У края
Шрифт:
– Хорошо сказал. Давай, за это.
– Давай… Жаль, третьего нет.
– Он в Москве. Зашился там с этой приватизацией. Сказал, пока ни приватизируемся, бесполезно что-то делать. Потом это сделанное кто-нибудь «прихватизирует»… Вот только, когда все произойдет, кто знает… На вино пока хватает, а что дальше, честно говоря, не знаю. Я так понял, у тебя горит?
– Еще как, – снова расстроился я.
– Ладно, Афанасич, зато мы познакомились, в Италию вот съездили, тальято поели, вина попили. Что еще надо?
– Йэдэм дас зайнэ, –
Расставаясь, понял, больше не увидимся…
И вот я снова в офисе Константина. Устроился на приставном стульчике у стола Сотникова с пенобетонным блоком, занимающим половину столешницы.
– А где народ? – спросил Анатолия Борисовича.
– В Волоколамске. Будут после обеда.
– Как там дела?
– Да так, ни то, ни сё. Домики забраковали – слишком дорого.
– Дорого?! – удивился я, – Дешевле не бывает.
– Да им, похоже, все равно. От пенобетона отказались.
– Почему?
– Сказали, сляпают для вида в полкирпича, а толщину отольют из всякого мусора. Так дешевле. И площади урезали до предела. Теперь таунхаус не трёхэтажный, а одноэтажный с мансардой из досок.
– Бред какой-то, – на выдержал я.
– Бред… Но Костя на все согласен. Его «Модуль» теперь заказчик, а подрядчик местный типчик. Он там, что хочет, то и делает, – проинформировал Синеносов.
Появились Теплинский с Сотниковым.
– Афанасич, я там тебе зарплату начислил. Ты извини, всего три тысячи, больше не могу. Ты же все равно у нас не работаешь.
– Спасибо, Виталий Иванович, сто долларов в месяц – это богато. Во всяком случае, лучше, чем ничего. Об остальном меня Борисович проинформировал. А где ваш Стельмах?
– Они там с Костей банкуют. Вы им пока не мешайте, – попросил Теплинский.
Ну, и ну. Телега управляет лошадью…
Появился Стельмах. Что ж, можно топать к Косте.
– Привет, Афанасич. Ты что, болел?
– Можно и так сказать, – ответил ему и посвятил в наши далеко не радостные перспективы.
– Да-а-а, Афанасич. Расстроил ты меня. Я-то думал, хоть это направление в порядке. А тут.
– Да оно в порядке, за исключением… Бобик сдох.
– Какой Бобик?
– Что, не знаешь анекдот? – рассмеялся я, – Рассказать?
– Не надо… Похоже, придется обращаться к «динамовцам», – задумчиво выдал Костя.
– А это, кто такие? Не продинамят?
– Динамовцы не продинамят, – повеселел Костя, – Мои партнеры. Я им вещевой рынок на «Динамо» строил. Павильончики для торговли. Закачаешься… А потом понеслось, поехало. Когда Лужков стадионные рынки разогнал, они на «Станколит» перебрались – снова мне работа… Сейчас у них деньги есть. Думают, чем еще заняться.
– А ты их давно знаешь?
– Несколько лет. Ребята надежные. Если о чем договорились, слово держат… В общем, поговорю. Если захотят, сообщу… Попробуем этот вариант, – предложил
Что ж, вариант, так вариант. Сколько их у меня уже было, не счесть…
Но шли дни, недели, месяц, другой, а ничего не менялось. События топтались на месте.
– Костя, где твои динамовцы? – не выдержал я однажды, вернувшись из Волоколамска.
И зачем только поехал, поддавшись на уговоры Сотникова. То, что увидел, произвело удручающее впечатление. Огороженная хлипким проволочным забором площадка, старая строительная будка, утонувший в грязи полуразобранный бульдозер.
– И это все, что вы сделали за три месяца? – спросил Теплинского.
– А вы, что сделали за это время? – сердито ответил он вопросом, и мне нечего было ответить…
– Афанасич, захвати бизнес-план, едем на «Динамо», – сказал через пару дней Костя.
– С кем-то встречаемся? – спросил его.
– Пока не с самым главным. Но к его рекомендациям прислушиваются, – ответил партнер.
И вот мы у главной арены прославленного стадиона, у входа во встроенный в здание ресторанчик. Удивила уверенность, с которой Костя провел меня в какие-то подсобные помещения этого заведения. Судя по всему, завсегдатай.
– Володя, – представился молодой мужчина возраста Константина, – Костя, а что вы не прошли сразу в зал? – спросил он.
– Я думал, здесь поговорим, – ответил Костя.
– Афанасич у нас впервые, а ты тащишь его в подсобки. Нехорошо.
Мы прошли в довольно приличный зал, где к нам тут же подлетел официант и принял заказ. Не успели приступить к разговору, заказ был исполнен.
– Оперативно, – удивился я.
– Еще бы, – ничуть не удивился Костя, – Это же их ресторан.
– Ресторан не главное наше дело. Просто здесь удобней вести переговоры. Вот и содержим себе в убыток, – дополнил его Володя.
Лишь неплохо отобедав, уже за чашечкой кофе приступили к делу. Мой экспромт о камне, разумеется, был воспринят положительно. Это уже давно не восторгало, как в начале пути. Высокоэффективный проект нравился всем. Вот только едва речь заходила о стартовых капиталах, сырьевой базе, подъездных путях, энергоемкости и прочих специфических атрибутах уникального производства, – энтузиазм потенциальных инвесторов плавно сходил на «нет».
Но в этот раз никаких эмоций, никаких обсуждений.
– Приятно было познакомиться. Я почитаю ваш бизнес-план, – попрощался со мной хозяин ресторана, – Костя, останься, – попросил он.
Вернулся в офис дожидаться Константина.
– Ну, как? – спросил его.
– Будет рекомендовать, – коротко ответил партнер.
И снова потянулись неприкаянные дни…
И уже совершенно неожиданно позвонил Руслан из Истры, о которой и думать позабыл.
– Ну, как, Анатолий Афанасьевич, построили завод? – первым делом поинтересовался он.