕЦ
Звони! И старика перевяжи! Больше ничего не трогайте! Тушить тут уже бестолку!
Он наступает на педаль газа, и машина, прыгая по кочкам, несётся по полю, в сторону соседнего холма.
14.Экстерьер. Интерьер. Вечер. Проселочная дорога. Иномарка
Заводной восточный мотив, дым конопли и громкий гогот вырываются из открытых окон иномарки. Быстро приближаются тополя прикрывающие шоссе. Алик на переднем сидении, затянувшись, передаёт косяк водителю и отчаянно барабанит по торпеде в такт музыке. Через секунду в его дверь влетает УАЗ, и всё в машине встает с ног на голову. Однако, крутанувшийся пару раз, она снова оказывается на колёса. Отец вылезает из дымящегося джипа с монтировкой наперевес. Из иномарки вываливаются двое, в руке одного бита, другой сжимает нож. Водитель пытается открыть заклинившую дверь, Алик не двигается, уткнувшись залитым кровью лбом в стекло.
БАНДИТ С БИТОЙ
Ты что творишь, лётчик! Мало тебе парников, хочешь, чтобы мы и тебя поломали!
БАНДИТ С НОЖОМ
Алик! Алик! Я его за брата на ремни порежу!
Отец отбивает биту и, крутанувшись, бьёт локтем в нос первому нападающему. Ногой он выбивает нож у второго и достаёт его монтировкой по голове. Вдруг, с капота на него прыгает водитель. Он зажимает отцу шею битой и начинает душить. Оба падают и катаются по дороге. Вскоре, отец всё
ОТЕЦ
Ну что, мальчики, умылись кровушкой? Дальше ещё веселее будет!
Первый начинает здоровяк, что-то хрустит у него на лице, и он с криком отлетает в сторону. Отец отбивает свою же монтировку в руке следующего, но его бита разлетается пополам, тогда он, не дожидаясь нового удара, идёт на соперника головой. Старый милицейский приём срабатывает, и бандит оседает, держась за лицо. Отец уворачивается от третьего, но рука с ножом проскакивает и вспарывает куртку с левого бока. Он, стиснув зубы, сильно бьёт раскрытой ладонью в шею нападающему. Тот, отпустив нож, падает, захлюпав горлом. Раздаётся выстрел, пуля пробивает куртку на спине отца, вторая попадает левее, в область сердца. Алик стреляет через разбитое окно иномарки. Здоровяк и водитель с трудом поднимаются с земли.
АЛИК
Забирайте брата и быстро в машину! Валим отсюда!
Отец заваливается на бок. Битая, перекошенная иномарка быстро удаляется в сторону трассы, визжа трущейся о железо резиной.
15.Интерьер. Экстерьер. Сумерки. Машина тренера. Дорога от трассы
Тимоха хлопает пустой пакет из-под чипсов над ухом у Сергея. Они, смеясь, возятся на заднем сидении легковушки. Тренер сворачивает с трассы. Машина плывёт в лёгкой дымке, стелющейся на уровне фар. Небо пылает багровым закатом.
ТРЕНЕР
Что-то случилось, авария…
Впереди, среди темных силуэтов людей работают мигалки и горят фары машин. Метрах в десяти от крайнего автомобиля их останавливает патрульный.
ТРЕНЕР
Что случилось командир?
ПАТРУЛЬНЫЙ
Да мужика местного застрелили. "Патриот" его битый рядом, похоже на разборки из-за аварии. Вы аккуратно справа по траве можете объехать. Тело прямо на дороге, а эксперты ещё не подъехали.
Ребята замечают Митрича. Сергей выскакивает из машины. Старик пробирается сквозь людей, в руках его бутылка воды. Сергей следует за ним, навстречу свету фар.
ГОЛОСА В ЛЮДЕЙ
Все теплицы разломали и подожгли…, он за ними и погнался…, жену не могут успокоить…. сын у него…
Движения старика становятся все медленней, бутылка в руке просвечивается, искрят пузырьками. Сергей с трудом, словно во сне, дотягивается до его плеча. Митрич, поворачивает разбитое лицо, смотря невидящим взглядом. Вдруг его глаза оживают.
МИТРИЧ
Сергейка, сынок, ты это…, не ходи туда…, не надо милый…
Но Сергей уже видит сгорбленную фигурку матери с распущенными волосами, которую поддерживает женщина в медицинском халате и, горящее белым, пятно простыни у её ног. Он делает несколько шагов, не сводя взгляда с разбитых командирских часов и татуировкой ВДВ на неприкрытой руке. Рядом лежит окровавленный нож. Мать замечает сына, и слезы начинают заливать её красные глаза. Сергей не сводит глаз с ножа. Он хватает его и бежит, не разбирая дороги прочь, выбивая у Митрича бутылку воды и цепляя Тимофея. Тот бросается за другом. У матери подкашиваются ноги.