Творец
Шрифт:
На небе ни облачка. Только лес, к которому вела дорога, меня несколько смутил. Я помню, что пришел из какого-то чудесного и таинственного леса. Но мы ехали к самой обычной лиственной рощице, я видел привычные липы, клены и даже осинки.
Разве что берез не было, а может, я просто не разглядел. Толком не успел подумать о странностях местной флоры, как мы уже въехали в лес. Я увидел довольно широкие тропы, расходящиеся в разные стороны, и услышал звонкий и многоголосый собачий лай.
– Выследили, – удовлетворенно заметил Кетон.
– А на кого охотимся-то? –
– На единорога.
– На кого? – Я чуть не упал с лошади. Всегда считал, что единороги священные создания… но чтобы на них охотились?
Эту фразу я невольно произнес вслух.
– Странно, – отозвался Кетон, – у нас единорог, будет позволено мне сказать, не священное животное. Вот если бы вы попробовали поохотиться на грифона или пегаса, то это сочли бы святотатством.
Тем временем мы выехали на небольшую поляну. По ее краям бесновались псы, а в центре метался единорог. Традиционно единорогов представляют в виде прекрасных белоснежных жеребцов с золотистыми хвостами и гривами. Ну или в крайнем случае как кобыл. Тоже белоснежных. И во лбу непременно должен блистать золоченый рог.
На такое величественное существо и впрямь охотиться никто не рискнет. А передо мной на поляне перебирал тонкими ногами олень-переросток. С лошадьми он точно не состоял даже в отдаленном родстве. Мне показалось, что я видел желтые пятнышки на светло-коричневой шкурке. Вместо обычных рожек на лбу у него торчало нечто спирально закрученное. Такую завитушку и рогом-то грех называть.
Я повернулся к Кетону. Тот завороженно смотрел на единорога, сжимая в руках арбалет. Я бросил взгляд на своих сопровождающих. Что у эльфийек, что у людей Айвона и Редда, глаза горели азартом охоты.
– Стреляйте, Повелитель, – прошептал Кетон.
Ага, допрыгался Андрюха. Сейчас буду Бемби убивать. Нашли, блин, добычу. На него ж без слез не взглянешь. Неужели они всерьез собираются убивать детеныша оленя?
Поделиться мыслями на этот счет со спутниками мне помешал резкий удар в плечо. В следующий миг я почувствовал тепло в рукаве, и плечо пронзила острая боль. Я вскрикнул и схватился за него. Рука скользнула по чему-то твердому. Не глядя, я провел ладонью до самого кончика оперения и только после этого повернул голову.
Так и есть, из моего правого плеча торчит стрела. Пока я пребывал в прострации, раздался свист, я ощутил толчок и услышал женский вскрик. Повернув голову, я увидел лежащую на земле Эллину, в ее плече тоже торчала стрела… Меня тотчас окутала голубоватая сфера, и еще две стрелы растаяли, едва коснувшись ее.
Я не успел и глазом моргнуть, как меня стащили с лошади и окружили щитами. Защелкали арбалеты и луки. Засвистели стрелы. Что-то вдали взорвалось.
Боль накатывала волнами, и я почувствовал, что вот-вот потеряю сознание, но в следующий миг плеча коснулось что-то холодное и боль пропала.
Я облегченно вздохнул. Пелена перед глазами исчезла, и я смог наконец осмотреться. Стена щитов, окружавшая меня, распалась. Я сидел прислонившись к огромному дубу, и склонившийся надо мной Кетон с посеревшим лицом держал свою руку на моем
– Очнулся! – раздался радостный голос над ухом, и я, повернувшись, увидел Эллину, у которой тоже был испуганный вид. Плечо у нее было перевязано.
– Да жив я, – только и удалось мне пробормотать, после чего сознание оставило меня.
Глава 11
Девушка подтянула подпругу и еще раз проверила, на месте ли кинжалы. Ласково погладила гриву вороного коня. Жеребец тихо фыркнул и внимательно посмотрел на хозяйку темным глазом. Кера улыбнулась. Тайграх был ее любимцем. Пару лет назад чудо-конь достался ей, мягко говоря, не самым честным образом. Ну а по-простому – Кера просто украла Тайграха у законного хозяина. Впрочем, она об этом ни разу не пожалела.
В жеребце явно текла кровь настоящих эльфийских скакунов, пусть и весьма разбавленная. Однажды Нида сказала, что эльфийцем был прапрадед Тайграха. Кера никогда не задумывалась об этом и не собиралась проверять слова недоучки Ниды. Каких бы кровей он ни был, он стоил всех сокровищ мира. Такого не грех было и украсть. К тому же его бывший хозяин задолжал отцу Керы крупную сумму и возвращать долг не собирался.
Убедившись, что с конем все в порядке, Кера последний раз внимательно осмотрела собранные вещи. Разумеется, в путь отправлялись двое – королева и ее телохранительница. Никаких лишних людей. Керу это вполне устраивало: она не терпела, когда посторонние вмешивались в ее действия. И уж тем более не выносила, когда кто-то мелькал перед глазами ее госпожи. Кера вполне могла сама обеспечить для своей покровительницы комфорт и позаботиться о ее безопасности.
Когда Алатея появилась на пороге конюшни, последние приготовления были уже завершены. Кера поклонилась, приветствуя госпожу, вдруг вспомнив их первую встречу. Казалось, это было так давно, в прошлой жизни.
Тогда Кера еще называлась иным именем и жила совершенно другой жизнью, она не признавала над собой никакой власти, и мир казался ей огромной выгребной ямой.
Тот судьбоносный вечер застал четырнадцатилетнюю девчонку в темном проулке, в окружении семи взрослых мужчин. Все семеро отличались крепким телосложением и отсутствием каких-либо моральных принципов, к тому же они уже изрядно приняли на грудь в ближайшей таверне. Хищники, почуявшие запах жертвы…
Вечерний полумрак и численное превосходство подхлестывали их азарт, а тонкие лезвия клинков, блестящих в руках девчонки, лишь распаляли возбужденное воображение.
Ни один из них не стеснялся в выражениях. Обмениваясь похабными шуточками, они со смехом рассказывали девчушке, что ее ждет. Кера понимала, что обречена, но старалась скрыть страх. Противная слабость несколько раз уже подкатывала к ней, и она усилием воли отгоняла ее. Ничего, четверых она сможет достать… А остальные… что ж, она всегда успеет покончить с собой. Лучше это, чем оказаться опозоренной и валяющейся в сточной канаве.