Ты моя одержимость

Дегтярева Ригина

Сняла с вешалки, напялила. Шёл туго. Я точно знаю, что с фигурой у меня полный порядок. Я же тренировалась, ходила в спортзал. Значит, за два года выросла? Или округлилась в нужных местах! Хо-Хо!

И всё равно на душе пакостно. Покрутилась перед зеркалом, выбрала удобные босоножки. Босоножки… Поправила причёску и вышла. Вадимчик уже ждал.

– Машина подана, Милана, садитесь.

– Зачем это, Вадя, пойдём пешком.

Он только пожал плечами. Я осмотрела придирчиво своего провожатого: льняные брюки, летняя рубашка, а светлый пиджак не снимает.

Прячет кобуру. Вот как. Настоящий телохранитель. Как будто меня кто-то украдёт… Вот бы украл…

Мы вышли. Мне нравилось идти пешочком по родному городу, ловить на себе взгляды родных соотечественников. Парни мне улыбались. Ровно до тех пор, правда, пока не пересекались взглядом с моим личным бульдожкой.

Вот опять очередные типки на меня смотрят. Только в этот раз меня оно не радует. Какие-то гопари разглядывают меня и лыбятся. Один даже открывает рот, чтобы спросить:

– Девушка, вашей маме зять не ну…

Но договорить не успевает. Думаю, при желании, Вадимка может убивать взглядом. Типки мгновенно исчезают, а меня опять накрывает волной воспоминаний. «Отошли от неё, руки сломаю!» – даже голос его слышу в голове, как будто он рядом. На эмоциях тихо прошу:

– Вадим, побудь волшебником, а?

– Не понял, – отвечает бугай.

Хотела спросить, что там у него, в голове, одна извилина, на которой уши держатся? Но не стала. С чего ему меня понимать?

– Хочу мороженого, Вадь.

– Сделаем.

– Клубничного.

– Хм… можно, – охранник начинает оглядываться по сторонам.

– С присыпкой, – продолжаю я, чувствуя, как к глазам подступают слёзы.

– Милана, если бы вы не отказались от машины. Можно было бы доехать до кафе. Там вам на любой вкус намешали бы.

Надо же, сколько слов сразу! Его не подменили?

– Я передумала, Вадим. Пойдём дальше.

Ноги сами привели меня к тому-самому магазину. Я смотрела на витрину, в которой были выставлены дорогие цацки, потом начала скользить взглядом по тротуару и дороге. Ищу камень – догадалась я. Разбить бы вдребезги это стекло. Тут

сигнализация, чтобы на всю улицу завыло. Тогда я тоже повою. Никто ничего и не поймёт. Глеб мог подстроить, чтобы парней в тюрьме по-тихому… я должна быть благодарна, что он им жизнь оставил. Тоже мне, распорядитель чужих судеб. Но, получается, так и есть. И моей судьбой сейчас распоряжается. Даже выйти одна не могу.

– Милана?

– Иду я, Вадим. Иду!

– Куда дальше?

– Куда глаза глядят.

– Поточнее.

Обернулась к нему.

– Вадя, мы раньше не особо разговаривали, да? Вот давай так и продолжим и дальше не будем. Do you understand me? – дождалась, пока он кивнёт. – Good boy.

9.

На утро я горела энтузиазмом проведать Веру Владимировну и её недавно родившуюся внучку. Быстро надела на себя обычные джинсы, белую футболку и кроссовки. Так будет удобнее ей помочь, если понадобится.

Так же быстро спустилась вниз. И сразу наткнулась на

Глеба. Он стоял возле входной двери и смотрел на то, как я спускаюсь. И как только я шагнула с последней ступени, отчим начал говорить:

–Я очень рад, что ты решила так рано проснуться. Но вот твоя одежда совсем не подходит для работы. – Какая работа? Непонятно…

–Доброе утро, -начала я вежливо.
– О какой работе идёт речь?
– тут же добавила.

–Как какая? Твоя, -насмешливо отвечает Глеб.
– Ты уже забыла, что именно должна делать эти полгода, или уже решила отказаться от всего?

А, вот он о чём! Блин, а я ведь и забыла, что мне предстоит управлять боксерским клубом. И это полная дичь, ведь я так и не поняла, что мне нужно там делать.

–Помню, -ответила уверенно.
– Почему не подходит? Даже очень подходит. Я не собираюсь постоянно сидеть в кабинете и пялиться на монитор компьютера. Буду ходить и общаться с работниками. Тем более, там сейчас идёт перестройка, а в юбке и на каблуках будет не удобно следить за всем!

У Глеба глаза расширились в удивлении.

“О да, я тоже в курсе дела.”

–Молодец, -хвалит меня.
– А теперь скажи, куда на самом деле собиралась?
– задаёт вопрос отчим и сразу добавляет:

–И, возможно, я смогу сегодня дать тебе отгул, – ещё и ухмыляется.

И вот после такого просто на просто не хочу ему говорить правду. Тоже мне, начальничек хренов!

–Никуда. Как я уже сказала, планирую побольше пообщаться с рабочими. Так мы сейчас поедем, или мне самой добираться? Не хочу отнимать у тебя время.

–Очень самоуверенно и очень похвально, Милана. Только тебе всё равно надо будет ко мне в офис заехать. Документы взять, -продолжает Глеб, всё ещё с ухмылкой.
– Так что, -он показывает на дверь.
– Прошу.

–Спасибо, -ответила ему, еле сдерживая в себе все плохие ругательства в его сторону.

Прохожу первая, за мной Глеб. И на секунду умудряюсь незаметно взглянуть в зеркало, вижу отражение отчима. Какого хрена он пялится на мою попу? Совсем уже совесть потерял? Я ему, на минуточку, падчерица, и то, что в прошлый раз нос ему сломала, ничему его не научило? Старый извращенец.

–Очень некрасиво так нагло разглядывать задницу своей падчерицы!
– произношу, даже не повернувшись.

–Падчерицей ты мне была год назад, а теперь же головная боль, -получаю в ответ, отчего чуть ли не падаю от нахлынувших злости и возмущения.

Да он реально уже берега начал путать! Это он моя головная боль, от которой я не могу избавиться!

–Так, может, просто перестанешь за мной смотреть и уйдёшь?
– спрашиваю его, когда мы останавливаемся у машины.

С ответом Глеб не торопится и открывает мне дверь, как истинный джентльмен. Я усаживаюсь, отчим обходит и садится, с другой стороны, оказываясь рядом. От того, как он расселся и широко раздвинул ноги, его коленка дотронулась до моей, и от этого прикосновения мне стало настолько тошно, что я скривила лицо и отодвинулась ещё дальше.