Тыквандо
Шрифт:
Но тако-о-о-о-о-е случилось раньше. За четыре дня до праздника в подвале лопнула труба.
Из-за потопа нас отпустили на каникулы – сразу после второго урока. Но никто не радовался. Старшеклассники выходили из школы такие несчастные, как будто в городе навсегда отключили интернет.
Хорошо, что у нас умный директор. А может, на него потоп так подействовал. Папа говорит, что умные мысли приходят к нему в душе. Вот и директор – смотрел, как льётся вода из трубы, и придумал, что праздник можно не отменять.
Сразу после каникул мы увидели
Как только прозвенел звонок с четвёртого урока, мы помчались домой, бросили рюкзаки и рванули на трамвайную остановку.
Ведь умные мысли приходят в голову не только директору или папе. Нам и в душ не нужно для этого залезать. И так понятно – с тыквой, которая должна получить ГЛАВНЫЙ ПРИЗ, Мишке одному не справиться.
– Это что?
– Тыква.
– Та самая… тыква?
– Та самая, – Мишка скромно улыбнулся. Как будто он стоял на сцене, а мы ему аплодировали.
– Ну ничего себе, – мрачно сказала Соня.
Как Мишкина тётя смогла притащить такую тыквищу домой?! Не представляю!
Огромная, оранжевая, она лежала на полу в прихожей. Спокойно, как на грядке.
– Ты хоть подумал, КАК мы её повезём?
– Нет, – честно сказал Мишка. – Я думал, как все в школе её увидят и скажут…
– Что Маше Яценко на твою тыкву плевать. А ты нас, бедных, маленьких девочек, тяжести заставляешь таскать. – Безжалостная Соня уселась на тыкву, как на табуретку.
Мишкины уши стали красными. Ну точно два малиновых чупа-чупса!
Не повезло человеку. С такими ушами невозможно делать вид, что тебе всё равно.
– Может, он за целую четверть забыл, какая она большая выросла! – сказала я. – Нам вчера Маргарита Романовна пол-урока всякие пословицы читала. Про то, что надо заранее думать. Готовь сани летом, а дальше… забыла…
– А тыкву – зимой? – подсказала Соня.
– Ты гений! – От радости Мишка подбросил шапку – так, что с люстры посыпалась пыль.
– Кто гений? – спросила я.
– Я гений, – кивнула Соня.
А Мишка, не разуваясь, промчался в конец коридора, распахнул дверь в кладовку и заорал – бодро, как дяденька в телевизоре:
– Сани в студию!!!
Мы стояли в кладовке и смотрели по сторонам.
У нас были сани. Вернее, санки. Это хорошо.
Но снега у нас не было. Это плохо.
– Обидно, что сейчас ноябрь, – вздохнул Мишка. – Даже не стоит надеяться…
Да.
Это была самая унылая кладовка в мире.
Старые чемоданы, лыжи. Шуба – пятнистая, как будто её сшили из игрушечного леопарда. Пустые пыльные банки, которые убрали на самый верх. Всё самое вкусное давно уже съели.
В такой кладовке не бывает чудес – ни снега в ноябре, ни солёных огурцов, забытых на полке за… Кстати, а что это? В глубине, у самой стены… какие-то странные подошвы с колёсиками.
Даже я с трудом смогла до них дотянуться.
– Мишка, а для чего… ОНО?
Больше всего эти штуки походили на скелет доисторических роликов. С кожаных ремешков свисала серая пыль.
– Это… – Мишка чихнул. – То, чего нам не хватало, вот что. Главная деталь для ТПС.
– Какое еще ТПС? – фыркнула Соня.
– Тыкво-Перевозочное Средство!!! Смотри за банками, там точно ещё одна пара лежит.
– А ты откуда знаешь?
– Так у тёти Лены – двойняшки. Мама рассказывала: они когда маленькие были, им всё одинаковое покупали. Книжки, игрушки… даже фильмы. Чтобы не дрались. Так что ищи лучше!
У подъезда мы плюхнулись на лавочку. Если честно, я УЖЕ устала от этой возни, а ведь мы ещё не отъехали от дома.
Сонину шоколадку мы честно поделили на троих.
– Ну что, – Мишка встал и взялся за верёвку, – поехали?
Чтобы не заблудиться, мы пошли вдоль трамвайных рельсов.
Нас обгоняли трамваи, автобусы… даже собаки.
Мы пробовали тянуть санки втроём, но это оказалось ужасно неудобно.
Тогда мы решили тащить их по очереди.
Десять домов – и меняемся.
С каждым шагом Мишкина тыква делалась всё тяжелее. Верёвка резала руки. По-моему, это была самая неудобная тыква на Земле. Я бы вручила Мишке приз прямо сейчас и бросила её на остановке.
Ещё три дома – и я отдам верёвку Соне.
Она же хотела заниматься каким-нибудь спортом!
– Мишка, может, мы не в ту сторону идём, а? – простонала Соня.
Она так вспотела, что мне хотелось её протереть – как зеркало в ванной.
– А кто жаловался, что музыка надоела? Вот тебе и спортивная ходьба. – Освободившийся от верёвки Мишка сунул за щеку леденец.
Соня ТАК на него посмотрела, что Мишка чуть не подавился.
– Может, в трамвай? – спросила я.
– И как мы её поднимем? – хмуро поинтересовался Мишка.
Никак. Я уже знала ответ. Эту Призовую Супертыкву мы даже на санках с трудом волокли.
– Всё, у меня антракт. – Соня раскинула руки и повалилась на гору листьев.