Ты, только ты
Шрифт:
— Зачем вам столько киноаппаратуры?
— Большую часть тренерской работы занимает просмотр фильмов. У нас имеется собственная съемочная группа, и они снимают каждую игру с трех разных точек. В НФЛ каждая команда обязана посылать фильмы о последних трех своих играх своему очередному противнику ровно за неделю до встречи…
Они двинулись дальше. Фэб обратила внимание, что встречающиеся им мужчины приветствуют тренера первыми, и, припомнив, что говорил ей Рон о закрытом мужском клубе, решила, что именно Дэн является его президентом.
В раздевалке ветеранов
Условившись о завтрашней встрече, Дэн распрощался с ней в вестибюле. Она ощутила огромное облегчение и поспешила к выходу, роясь на ходу в сумочке. Ключи от «кадиллака» Берта завалились за подкладку, и ей пришлось остановиться, чтобы выудить их. Тут она вспомнила, что не поблагодарила Рона за помощь. К тому же ей захотелось просто поболтать с ним. Как-никак он был единственным человеком, который отнесся к ней с искренним радушием.
Она постояла в раздумье и медленно двинулась в сторону административного крыла. Навстречу ей шел тучный мужчина с камерой.
— Простите, где я могу найти офис Рона?
— Рона? — Он удивленно посмотрел на нее.
— Рон Мак-Дермит.
— О, вы имеете в виду Рональда. Последняя дверь в конце коридора.
Подойдя к указанной двери, она решила, что заблудилась, поскольку на темной медной табличке было написано что-то не то. Она еще раз перечла надпись. «Главный менеджер». Постепенно сознание ее осветил робкий проблеск догадки. Сердце Фэб болезненно сжалось. Она влетела в маленькую приемную. Стол, шкаф, несколько стульев. Телефон непрестанно звонил, мигая всеми кнопками, но в помещении никого не было. Может быть, Рон работает здесь секретарем и просто куда-то вышел? Надеясь на чудо, она приоткрыла следующую дверь.
Рон сидел за столом спиной к двери. Она осторожно произнесла:
— Рон?
Он повернулся:
— Хэлло, Фэб.
Ее сердце дрогнуло от жалости, когда он печально улыбнулся ей. Эта улыбка сказала ей многое, но она все же спросила:
— Вы… Вы уже говорили со Стивом Ковачем?
— Вы хотите сказать, уволил ли он меня? Да, он меня уволил.
Она смущенно посмотрела на него:
— Я не поняла, что вы и есть тот самый главный менеджер. Почему вы не сказали мне об этом?
— Я думал, вы знаете.
— Если бы это было так, я бы ни за что не позволила им разделаться с вами.
Говоря эти слова, она вспомнила о своей договоренности с Дэном. Одним из пунктов их соглашения было смещение Рона. Просто она не знала, что речь идет именно о нем. Она его тогда вообще не знала.
— Все в порядке, Фэб. Действительно в порядке. Это было неизбежно.
— Но, Рон…
— Я получил должность помощника Карла лишь потому, что мой отец и Берт были добрыми друзьями. Ваш отец уступил дружескому порыву, но он уволил бы меня при первом
Она упала в кресло.
— По крайней мере хоть кто-то был на вашей стороне.
— Мне нравилось иметь дело с Карлом. Мы идеально дополняли друг друга. Карл не хотел, чтобы Берт уволил меня.
— Что вы имеете в виду?
— Карл чувствует футбол кожей, и по натуре он — прирожденный вожак. Но он… как бы сказать… не очень гибок, и моя голова пришлась ему как нельзя кстати. Я хорошо вижу поле, но абсолютно не гожусь в лидеры и предпочитаю держаться в тени. Мы с Карлом выработали свой стиль деловых отношений. Я разрабатывал стратегию «Звезд», а он пробивал ее в жизнь.
— Вы хотите сказать, что вы, по сути, в одиночку руководили командой?
— О нет. Карл был ответственным.
— Применяя ваши идеи?
— Это правда. Она потерла лоб.
— Это ужасно.
— Не стоит так переживать, Фэб. Мое увольнение — это правильное решение проблемы. Главный менеджер профессиональной команды должен иметь вес. Каждый, кто на него работает, должен побаиваться его. Мужчины даже не уважают меня, не говоря уж о том, чтобы бояться. У меня есть мозги, но как личность я — ноль. Скорее всего у меня нет характера.
— У меня — есть!
Фэб резко выпрямилась в кресле. Рон удивленно вскинул брови:
— Прошу извинить, не понял.
Ее мозг бешено заработал. Берт хотел, чтобы она стала марионеткой в чужих руках. Он ожидал от нее, что она будет ежедневно корпеть в его дурацкой конторе, послушно подписывая бумаги и делая все, что ей укажут.
Он совсем не предполагал, что она может этому воспротивиться.
Она однажды поклялась, что не будет плясать под его дудку, и теперь, кажется, нашла возможность убить двух зайцев — соблюсти условия Берта и сохранить при этом собственное лицо.
— У меня есть характер, — повторила она. — У меня просто нет информации.
— О чем это вы?
— До сих пор я знала о футболе только одно — что я его ненавижу. Но теперь понимаю, что этого маловато. Меня загнали в капкан — сначала Берт, а затем Дэн Кэйлбоу, но это не значит, что я буду и дальше действовать по их указке.
— Я все еще не возьму в толк…
— Мне необходимо знать больше о делах этой конторы. С этого дня я хочу принимать собственные решения. И мне необходим человек, советам которого я могу доверять. — Она швырнула на стол папку, которую до сих пор прижимала локтем к бедру. — Я ничего не знаю об этих людях.
— Это кандидатуры на мое замещение? Она кивнула.
— Я считаю, что вы вполне можете доверять Дэну и Стиву. Они помогут вам подобрать самого квалифицированного из них.
— Как знать, дорогой Ронни, как знать?
— Возможно, ваш кузен Рид…
— Нет! — Она усилием заставила себя говорить спокойно. — Рид и я никогда не ладили. Я не стану обращаться к нему ни при каких обстоятельствах. Мне нужны вы.
— Не могу выразить, как я ценю ваше доверие. Она неожиданно сникла:
— К несчастью, я обещала Дэну избавиться от вас.