Твоя до рассвета
Шрифт:
– На том свете ждут эту дрянь! – продолжала излучать ненависть девица. – Но ничего, ты еще получишь по заслугам. – Она резко развернулась на каблуках и ушла, оставив после себя едва уловимый шлейф терпких духов.
Дальнейшей путь обошелся без происшествий, правда спускаться по мраморным ступеням было затруднительно. Я то и дело невольно норовила исполнить зловещее предсказание проигравшей соперницы и переломать себе все кости, спикировав вниз. Служанки недовольно пыхтели, недоумевая, куда делось изящество молодой леди, я же чувствовала себя пьяным матросом в балетной пачке.
Лестница
Я хлопала ресницами, пытаясь взять себя в руки. Инга, соберись. Тебя же замуж выдают, а ты молчишь.
Едва мы достигли алтаря, толстяк с чувством исполненного долга вручил мою руку молодому мужчине. Я с некоторой долей любопытства взглянула на жениха. Он, казалось, весь лучился от счастья, довольное лицо не желала покидать радостная ухмылка. Высокий лоб обрамляла шапка пшеничных волос, прикрывающих уши, а тонкий нос делал его весьма симпатичным. При других обстоятельствах, возможно, я бы и приняла от него приглашение на ужин, но вот замуж как-то так сразу не хотелось.
Старик в черной мантии тактично покашлял, привлекая к себе внимание. Музыка смолка.
– Мы собрались здесь, чтобы соединить две души… – начал бубнить заученную речь местный священнослужитель.
Дальше я не слушала, а лишь дико пучила глаза. Действие того пойла, которым меня потчевали, выветрилось, и я только сейчас в полной мере осознала дикость всего происходящего.
– Ваша светлость, граф Д’Аберон, согласны ли вы взять в жены леди Клементину де Сюгер?
Вопрос, обращенный к жениху, заставил резко вздрогнуть. Я встрепенулась, пытаясь вынырнуть из той глубокой ямы, куда спряталось мое сознание. Не хочу выходить за первого встречного мужика, каким бы красивым он ни был. Может, он храпит во сне? Надо познакомиться поближе, хоть на парочку свиданий сходить. А если котов не любит?
– А вы, леди де Сюгер, готовы взять в мужья графа Ноэля Д’Аберон? Подчиняться мужу, быть верной и преданной супругой?
Я подняла голову и встретилась взглядом с будущим мужем. Он ободряюще улыбнулся и приподнял брови, ожидая ответа.
– Ну же, дорогая, – еле слышно проговорил Ноэль.
Ощущение тягучего киселя в моей голове исчезло. Ум вновь прояснился, а сердце бешено застучало в груди, отдаваясь гулким ухом в ушах. Тук, тук. Дыхание сбилось, лоб и виски вспотели. Надо срочно что-то предпринять, еще секунда и лишусь свободы. Тук, тук. Я молча стояла, а песчинки времени неумолимо осыпались в пропасть безумного отчаянья. Волнение в часовне нарастало, гости удивленно перешептывались.
– Нет! – наконец решительно заявила я, заставив всех дружно ахнуть от неожиданности.
– Вы уверены, леди? – изумленно переспросил священник. Тяжелая книга в кожаном переплете
– Это шутка, дорогая?
Несостоявшийся муж выглядел расстроенным и весьма подавленным. Плечи опустились, а счастливая улыбка померкла. Ну, прости, милый человек, я не нарочно обидела. Мы сначала поговорим, найдем твою настоящую невесту, а потом женись сколько душе угодно. Только не на мне.
Я открыла рот, дабы сообщить, что говорила вполне серьезно, но вместо этого лишь глупо хихикнула.
– Прошу прощения, не расслышала вопрос. Конечно, я согласна!
Волосы на голове зашевелились от ужаса. Что за чертовщина тут происходит? Роковые слова сорвались из моих уст, прежде чем я осознала услышанное. Горло сковало спазмом, не позволяя мне опротестовать сказанное.
– Объявляю вас мужем и женой! Можете скрепить нерушимый союз поцелуем.
Ноэль сжал мои плечи и привлёк к себе. Короткое прикосновение неприятно обожгло. Захотелось стереть вкус его губ, но я не могла пошевелиться.
К нам подошла дама, удивительно похожая на Амвелию. Те же золотистые волосы, чуть подернутые сединой, только на вид она казалась гораздо старше.
– Ваша светлость, дозвольте перемолвиться несколькими словами с племянницей. Дать ей материнские наставления, – заявила она. – Пойдем, Клементина.
– Конечно, леди Кларес, она в полном вашем распоряжении, – кивнул мой уже законный супруг. – Пойду пока побеседую с гостями перед праздничным ужином.
Тетушка проводила новоиспечённого родственника тоскливым взглядом. Пока мы двигались по проходу, меня то и дело хватали за руки, поздравляли, целовали щеки, а я даже не могла закричать от острого страха, который безумным ураганом бушевал в душе. Лишь подрагивающие кончики пальцев выражали обжигающую злость на неведомого кукловода, сделавшего меня марионеткой в своей игре.
Я поежилась, на физическом уровне ощущая неприкрытую враждебность от незнакомой дамы. Леди Кларес затолкнула меня в ближайшую комнату и, захлопнув дверь, накинулась с упреками. Следом вбежала запыхавшаяся миссис Рейн. Пожилая служанка с жалостью посмотрела на меня, а затем перевела взгляд на свою госпожу, видимо ожидая от той распоряжений.
– Ты что творишь? Надо же додуматься, опозорить семью перед всем светом. Змея! – пыхтела мадам, продолжая отчитывать нерадивую племянницу.
– Миледи, девочка волнуется, вот и сболтнула глупость, – робко вставила миссис Рейн, чем немало удивила. Сочувствия от служанки я не ожидала.
– Твоего мнения никто не спрашивал! – тут же зарычала местная аристократка, теряя все свое очарование и красоту. Черты лица заострились, а лицо стало напоминать гротескную маску. Сквозь толстый слой пудры на увядающей коже отчетливо проступили глубокие морщины, создавая баланс между внешностью и гнилым нутром.
Пожилая женщина замолчала. Может, ей тоже волшебным образом рот заткнули, как и мне.
– Дай сюда пузырек с лекарством, – обернувшись, приказала «моя» тетушка. – Дам Клементине, пока эта полоумная еще чего похуже не выкинула. Слава богам, скоро она уедет к мужу. Пусть сам мучается с этой дрянью.