Ты читал обо мне?

Эти абры-кадабры- зовут театрально: «клипами»))))

Здесь сверкает в алмазной росе крапива вранья!

Я зашью тебе жабры, Человек Амфибия,

И ты станешь такой как все, такой как я.

Эти

Здесь с улыбкой макдональсной блеют: «нет-нет»)))

Я закрою дверь с цоколя, Ведьма Старая!

И тебе придется рядиться под Фею, как мне.

ДСП-шные «стенки» зовут нараспев «гарнитурами»)))

Здесь привыкли за вскрытые вены Любовь обвинять.

А я назову тебя Ленкой, Елена Премудрая,

Не любят Иваны Царевичи Ленок- вроде меня.

Эти страсти-мордасти зовут как в кино: «испытаньями»)))

Здесь хоть в бездне, хоть в небе я- но на мели…

Все вы- дашеньки, насти… станете Бедными Танями

Чьи равны современные жребии, как и мои.

Это смешно- называть мою прокуренную сосредоточенность- Лирой.

Когда я вручную в рифмы сшиваю, ранясь иголкой, души верлибры.

Когда то Бог, то Ангел в Эфире,

И я беру интервью.

Это грустно- мой пьяный ржач о моих дурацких записках предсмертных,

О комичном паденьи- вместе с крюком и кухонным табуретом,

О ненависти- как всегда, безответной..-

Я счастлива, мать твою!!!

Это ооооочень смешно- называть мою писанину корявую- Литературой,

Когда ЛГ-истеричка, и фанатичная- в глупости высокопарной- дура,

Когда ломает аппаратуру,

И кричит вдохновению: Вон!!!

Это ооооочень грустно- самый любимый смеется, что нет, не настрадалась!)))

Мы еще поживем- есть же рукописи! (отдыхай, Нострадамус!))-

Мы попадем на несгораемый ярус!…

….Подождите, включу диктофон….

Мне нравится молиться- лёжа,

Но, может, надо быть скромней?-

А то, глядишь, терпенье Божье

Возьмет, и кончится- на мне.

Мне нравится прощаться- сидя,

Не отрываясь от еды.

Единственный ты мой- изыди.

Оставь на зеркале цветы.

Мне нравится ругаться- стоя-

И молча- мраморным божком.

Не будет двух в веках Историй.

Хоть бейся ты об стол башкой…

Мне нравится пить- на коленях.

И благодарно бормотать:

Ну наконец-то всё до фени…

Мне ВСЁ ДО ФЕНИ, вашу мать…

Как и черный стоялый сугроб, не тает вопрос: а остались ли силы?…

Бегу- к Последней Любви- о свои спотыкаясь тайны, и об асфальт рябой…

Из золотых коронок моей души подарок тебе вылит.

Возьми. И носи на здоровье, Любовь.

Почему-то не хочется петь, и нюхать твои гвоздики.

Мне тяжело гулять на высоких шпильках своих незабытых лет…

Мне при тебе сморкаться- полурастаявшим черным снегом- не кажется диким!

Прости. Я постараюсь пореже болеть…

Почему-то не хочется петь!!! — хоть прочищено пивом горло.

Я бутылку допитую с пылом, с размаха, со злостью- бросаю в кусты!-

Причащалась я одеколоном и напивалась церковным кагором-

Пойми! — а Бог не простил.

Во дворе картинка из детства- под уже распростёртыми листьями,

Дряхлый и черный- о юности зимней ворчит- и дотаивает сугроб…

А для того, чтобы наша любовь из Последней стала- Единственной-

Возьми мои тайны- и от меня их скрой…

На горизонте пшеничного русского поля- оживших друзей процессия.

С ними- нет-нет, не в терновом венце, а в ромашковом- бодро шагает Мессия.

Я так и знала, что Твой Назарет затерялся глухой деревушкой в России!

Я так и знала, что всё-таки аминазином

Лечится рак горькой жизни- не только его метастазы- депрессии…

На чердаке материнской матки, постылую взрослость свою засекретив,

Наконец-то спокойно послушать Моцарта…

Не от «Лубянки»- до «Парка…»- за долгие сорок недель- намолиться- досыта!

Чтобы хоть эта- новая жизнь- наконец-то пришлась мне по сердцу…

Спасибо, что куришь! — я тоже курю! — никого не слушай- мне никотин не вреден.

На том конце полуночной платформы метро, прямо под вывеской «Выход в город»-

Ты- стоишь, вырванный мной из семи, или сколько там, миллиардов…

Я не Царица, и всё-таки я- Александра!

И ты-

ненастоящий король, но вальтов моих бьет твоя карта!-

Я так и знала, что всё это чушь- про тяжёлую карму!-

Две тысячи лет еще раз пройдут- не заметишь, а мне- шестьдесят- нескоро…

Путчи пережили мы и НЭПы,

Выучив с трудом «ррр-гав» и «ааам».

Ангелы! Бросайте мясо с неба-

Нас не надо приучать к рукам.

Королев узнали мы в плясуньях,

Выяснили, что Поэт- простак…

Нам бы сохранить своих- разумных-