Тюдоры
Шрифт:
Для приема пищи монаршей особой в зале для аудиенций поблизости от трона ставится большой стол. На него кладется скатерть, входят дворянин и фрейлина […] и делают три первый в дверях, второй посредине комнаты и третий — приблизившись к столу. Потом они накрывают на стол […], после чего фрейлина пробует еду с помощью кусочка хлеба, который дает гвардейцам; после этого мясо, которое королева пожелала отведать, несут в личные покои, где подается обед.
Лондонский Тауэр
Величественная крепость — немой свидетель исторических событий — во времена Тюдоров стала символом. О том, что заточение в Тауэр, пусть не в камеру, а в обычные покои, означало опалу, отнюдь не являвшуюся лишь попыткой устрашения, напоминали отрубленные головы, в том числе и тех, кто при жизни носил корону или омофор.
Крепость была построена в конце XI века во времена Вильгельма I Завоевателя. Несколько веков спустя она по-прежнему имела важное стратегическое значение и сыграла заметную роль в Войне Алой и Белой розы, в результате которой Тюдоры пришли к власти. В тот период Тауэр представлял собой пышную резиденцию, где проводились рыцарские турниры, игры и торжества. Генрих VII — первый из Тюдоров, оказавшийся на троне, — в конце своего правления, в первой декаде XVI века, начал очередную перестройку Тауэра, желая модернизировать крепость. Работы были завершены только в годы царствования его сына Генриха VIII, превратившего средневековую твердыню в комфортную резиденцию эпохи Ренессанса.
Безжалостное благо государства
Генрих VIII в нашем представлении — это прежде всего женоубийца и еще, пожалуй, основатель нового религиозного течения. Однако в отношении Тауэра он проявил себя как меценат, превратив замок во дворец и укрепив его стены юридическими актами, подтверждающими силу монаршей власти. В годы правления Генриха VIII Тауэр впервые заполнился узниками, а топор палача не успевал высохнуть от крови. Репрессии касались не простых жителей, а тех людей, которые могли угрожать реализации планов короля.
В числе многочисленных жертв оказались и жены короля Анна Болейн и Екатерина Говард, главной виной которых было то, что они не смогли родить Генриху VIII желанного наследника и тем самым продолжить династию. Поиски новых кандидаток, которые литература и кино приписывают неуемному сладострастию Генриха VIII, по сути были продиктованы государственной необходимостью, которая и являлась причиной устранения каждой очередной жены. Не случайно в Тауэре после аннулирования брака казнили двух королев, признав их виновными в измене и действиях во вред королю Англии.
ПОСЛЕ КОРОНАЦИИ В 1533 ГОДУ ВТОРОЙ ЖЕНЫ ГЕНРИХА VIII ТЮДОРА АННЫ БОЛЕЙН ЛОНДОНСКИЙ ТАУЭР ПОСТЕПЕННО УТРАЧИВАЛ СВОЙ ИЗНАЧАЛЬНЫЙ ХАРАКТЕР-НЕПРИСТУПНАЯ КРЕПОСТЬ И КОМФОРТАБЕЛЬНАЯ КОРОЛЕВСКАЯ РЕЗИДЕНЦИЯ ПРЕВРАЩАЛАСЬ В ТЮРЬМУ И МЕСТО КАЗНИ.
Жертвы королевского «верховенства»
Поведение короля обострило конфликт с Папским престолом и Католической церковью в Англии. Генрих Тюдор не испугался отлучения от Церкви и, подавляя внутреннюю оппозицию, убрал с занимаемых постов многих церковных иерархов и конфисковал имущество Церкви. Наконец, приняв в 1534 году акт о верховенстве, парламент признал короля главой Англиканской церкви, независимой от Ватикана. Это принесло государству огромную прибыль. На важные государственные посты, ранее занимаемые духовенством, были назначены ставленники короля, а Папа Римский лишился налогов, отчисляемых королем в его казну. Кроме того, Генрих VIII получил возможность самостоятельно регулировать вопросы престолонаследия.
Многие церковные иерархи открыто выступили против короля. Яростнее всех сопротивлялся Джон Фишер, епископ Рочестерский, чей сан в 1535 году был приравнен к кардинальскому. Когда-то он защищал Екатерину Арагонскую, а теперь отказался признать короля главой Англиканской церкви. Джон Фишер был обвинен в государственной измене, караемой смертью. Королевской милостью четвертование было заменено на обезглавливание. Приговор был приведен в исполнение в лондонском Тауэре в канун Дня святого Иоанна в 1535 году. Голова несчастного была выставлена на всеобщее обозрение на Лондонском мосту, однако довольно быстро ее сняли и утопили в реке, ибо вопреки намерениям Генриха VIII она вызывала ассоциации с казнью Иоанна Крестителя, также обезглавленного по приказу короля. Кроме того, гибель епископа стала слишком одиозным событием.
Несмотря на это, неудовольствие Генрихом VIII усиливалось. В ответ его политика стала еще жестче. Судьбу Фишера несколько дней спустя разделил выдающийся реформатор, давний советник и друг короля, канцлер Томас Мор. Брошенный в Тауэр до Фишера, он почти год провел в неволе, однако, пользуясь благосклонным отношением, посвятил это время размышлениям и работе над своими сочинениями. В XIX веке Католическая церковь причислила Томаса Мора к лику мучеников… Под угрозой заточения в Тауэре королю проще было сломить сопротивление дочери Екатерины Арагонской принцессы Марии, не желавшей признать законным акт о верховенстве…
Королевская тюрьма
После смерти Генриха VIII корону унаследовал его сын, несовершеннолетний Эдуард.
Время его правления было отмечено бесконечными заговорами вельмож, а страна оказалась расколота на политические и религиозные фракции. В результате интриг после смерти Эдуарда VI в 1553 году занять престол в обход дочерей Генриха было предложено их кузине леди Джейн Грей. Планы на трон вынашивал и амбициозный тесть Джейн. Однако позиции леди Джейн Грей и ее мужа Гилфорда Дадли были слишком слабыми. Верх одержала законопослушность англичан. Мария Тюдор свергла свою кузину через девять дней ее правления. Разумеется, Джейн Грей и ее сторонники оказались в Тауэре. Мария предложила кузине помилование при условии обращения в католицизм, однако Джейн, убежденная протестантка, ответила отказом. Она и Гилфорд Дадли были обезглавлены в начале 1554 года.