У-3
Шрифт:
После обязательного вальса с соседом по столу Линда задержалась с Алфиком у бара. Алфик позволил себе стаканчик не слишком крепкой смеси, вполне заслуженный, если учесть, сколь осторожен он был во время обеда. Линда чокнулась с ним минеральной водой, и вышло так, что она присутствовала, когда полковник Эг, покинув группу высших офицеров, подошел с поздравлениями к отличившемуся тамаде.
Линда была достаточно осведомлена, чтобы знать, что сей полковник был одним из знаменитых норвежских асов военного времени, участвовал в рейде на Дьепп и многочисленных других налетах на континенте, сбил не один «хейнкель» и «мессершмитт», что и было отмечено соответствующим числом высоких наград, украшавших
После того как полковник Эг был представлен Линде, он снова обратился к Алфику:
— Вот мы и встретились вновь, лейтенант. Великолепно! В самом деле. Великолепно справились и на этот раз! Ваше здоровье!
Они сделали по глотку и пристально посмотрели друг другу в глаза, как это заведено в комедиях. Полковник явно намеревался сказать что-то еще, но, не найдя нужных слов, помешал в стакане трубочкой, наколов зеленую оливку, всосал ее в себя и сделал еще глоток. Наконец обратил на Алфика скорбный взор.
— Lieutenant, s'il vous pla^it, permettez-moi une question. Parlez-vous francais?! [1]
Линда быстро переглянулась с мужем.
— Oui, bien s^ur, mon colonel, — ответил Алфик. — Avec ma femme je ne parle eh pas autre langue, eh language. [2]
Алфик Хеллот знал не так уж много французских фраз, и та, за которую он ухватился сейчас, вряд ли могла служить надежным спасательным кругом. Все же по лицу Линды он понял, что кое-как выплыл. Она, как опытный спасатель, не замедлила протянуть ему руку:
1
Лейтенант, позвольте задать вам вопрос. Вы говорите по-французски? (франц.)
2
Да, конечно, полковник. Мы с женой только по-французски и говорим (франц.).
— Oui, mon colonel. C'est vrai ca. [3]
Правда ли, нет ли, но испытание на этом кончилось. Точка поставлена. Весь остальной вечер Линда кружилась на волнах музыки, как во хмелю, к которому алкоголь не имел никакого отношения. Однако Алфик призадумался, и у него даже слегка щекотало под ложечкой.
Суть заключалась в том, что полковник Эг, как уже говорилось, командировался в штаб-квартиру НАТО. В Роканкур к юго-западу от Парижа, если быть совершенно точным. Что для меня не так уж трудно, поскольку сам я еще раньше получил назначение на узел связи в Роканкуре, чтобы первым услышать, если рты свободы в Вардё или на восточной границе Турции крикнут САКЕВРу: «ХАРЭ!»
3
Да-да, полковник, это так (франц.).
Именно сюда был направлен молодой норвежский генерал вместе со своим еще более молодым адъютантом. Новое место службы Алфика располагалось по соседству с Версалем, в тени, так сказать, дворца короля-солнца. Вероятно, решение полковника Эга было спонтанным. Уверенность, с какой молодой офицер руководил юбилейным ритуалом, произвела на него сильное впечатление. И он, конечно же, помнил старшего сержанта, который командовал четырьмястами курсантами на базе Уильямс в Аризоне. За
Это было как в сказке. Последнее время Линда не раз заводила речь о том, что не мешало бы Алфику, отслужив положенный срок, присмотреть себе место на гражданке. Теперь с этими мыслями было покончено. На сборы и оформление дел там на севере у них была неполная неделя. Начальство лейтенанта Хеллота не ставило палки в колеса — пусть переводится. В школе Линда подобрала себе замену.
Все было за них. Они управились в срок с подготовкой к переезду и вместе вылетели на юг. Линда благополучно перенесла резкий переход к жизни в большом городе. Помогла в этом и Алфику. Она знала город как свои пять пальцев. Жить в офицерском гетто отказалась. Были пущены в ход связи семейства Хюсэен в судовладельческой среде. После двух недель в гостинице Линда и Алф Хеллот въехали в уютную квартиру около парка Монсо.
Алфик быстро освоился. Служба кабинетного офицера давала бездну случаев совершать рекогносцировку в разные концы города на Сене, как Линда называла Париж. Очень скоро он уже запросто пользовался автобусами и метро и, небрежно прислонясь к стойке бара, заказывал напитки, какие не значились даже в самом пространном меню: «Un panachй, s'il vous pla^it!» [4]
Сейчас Алфик взглянул на свой наручный хронометр и сказал Линде, что у них еще четверть часа в запасе. Они уже спустились к Сене; зайдя в ближайшее угловое кафе, заказали у стойки черный кофе.
4
Один коктейль, пожалуйста! (франц. жарг.)
— Серьезная работа, — произнес Алфик нарочито весело. — Хожу по музеям и любуюсь атональным искусством, послушно следую за тобой в джаз-клубы слушать абстрактную музыку. А французские фильмы, на которые ты меня заманиваешь, всегда кончаются там, где должны начинаться. Хотел бы я знать, чем все это кончится. Во всяком случае, не генштабом!
Обеденный перерыв подходил к концу. Кафе было заполнено любителями кофе и влажными пальто. Та часть ее лица, которую Линда видела в зеркале за стойкой, свидетельствовала, что она не намерена поддерживать разговор на предложенной Алфиком веселой ноте.
— Нельзя тебе говорить, — сказала она, — так и не говори. Я не настаиваю. Но что-то происходит. Что-то с участием лейтенанта Хеллота. И дело это поважнее, чем держаться за штурвал самолета.
— Бывает информация, способная вызвать замешательство.
Алф Хеллот тоже посерьезнел и заметно насторожился, готовый обороняться.
Линда:
— Я-то думала, что правильная информация устраняет замешательство.
— Даже правильная и исчерпывающая информация может вызвать полное замешательство.
— Это выше моего разумения.
— Если предать огласке сведения, которые не подлежат оглашению.
Линда Хюсэен Хеллот вздохнула. Зеркало отразило ее далеко не возвышенные чувства.
Алф Хеллот понизил голос:
— Может статься, что нам представится случай сыграть определенную роль. Я говорю о Норвегии. Наведение мостов между Востоком и Западом. Обе стороны желают контакта. Речь Герхардсена…
— Герхардсен! Всего лишь норвежский премьер-министр. Не ахти какая фигура.
Линда говорила слишком громко. Алф Хеллот не стал указывать на это. Но сам еще больше понизил голос.